Прошла неделя с тех пор, как Гоша перенесся из две тысячи двадцать второго года в тысяча девятьсот восемьдесят шестой. Он уже свыкся, что это не сон и даже был рад такому переносу сознания в свое тело четырнадцатилетнего подростка. Из каждого утюга звучали слова: Перестройка, ускорение и гласность. Только весной, на очередном съезде КПСС, обещали разрешить создание кооперативов, а до распада СССР оставалось чуть больше пяти лет. Правда, в этой реальности, данной информацией, владел только он.
И свое послезнание решил использовать по полной программе. Нет, Гоша не собирался прикладывать усилия, чтобы сохранить страну. Не в его это силах, но подготовиться к приходу девяностых и пережить их с меньшими потрясениями для себя и своей семьи, было той задачей минимум, что он себе поставил.
И делать это нужно постепенно, шаг за шагом исправляя допущенные ранее просчеты. Прежде всего, его родителей, которые совсем ничего не понимали, ни в рыночной экономике, ни в том, куда нужно вложить заработанные деньги, чтобы их накопленные за десять лет работы на севере сбережения не превратились в тыкву.
Но пока продолжался отпуск, можно было просто расслабиться и получать удовольствие. Как и в прошлой жизни, часть его было решено провести у тетки матери, которая проживала в двухстах километрах от Ростова-на-Дону на берегу реки Маныч. Правда, в прошлый раз они поехали на поезде до станции Пролетарск, а уже потом на автобусе до нужного им хутора. В этот, Гоша решил внести поправки и лететь на самолете.
Причин для этого было несколько. Во-первых, так быстрее. Во-вторых, отец, как и Гоша в этом возрасте, никогда не были на море. Так что уговорить первого заехать на день- другой в Таганрог не представило большого труда. Гоше море было не особо нужно, не зря же он в сорок один год, перевез свою семью в Краснодар. Откуда, даже с учетом пробок, можно за три часа добраться хоть до Азовского, хоть до Черного морей. Просто в его понимании, быть рядом с морем и не побывать на нем - верх кощунства. Да и в Таганроге он ни в той, а уж тем более в этой жизни, не был ни разу. Еще и батю хотелось порадовать новыми для него впечатлениями.
И вот шасси ТУ-154 коснулись взлетной полосы Ростовского аэропорта. Получили багаж и на стоянке поймали такси до автовокзала. В кассе приобрели два билета до Таганрога. До отправления автобуса было чуть менее часа, поэтому решили, экскурсию по городу провести на обратном пути. Солнце пекло нещадно, и расположиться пришлось прямо в здании автовокзала, а продавщица с лотком мороженного оказалась вообще как нельзя кстати. Отец взял себе пломбир в вафельном стаканчике за 20 копеек, а Гоша выбрал эскимо на палочке в шоколадной глазури за 22 копейки. Вкус и вид которого снова были и впрямь не такие как в двадцать первом веке. Никаких тебе заменителей жира и усилителей вкуса близких к натуральным.
Вскоре нужный автобус подъехал к месту посадки и уже через час отец с сыном шли по улицам родины Чехова. Обычный провинциальный, хоть и курортный городок умилял своим южным колоритом. Вещи оставили в камере хранения, поэтому двигались по городу налегке. Вот прошли домик, в котором жил знаменитый писатель и вскоре вышли на набережную. По каменной лестнице спустились к морю и вскоре оказались на пляже.
- Пап, давай искупнемся!
- Давай, только по очереди, а то можем и без денег остаться.
- Азовская креветка, мидии, вареная кукуруза, - голосила проходящая мимо женщина с большой сумкой на плече. Надо же, и в этом времени есть продавцы, на пляже, - подумалось Гоше, глядя на нее. Где-то час провели на море и отправились в обратный путь. На автовокзале забрали вещи из камеры хранения и по совету таксиста, на его же машине направились в гостиницу повторяющую названии этого города.
- Мест нет! – гласила табличка на стойке администратора. Отец почесал затылок, видимо размышляя, куда податься.
- Пап, а ты вложи в паспорт червонец, и передай его администратору. При этом скажи, что у нас бронь на сутки.
Отец так и поступил. И, о чудо, свободный двухместный номер тут же нашелся. Так как время уже приближалось к вечеру, ужинали тут же в ресторане при гостинице. От столовой его отличало лишь наличие официанта. Время было еще не позднее, поэтому музыкантов не наблюдалось. Блюда в меню тоже не изобиловали разнообразием. Но это на Гошин избалованный вкус. Отец же напротив, был всем доволен, принесенные сто грамм коньяка, только улучшили его настроение. Котлета «по-киевски», оказалась на удивление хороша, а вот макарошки были далеки от совершенства. Еще порадовало наличие пепси-колы произведенной в Новороссийске. Гоша уже хотел отцу предложить сделать коктейль, смешав ее с коньяком. Но вовремя себя остановил. Ну откуда советский пацан в его возрасте может знать про виски с колой? Вот и промолчал…
Утром следующего дня выселились из гостиницы и сразу отправились на автовокзал, откуда уже через полчаса снова возвращались в Ростов. Автобус до нужного им хутора отправлялся после обеда, поэтому решили прогуляться по городу. Первым делом направились на городской рынок. Уже у входа народа было не протолкнуться. Особо выделялась отдельная кучка людей обступивших сидевшего на корточках парня.
-Кручу, верчу, запутать хочу! – почти кричал он окружающим и перебирал тремя картами, по очереди кидая их на лежащую, на асфальте картонку.
- Смотрите внимательно, будете состоятельны.
Тут на одну из карт указал другой парень и передав сидящему внизу красненькую десятку, перевернул ее.
- Выиграл! – закричал радостно победитель, а получив от ведущего две красненькие купюры, довольный удалился.
- Повезло парню! – заинтересовался происходящим отец.
- Нет, они вместе работают, - возразил ему сын.
- С чего ты так решил?
- А ты внимательно посмотри, он далеко не отойдет, а минут через двадцать, когда народ сменится, снова будет играть и снова выиграет. Их тут таких человек пять вокруг, и выигрывают в эту игру только свои.
- И откуда у тебя такие познания? – прищурившись, спросил отец.
Вот это прокол, подумал Гоша. Хотел отца отвадить, а получилось что спалился. Ну не скажешь же ему, что сам в девяностых таким промышлял. Надо выкручиваться.
- Да, одноклассник один рассказывал. Его мать прошлым летом в отпуске у таких же ухарей сто рублей проиграла, – ответил он, что первое пришло на ум. И это сработало. Отец сразу потерял интерес к каталам, и они направились вглубь рынка.
Едва попав в людскую толчею, их внимание привлек продавец аудио кассет. На прилавке из японского магнитофона играла так знакомая, но уже забытая мелодия группы «Модерн Токинг» -Шери Леди. Подойдя ближе к прилавку, Гоша начал разглядывать выставленные на продажу кассеты. Из знакомой иностранщины еще заметил «Пет Шоп Бойз», да «Бэд Бойз Блю». В прошлой жизни он не был меломаном, поэтому остальные названия были ему незнакомы. Да и получается, не настолько они круты, раз Гоша о них не помнил. Из советских групп или как было заявлено вокально-инструментальных ансамблей, бросилась в глаза лишь кассета с рок-концерта «Красная волна», где были представлены группы: Кино, Аквариум и Алиса. А еще знаменитый альбом Александра Новикова «Вези меня извозчик», на одной стороне кассеты, а на другой песни Высоцкого. Но было одно но, стоимость одной импортной девяносто минутной кассеты с записью составляла не много, ни мало, пятнадцать рублей. К тому же у Гоши дома не было даже магнитофона. Однако уже созрел план, как на этом заработать.
Дело в том, что у его друга по секции, был почти такой же двухкассетник Сони, как и у продавца на рынке. Поэтому можно было с ним скооперироваться, переписывать кассеты и продавать. Пустые заграничные кассеты свободно продавались в специализированных магазинах Норильска и стоили от восьми, до десяти рублей в зависимости от производителя. Получается, что за саму запись навар составлял около шести рублей, а это по трешке на брата.
И так, у Гоши был полтинник, заработанный еще в Перми на ломке денег. Этого хватало на три кассеты. Начал выбирать. Первая – концерт Модерна с одной стороны, на второй стороне плохие мальчики. Вторая кассета – Пет Шот Бойз и Депеш Мод. Третья – тот самый концерт «Красной волны», а на другой стороне сборная солянка из групп Форум и Электроклуб. На четвертую не хватало червонца, и Гоша обратился за ним к отцу, объяснив проблему.
-Чет я не понял, а откуда у тебя полтинник?- удивился батя.
- Бабушка на карманные расходы дала, - соврал сын, не моргнув глазом.
-Так у нас же нет магнитофона, - теперь уже поступило от него возражение.
-Вот на него и хочу заработать, с помощью этих кассет. Альбомы все новые, и наверняка будут пользоваться спросом.
- А на какую кассету не хватает?
- Высоцкого, - сделал Гоша отцу предложение, от которого тот не смог бы никогда отказаться, ведь Владимир Семенович был его любимый исполнитель. Естественно про Новикова ему было ничего неизвестно, но Гоша точно знал, что отцу он понравится. Так были куплены четыре кассеты, и это были первые инвестиции в будущий бизнес проект.
После рынка поехали на набережную, чтобы прогуляться по берегу тихого Дона, а уже ближе к вечеру автобус привез их на хутор, где проживала тетка мамы. Две недели на хуторе прошли, как и в прошлой жизни: По утрам с отцом ходили на рыбаку. С каналов неизменно приносили с ведро красноперки, а вот на Маныче рыбы ловилось меньше, однако в расставленные загодя морды, неизменно набивалось куча раков. Вечером их варили и мужики поглощали под Жигулевское. Гоше пиво естественно не наливали, да он не очень-то и хотел…
А в последних числах августа, их самолет приземлялся уже в аэропорту города Норильск. После теплого и солнечного Ростова, пасмурное северное небо вселяло лишь грусть. Но впереди было столько планов, что Гоша смотрел на предстоящую полярную зиму, как на перспективный этап в его новой жизни.
Продолжение:
Предыдущая часть: