Нога заживает крайне медленно и неохотно. Иногда кажется, что ей вообще лучше не станет, но иногда наоборот - что уже все позади, что опять могу хоть куда, и тогда я срываюсь, ковыляю на ближайший вокзал и еду куда угодно, лишь бы ближе к горам, Потом, конечно, опять становится хуже, снова начинаю хромать, ругать свою несдержанность и тосковать, глядя в окно хостела на надоевшую, изученную уже до мелочей, кордовскую улицу. Три месяца взаперти! Три месяца! В один такой "срыв" я отправился на железнодорожный вокзал… Побег был заранее спланирован: билет на электричку куплен еще в начале недели - я каждый понедельник думаю, что к воскресенью непременно полностью восстановлюсь; а рюкзачок с перекусом собран ещё с вечера. Как вы знаете, в Южной Америке с железнодорожным сообщением полный швах - не прижилось оно на континенте. Кладбище старинных локомотивов я показывал в Боливии, рассказывал о поездах будучи в Перу, Эквадоре, Бразилии и даже по парагвайским ржавым монстрам проходился мельком