«Страсть к игре есть самая сильная из страстей»
А.С. Пушкин Ал. Н. Вульф
Вертеп. Неукротимый бег.
В нем каждый шаг — сердечный стук.
В нем каждый звук — височный тук.
Бегун, беглец проходит круг.
В саду — двойные флейты и рожки,
И звуки скрипки, и трубы
Лишь вторят барабану.
Понтёр[1], едва перешагнув предел, назад уж нет пути.
Зачем пожаловал в вертеп?
Здесь жертвенник, на нём когда-то был телец.
Какую долю ищешь ты?
Крутится колесница,
Мелькает один, два, три…
По красному, черному полю
Стрелою время необратимо мчится.
Фортуны качели —
Все повторится вновь:
Кружатся судьбы на карусели.
Нет здесь ставок на любовь.
Игрок. О ком ведет речь Федор Михайлович то ли в одноименном романе, то ли в исповеди? Почему при всей многоликой публике, «игрок» в единственном числе? История создания романа вплетена в сделку — Автор должен написать роман в срок один месяц, минимальное количество — 12 печатных листов. В случае не выполнения условия — потеря авторского права на 9 лет. Ставки сделаны, господа.
Совпадение? Автор в игре и делает ставку на Игрока; герои играют и тоже делают свои ставки. Так может «игрок» — это сам Автор, выполнивший невозможное условие договора, написав роман за 26 дней?
Так кто такой «игрок» в романе Достоевского? Для каждого читателя он свой. Здесь «игрок» — собирательный образ, черты его будут складываться из характеров всех главных персонажей романа, как мужских, так и женских.
Топос. Sacrum
«Что ни толкуй Волтер или Декарт —
Мир для меня — колода карт,
Жизнь — банк; рок мечет, я играю
И правила игры я к людям применяю». (М. Лермонтов)
Где разворачиваются основные события? Это Vauxhall Gardens, Сад развлечений или просто ваксал. Он имеет три зоны:
1. сам Сад Развлечений
2. павильоны с рулеткой
3. то, что находится за пределами Сада Развлечений
Так как рулетка — это круг, то графически это пространство можно было бы представить тремя кругами с общим центром и разными диаметрами. В центре — рулетка, второй круг — Сад Развлечений, третий — парк и все, что на периферии. И так как центр — это не просто круг, а бегающий шарик по кругу, то он, являясь центром системы, запускает процессы на втором и третьем круге. Рулетка выступает системообразующим элементом в пространстве Рулетенбург. «Карты и карточная игра приобретают в конце XVIII — начале XIX в. черты универсальной модели — Карточной Игры, становясь центром своеобразного мифообразования эпохи» [2].
Рулетка представляет собой круг с 36 секторами красного и чёрного цветов и 37-м зелёным сектором «zero». Колесо рулетки движется против часовой стрелки, шарик запускается в противоположную сторону, то есть по часовой стрелке. Рулетка похожа на: колесо Судьбы, античный лабиринт (на рис. внизу), средневековый астрологический календарь для гаданий (на рис.), куранты, циферблат часов, человеческий глаз, компас, розу ветров, коловрат и другие символы разных культур.
Особое значение мудрец Пифагор и его последователи придавали числу 36, которое получается при сложении последовательности чисел: 1+2+3+4+5+6+7+8=36. 36 — числа 3 и 6 в сумме дает 9.
36 — число букв в дореформенном русском алфавите; температура тела человека 36,*; на 36-й неделе беременности внутренние органы и системы плода полностью сформированы, в любой момент могут начаться роды; количество дней в году кратно 36; в колоде — 36 карт, у фортепиано 36 чёрных клавиш и т.п. Сумма всех чисел представленных на рулетке 1+2+3+4+..+35+36 = 666. В сумме получится 9.
«В Европе долгое время «ноль» считался условным символом и не признавался числом; даже в XVII веке Валлис писал: «Нуль не есть число». В арифметических трудах ноль истолковывалось как ситуация полного разорения. Полному уравниванию его в правах с другими числами особенно способствовали труды Леонарда Эйлера». (Википедия).
Другими словами рулетка представляла не только модель новой системы исчисления, но, по-сути, являла новую систему отсчета от нуля или из/от пустоты (значение ноля в индуизме). Так сказать через рулетку «ноль» вошел в азартную игру.
Недалеко от Сада находится Шлангенберг (Змеиная гора), с которой должен был бы броситься вниз Алексей Иванович. Сад, змеиная гора, падение как метафоры напоминают о библейской истории выпадения из рая. Если следовать этой нити повествования, то изгнанники-игроки находятся в саду, может быть даже в эдемском, но земном понимании. Рулетка представляется не только Фортуной, крутящая свое колесом, но и «всевидящим Оком», с потоком одномерного времени, которая не может не притягивать людей, испытывающих судьбу в желании противостоять движению времени. На весах: «замес магии» и древних символов на одной чаше, а на другой — одинокий брошенный человек.
Франция, которая «подарила» миру рулетку, примерно в тоже время строила исправительные тюрьмы, больницы, учебные заведения и пр. в форме цилиндра с купольной крышей, напоминающий пантеон. Идеальная тюрьма со стеклянными перегородками и одним стражником будет представлена паноптикумом (фото и рис.). «Паноптикон, или инспекционное учреждение», Еремиея (Джереми) Бентам, 1791 г..
Наш «игрок» — сирота, как Полина Александровна. В романе нет ни одного взрослого или родителя. Даже дети генерала оставлены на попечение других людей. В этой фантастичной, чудесной истории все — дети. Подставных родителей, теть, дядь играют те же игроки-дети. Казалось бы, «воскресла» волевая бабуленька Антонида Васильевна, называя всех «колпаками», но она сама быстро попадает под колпак (наблюдение) и околпачена. С появлением нуля «на сцене жизни», она делает ставку на него и куражится. Игрок «отдает» себя на волю случая (такое правило рулетки). Если случай решает за «игрока», то он лишается не только выбора, но и воли. Так сказать «игрок» свою волю делегирует случайным силам. По его собственному выбору его воля под «колпаком неведомой силы», в «ситуации полного разорения», «этой семьи нет». А как она может быть, если нарушена первая заповедь, если утрачен образ отца и матери? Бабушка дала «осечку», «дисквалифицировала» себя как образ женщина-глава семейства. Детей-цыплят она не любит. Поэтому для Полины или Алексея проживание в ее дворце возможно если есть финансовая заинтересованность.
«Нельзя не заметить, что весь так называемый петербургский, императорский период русской истории отмечен размышлениями над ролью случая (а в XVIII в. — над его конкретным проявлением, «случаем» [2]. У «игрока» есть цель. Выигрыш-проигрыш это только средство, чтобы заметили, стать героем «истории». Более того, ставка Автора — вновь покорить Парнас. Это зависит от характера, выдержки «игрока», это игра с Фортуной, с её переменчивым нравом. «Стоит только хоть раз выдержать характер, и я в один час могу всю судьбу изменить! Главное — характер» [1]. Этот мотив звучал и прежде:
«Что если станет впредь воздержнее играть,
То может быть в игре счастливей нежель прежде» (Игрок Ломбера, Майков) [2].
Обратим внимание, что «рулетка — это игра по преимуществу русская» [1] и «понтирующий игрок играет не с другим человеком, а со Случаем» [2], более того, «игрок» пробует вывести закон. «Как можем мы говорить о законах случайности? Разве случай не является антитезой всякого закона?» Сказать, что исход события определяется случаем, значит признать, что у нас нет представления о том, как он определен» (Ж. Бертран)[2]. История представляет довольно много примеров уверивших в божественность чисел и пытающиеся вычислить некие тайны, которые помогут спрогнозировать жизнь и даже может быть по «библейским подсчётам» вычислить «дату конца света».
Хронос. Время в романе циклическое, как и движение в рулетке, «зациклено» на рулетку. Рулетка является системообразующим фактором в игре, организует не только пространство, но и всему задает свой ритм. Как в начале повествования, как и в конце, герой прибывает в Рулетенбург из Франции — это самый большой круг или цикл, описанный в романе. Можно ли назвать его «порочным кругом»? «Я просто сгубил себя!.. я сам понимаю всю омерзительность теперешнего моего состояния»[1].
В романе прослеживаются три игровые линии «игрока»:
1. Любовная
2. Азартные игры
3. Литература и писательство
«Игрок» пробует «на зубок» каждую из них. Любовная история у всех игроков терпит крах. Много страстей. Даже рассудительный генерал теряет рассудок из-за молодой пассии Бланш, тогда как «родные дети генерала, уж совершенно брошенные этим сумасшедшим человеком, а кажется, и ограбленные» [1]. Следуя закрученному сюжету, жизнь «игрока» крутиться вокруг рулетки, тогда как две другие линии как бы «затухают». Последняя глава описывает кризис «игрока» — кризис внутреннего мира, где он встречается со своей другой стороной. По Лотману, азартная играпредставляет собой модель конфликтной ситуации. Алексей Иванович один, побыв за долги в тюрьме, находится в отчаянном положении. При этом, как неожиданно, он рассуждает о французской литературе и поэзии. Несколько раз, как зов трубы, звучит «сможет ли «погибший человек.. воскреснуть», вернуться в жизнь?» Это главный вопрос, тема, которую ставит Автор и перед «игроком», и перед читателем.
Мы знаем, что Федор Михайлович, выполнил условие договора ко времени, написав феерическую историю об испытании страстями и становлении человека, о его воскрешении из zero. Воскрешение «из мертвецов» для Автора дело былое, рождение же «нового человека» произойдет лишь в 1871 году, а до тех пор еще 5 лет «игрок» будет продолжать бег по замкнутому кругу.
Факт из биографии: рождение детей в чете Достоевских, умерило влечение отца семейства к азартным играм. Что повлияло на волевое решение «не играть»? Любовь ли Анны, отцовство или писательство, теперь трудно сказать. Но факт остается фактом — непреодолимые силы, захватившие «игрока», были укрощены и преодолены Автором.
Послесловие
«Игрок» входит в пространство-время игры со своим неразрешенным конфликтом. Его истоки даже не в кантовских антиномиях, и не во власти над человеком денег, а находится в незаконченном споре «О свободе воли» — «О рабстве воли» между Эразмом Ротердамским и Мартином Лютером. Автор ставит те же самые вопросы и перед собой, и перед читателем «спасается ли человек по Благодати или его спасение так же завит и от него?»
Литература:
1. Достоевский Ф.М., Игрок.
2. Лотман Ю.М., «Пиковая дама» и тема карт и карточной игры в русской литературе начала XIX века.
*Вертеп – пещера, сад.
Слово вертеп — старославянизм по своему происхождению. На это указывает и фонетический облик его (е под ударением перед твердым согласным). Этимология слова считается неясной (Преображенский, 1, с. 76—77). Проф. Г. А. Ильинский находил в этом слове корень *вьрт-. По его мнению, «первоначально оно обозначало не «пещеру вообще», а извилистый овраг, пропасть или ущелье» (Ильинский, Слав. этимол. // Изв. ОРЯС АН, 1918, т. 23, кн. 1, с. 165—166). Это значение доныне сохраняется в диалектном украинском (в говоре лемков) слове вертепа и в болгарском врьтопъ — `ущелье с извилинами, кривая балка'. Еще более архаично по значению русское диалектное вертепúжины ж. мн. мск. водороины во множестве, овражистые извилины; сувои, сугробы, раскаты по зимней дороге» (сл. Даля 1880, 1, с. 184). Г. А. Ильинский думал, что отправным пунктом развития значения в этой группе слов было вертть. Отсюда могло возникнуть и то значение `водоворота', `поворота по реке' и даже `вихря', которое свойственно, наряду со значеним `ущелье', болгарскому слову врътопъ (ср. украинск. вертепити — `вертеть') (Горяев, Этимол. сл., 1896, с. 45).
**Понтёр, понти́ровать от фр. ponter — (в карточных играх) делать ставку против банка; наводить мосты (pont).
***В той же заметке Пушкин писал далее: «...не нужно было ни ума, ни заслуг, ни талантов для достижения второго места в государстве» (XI, 15).
Такую картину вселенского «фараона» мы находим в оде Державина «На счастие» (1789):
В те дни, как все везде в разгулье:
Политика и правосудье,
Ум, совесть и закон святой,
И Логика пиры пируют,
На карты ставят век златой,
Судьбами смертных пунтируют,
Вселенну в трантелево гнут;
Как полюсы, меридианы,
Науки, музы, боги — пьяны,
Все скачут, пляшут и поют...
[1] Понтёр, понти́ровать от фр. ponter — (в карточных играх) делать ставку против банка; наводить мосты (pont).