Начало.
"На горе колхоз, под горой совхоз,
А мой миленький, да задавал вопрос..."-издалека услышал Роберт.
Он что, уже в общаге, где пьянки переходили в песнопения, а потом в драки? Когда он тут очутился? Но нет, обоняние подсказало, он в больнице и голос который он слышит, старательно выводит мелодию, хочется слушать и слушать. Галлюцинации? Возможно. Звуки голоса приближались, шум воды, как будто полощут бельё. Ему бы открыть глаза, убедиться, что это не галлюцинации, но веки слишком тяжелы. Роберт пошевелил пальцами рук, глубоко вздохнул и тихо позвал:
-Мама.
Пение прекратилось и не открывая глаз, он увидел, что к нему подошла грузная, пожилая женщина.
-Родненький,-сказала женщина,- маму зовёт, все маму зовут. Господи, Господи, мама как спасательный круг, бедные мамы.
На глаза женщины навернулись слёзы, он этого не видит, но точно знает. Вот-вот слёзы покатятся по щекам. Роберт понимает, сейчас женщину тревожит не только он, нервы её на пределе и эта работа ей не по силам, но она вынуждена работать.
- Маму сюда не пускают, нельзя,-вытирая слёзы, сказала женщина,- Сейчас Игоря Сергеевича позову.
Он слышал, как тяжело ступая, женщина вышла из палаты. Похоже, это она пела.
Роберт постарался открыть глаза, получилось, но не открыть, а приоткрыть. Солнечный свет и белизна палаты резали глаз, но сквозь ресницы проглядывались радужные тени, все цвета спектра радуги, как будто после грозы, которая нагнала тучи, а сейчас прояснилось и вот оно чудо, радуга в палате.
Шумно вошёл Игорь Сергеевич и за ним едва поспевая, семенила женщина. Она была такой, какой он видел её с закрытыми глазами, грузная, уставшая, глаза добрые, но тревожные и он знает почему она тревожится. Её тревога затянувшаяся, потому что она не знает как разрешить те проблемы, которые на неё навалились.
От женщины Роберта отвлёк Игорь Сергеевич.
-Всё хорошо, всё хорошо, Мальцев, так держать,-сказал доктор и при этом пожал руку Роберта,-Сейчас померяем давление, ритм сердца в пределах нормы,-отметил Врач, глядя на монитор прибора,-понаблюдаем сутки и если всё будет так, как сейчас, переведём из реанимации в палату. Мама очень хочет вас видеть, вот и свидитесь.
-Скажите маме, что у меня всё нормально, попросил Роберт.
-Я скажу, обязательно скажу, а вы, уважаемый... Ох и напугали вы нас, но слава Богу, обошлось, самое страшное теперь позади.
"Хороший мужик и врач хороший,-подумал о Игоре Сергеевиче Роберт,- а вот с женой ему не повезло, та ещё стерва. Ему бы развестись с нею, но она держится за него мёртвой хваткой. Держится пока не найдёт более выгодную партию, а она в поиске. Сказать ему? Наверное не надо, а то подумает, что у меня крыша поехала. И всё же жалко его. У него душа неспокойна, а был бы он счастлив, мог бы ещё долго спасать людей, а так... Жизнь Игоря Сергеевича коротка и всё из-за..."
-Отдыхайте. Варвара Ильинична вас покормит,-указал врач на грузную женщину,- Вставать нельзя, пользуйтесь судном, уткой. Стесняться не надо, ту не до стеснений.
-Я сейчас,-сказала Варвара Ильинична,-вынесу ведро со шваброй и покормлю вас. Я мигом.
Смешно смотреть на полную женщину, которая пытается быть быстрой, но больше жалко её, очень жалко. Когда она будет его кормить, он скажет как ей быть. Как выбраться из того, что загнало её душу в ад.
- Кашка манная, с маслицем, вкусная, самое то, что тебе, родимый нужно. Еда лёгкая, но питательная,-как маленького уговаривала Роберта Варвара Ильинична,- Вот и ладненько, вот и правильно, кушай, кушай. А завтра, Бог даст уже маму увидишь. Господи, как же тяжело матерям переносить беды детей, больней, чем свои.
Варвара Ильинична тяжело вздохнула и если бы она не сказала тех последних слов, Роберт не решился бы сказать ей то, что он видел.
-Варвара Ильинична, не заставляйте дочку идти к мужу на поклон.
От слов Роберта Варвара Ильинична вздрогнула и замерла с ложкой у рта Роберта.
-Не надо этого делать, он не вернётся, а самооценка вашей дочери станет ещё ниже. Плохой он человек и детям такой отец не нужен.
Варвара Ильинична часто заморгала, как будто приводила себя в чувства наконец ложку с кашей отправила Роберту в рот и спросила:
-Ты откудава знаешь, родимый? Ты знаешь мою Танюшку или знаешь этого ирода?
-Никого не знаю, но всё вижу и знаю как нужно сделать, чтобы ваша душа наконец успокоилась.
-Да как же не ходить к нему и не просить чтобы вернулся? Трое детей у них с Таней, а он нашёл себе кралю и дети по боку, как будто его дети вовсе не его. Куда ж это мир катится, родной отец от своих детей отказывается. А РОстить их как? Он ведь не хочет детям платить, скрывается от алиментов, вот я и пошла работать, тут, в больнице убираться, а сама то я уж выработалася вся, сил нету, а тут ещё такие невры. Нет, Роберт, надо к поганцу идти на поклон, другого выхода не вижу. Если б ты знал, как он за Танюшкой бегал, жить без неё не мог и жили, как люди жили, а тут раз и всё, как будто какой приворот на него наслали.
-Нет на нём никакого приворота. Вашей Тане надо развести с ним и забыть что он существует и алименты с него не брать. Пожалеете потом, что он детям гроши платить будет, а потом, когда дети вырастут, он подаст на них на алименты. Если вы сделаете так, как я говорю, ваша жизнь наладится, потому что наладится жизнь Тани. Таня выйдет замуж за достойного человека и детей они вырастят, появится у них совместный ребёнок, только вы не мешайте Тане свою судьбу вершить. Подскажите ей, пусть сделает так, как я вам сказал и всё наладится.
-Ох, Роберт, "твоими устами, да мёд пить". Кто ж на троих то чужих детей пойдёт? Они родному отцу не нужны, а ты говоришь...
-Есть люди и мужчины в том числе, для которых чужих детей нет. Послушайте меня, я знаю что говорю.
-Откудава тебе такое знать ?
-Знаю и всё. Не понимаю откуда приходят знания, а только уверен, они истинные. Варвара Ильинична, я ведь умер там, когда за мою жизнь боролся Игорь Сергеевич. Я умер, вышел из тела, но всё видел и слышал и знал всё про тех, кто боролся за мою жизнь. Тогда я подумал, что эти знания могут быть только тогда, когда я отделился от тела, но вот я окончательно пришёл в себя и понял, они не исчезли. Не хочу вас пугать, но всё же скажу, плохо всё кончится, если Татьяна пойдёт к мужу на поклон, для Тани плохо кончится. Уберегите её от самой себя и всё будет хорошо.
-Я человек пожилой,-вздохнула Варвара Ильинична,-много чего в этой жизни не понимаю. Люди стали другими, но почему то тебе, родимый, верю. Али я дура доверчивая?-подмигнула Варвара Ильинична Роберту,- Так на то есть объяснения, в другие времена я жила, а там почти всё другим было. Ну вот кашу и доели. Вот звонок, кнопка, ежели что надо, позвони. За беседу спасибо, я подумаю, крепко подумаю над твоими словами и пожалуй ты прав, не надо Тане на поклон к этому супостату идти.
-Сынок, мой мальчик, ну зачем ты так?-гладила Роберта по волосам мама и плакала,-Береги себя сынок, прошу тебя. Пообещай мне, что не будешь пить.
Роберт улыбался и молчал. Как он может обещать маме, то о чём он пока не знает. Если о других он знает всё, то о себе ничего. Похоже, с собой ему придётся заново знакомиться, потому как он стал другим, пока не знает каким, ну уж точно не таким каким он был.
-Всё будет хорошо,-улыбнулся Роберт,-Я постараюсь, мама,-перехватил руку матери Роберт и поцеловал её.
-Папка! Привет!-в палату шумно завалили сыновья Роберта и он видел, они рады что он жив, искренне рады.
-Мама вечером к тебе придёт, после работы,-сказа Артём,-Папка, ты так больше не делай, не пугай нас.
-Постараюсь,-Роберт купался в искренности и любви матери и детей.
А вот отец? Он не пришёл и не придёт. Роберт знал, отец гордый, гордыня не даёт ему вздохнуть и от того он несчастен, это и есть ад отца. Он вдруг понял, отец любит его, но свою гордыню он любит больше, оттого не и исходит от него искренние чувства, он прячет их, несчастный отец.
-Как папа?-спросил Роберт мать. Он всё знал, но своим вопросом ему хотелось порадовать маму.
-Папа? Всё хорошо, передавал тебе привет.
Бедная мама, она вынуждена лгать, никаких приветов отец ему не передавал. Всё таки тяжело знать всё про всех. Наверное это и есть ясновидение? И высшие силы посчитали его достойным знать о всех, о всех, но не о себе. Видимо дали понять, здесь, на земле, плохо бывает не только ему одному и все несут свой крест. Стараются достойно нести и видеть в этой жизни не только плохое, но и хорошее, что помогает выживать им в аду.
Почти месяц Роберт провалялся в больнице. Сейчас, наверное он благодарен всем тем людям, которые вернули его к жизни, ухаживали за ним, беспокоились о нём. Как он может их отблагодарить? Ну цветы, торты, конфеты, это само собой разумеющееся, но своими знаниями он может улучшить их жизнь. Но вправе ли он вторгаться в их жизни? Возможно, они посчитают его шарлатаном, который, своими грязными ботинками топчется по их судьбам. То что он хочет им сказать, их огорчит, разочарует, но в итоге, если они ему поверят, сделает их счастливее.
-Ну Роберт, надеюсь, ты к нам ты больше не попадёшь,-улыбнулся Игорь Сергеевич,- Не надо, живи и радуйся, а у нас и без тебя работы хватает.
Роберт подошёл к доктору, обнял его, потом отстранился и посмотрел в глаза Игорю Сергеевичу, так посмотрел, что доктор забеспокоился. Ему конечно приятны эмоции Роберта и Роберт это знал, его тревожность передалась доктору.
-Что-то не так?-спросил Игорь Сергеевич,-Я чувствую, что...
-Потому вы и талантливый врач, что чувствуете,-ответил Роберт,-Я боюсь вам сказать то, что я хочу вам сказать. Может вы не станете меня слушать и выгоните из кабинета, но я настолько вас уважаю, что не могу не предупредить вас, а как вы поступите после того что узнаете, решать вам.
Видно было как Игорь Сергеевич, как бы ослаб. Его руки немного дрожали. Может другие бы этого не заметили, но не Роберт.
-Присядьте,-сказал Роберт, как будто то был не кабинет Игоря Сергеевича, а его личный кабине.
Врач послушно сел в кресло, Роберт присел напротив.
-Игорь, Сергеевич,-начал Роберт,-скажу прямо, без предисловий, ваша жена не поддерживает вас, она мешает вам жить. Она вас не любит. У неё любовник и она ждёт момента, когда любовник предложит ей уйти от вас, но он не предложит ей, а она так и будет вас мучить.
-Как вы смеете?-тихо произнёс Игорь Сергеевич.
-Смею,-Роберта уже не остановить,-Я жить не хотел, но вы посмели меня вернуть к жизни, потому и я осмелюсь вернуть вас к нормальной жизни, той, которую вы действительно достойны. Я вижу её, вашу жену и если вы мне не верите, я вам её опишу. Почему-то я не вижу её глаза, но видимо, это не важно. Её шея, на шее цепочка с кулоном скорпиона, это её знак зодиака, волосы светлые, до плеч, движением головы она отбрасывает их назад, её ухо с серьгой в виде снежинки или звезды, с бриллиантами. Чуть ниже уха родинка, которой она гордится и когда флиртует, старается показать её. К её шее склоняется мужчина и целует её родинку. Лицо мужчины вижу полностью, не молод, скорее даже стар, но богат, седой, но а вот усики у него рыжие, смешные усики для такого возраста.
-Всё, хватит,-остановил Роберта Игорь Сергеевича,-Я предполагал... Вы так описали её любовника, я сразу его узнал. Откуда вы это знаете, чёрт возьми?
-А не надо было меня реанимировать,-улыбнулся Роберт,-До того, пока я не выходил из тела, ничего такого я не знал, я просто хотел сдохнуть и всё, но когда я вновь оказался в теле, знания, которые я приобрёл вне тела, от меня не ушли.
-Поразительно. И что мне делать с тем, о чём вы мне поведали?
-Я знаю что делать. Но послушаете ли вы меня. И вот ещё, от такой жизни как у вас сейчас, вы теряете часть своего врачебного таланта и ваша жизнь с вашей теперешней женой будет коротка, ваша жена буквально пожирает вашу жизнь. Вам не нужно ждать, когда она от вас уйдёт, вам нужно развестись с нею и приглядеться к женщине, которая в одной упряжке с вами, которая понимают вас с полуслова и с полувзгляда, которая верит в вас и боготворит вас, потому что она вас любит.
-Вы имеете ввиду...?
-Вы знаете о ком я. Понимаю много сложностей, но если вы их преодолеете, вы будете счастливы, у вас будут дети, сейчас у вас их нет, они не нужны вашей жене и наконец, вы из хорошего врача дорастёте до выдающегося. Прислушайтесь ко мене. Вот и всё, что я хотел вам сказать напоследок. До свидания, Игорь Сергеевич.
-Нет уж, никаких свиданий, Роберт, прощайте и не надо больше к нам возвращаться.
Новизна чувств и ощущений Роберта исчезли сразу же, как он только подходил к общежитию. Вошёл в свой теперешний дом, всё тот же обшарпанный коридор, запах кошачьей мочи смешался с чем то прокисшим. Шум со всех сторон, от которого Роберт не мог скрыться. Слишком много людей и они все почти что рядом. Разномастная информация навалилась на Роберта со всех сторон. Слишком, слишком много всего.
Он вошёл в свою комнатёнку. Спёртый воздух ударил в нос Роберта, он открыл окно и вдохнул свежий воздух. Пришло осознание того, что жить здесь он больше не сможет. Жить ему нужно одному и не в квартире, а в доме, а скорее всего на даче, которую в скором времени он постарается снять .
Продолжение следует.
Жду ваши отклики, дорогие мои читатели и лайки, если рассказ того заслуживает. А для тех, кто не читал рассказ "Предсказание-1", рекомендую к прочтению. С уважением, ваш автор.