"… Они с Тоськой вдвоём сидели в родительском доме, в комнате Нины перед распахнутым в ночь окном, слушали, как засыпает село. Воспоминания терзали её, не оставляли ни днём, ни ночью, и она никому не могла признаться, даже маме… что всё ещё ждёт. Ждёт, что Сергей приедет, и скажет то, что должен сказать…"
* НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 4.
- Что?! Да вы что, обе, с ума сошли?! – кричал Алексей Петрович, шагая по комнате, размахивая руками и глядя на бледную жену и заплаканную дочку, - Да вы… вы… Чем вы вообще думаете?! А ну, Нинка, немедля давай мне адрес этого Сергея, и его мамаши с папашей тоже, я сам съезжу в город и устрою им такое! Им небо с овчинку покажется! Где ж это видано, такое творить…
Алексей Петрович охнул, сел на стул и схватился за сердце, Нина вместе с мамой бросились к нему, но тот только отмахивался от них, приговаривая, что вот сейчас посидит и всё у него пройдёт. А после он поедет в город, к Сергею и его родителям!
В доме началась суета, Клавдия усадила дочь на диван, а сама принялась трясущимися руками копаться в коробке с лекарствами, искать капли для мужа, тот сидел бледный, но уже приходил в себя.
- Мам, может быть в медпункт сбегать? – робко спросила Нина, - Пусть Таисия Тимофеевна придёт…
- Ещё чего не хватало! – проворчал Алексей Петрович, - Чай, не помру! Мать, окно пошире открой! Нинка! Не ждал я от тебя такого ножа в спину! Это же надо? Как теперь людям в глаза-то смотреть?! Позор, на весь посёлок позор!
Тихая и всегда покладистая Клавдия, которая как раз подала мужу стакан с водой и каплями, проследив, чтоб тот выпил его, при таких словах всплеснула руками, и вдруг с силой стукнула по столу кулачком:
- Да ты, отец, в своём ли уме, такое говорить?! Что, она первая, что ли?! Или она человека убила, или украла чего? Родит, дитё вырастет, человек новый, что в этом позорного! Вот тому, кто девчонку обманул, пусть он сам стыдится, и родители его, что эдакого человека воспитали! А тебе, может, сестру твою родную вспомнить? Та из Ленинграда двойню в утробе привезла, и ничего, мать ваша, свекровка моя, Царство ей Небесное, гордо по селу ходила, никого не стыдилась! А ты, чего придумал? О людях он печётся, о них думает, чего там они скажут! Да люди всегда болтают, от скуки, или от безделья! Поговорят да перестанут! А ты больше про дочь свою думай, каково ей теперь такие слова от отца родного слышать!
- Клава… что ты, Клавушка, - вдруг неожиданно забормотал Алексей, - Я ведь не про то… Ты сама капли прими, вон какая белая, и Нинке накапай! Девочки мои любимые, вы меня простите, это у меня в голове помутилось всё… Простите меня, дурака!
Сколько слёз тогда Нина пролила, кто бы знал. Только Тоська полосатая про это ведала, когда усатой своей мордочкой в Нинину щёку тыкалась, стараясь поддержать и утешить. А народ на селе смаковал такое потрясающее известие – дочка Логиновых, отличница и гордячка Нинка нагуляла ребёнка в городе, невесть от кого, далее шли подробности, которые кумушки местные придумывали, каждая в меру собственной фантазии. Откуда начались такие сплетни, Нина не знала, ведь явных признаков беременности пока не было очень заметно… Может быть, новость разлетелась после того, как Нина обратилась в местную амбулаторию, за направлением в город к женскому доктору. Да и какая разница, откуда пошло, всё равно рано или поздно это бы открылось, и тётка Зоя Сенявина ходила теперь задрав нос и вещая кумушкам о том, как Нинке-гордячке за гонор её и пренебрежение «прилетело», а вот если бы она стала с её Лёнькой встречаться, такого бы точно не случилось!
Нина же со двора своего почти не выходила, помогала матери по дому, повязав косынку обихаживала огород. Некоторые сельчанки, жившие даже не на этой улице, теперь находили причину, чтобы пройти мимо дома Логиновых, и словно бы невзначай остановиться у палисада, а завидев идущую по двору Нину, спросить что-то, наподобие:
- Нинок, ну, как дела? Говорят, свадьба у тебя скоро, за городского замуж выходишь? А учёба как же? Ведь окончить надо, поди отец уж договорился, что тебя к нам на комбинат распределят!
Нина чаще ничего не отвечала, просто здоровалась сухо и уходила в дом, или в сарай, смотря по тому, чем была теперь занята.
Отца они с мамой кое как уговорили не ездить в Челябинск на разговор с Сергеем и его семьёй. Потому что смысла в этом не было никакого…
- Ну вот скажи мне, - спрашивала Клавдия мужа, - Приедешь ты, что скажешь ему? И родителям его?
- Да уж найду, что сказать! – горячился Алексей Петрович, - Это что же, опозорил девушку, так пусть женится!
- Хотел бы, так сам бы приехал, и женился бы, как это с самого начала говорил! А так… что же, ты его заставишь жениться?
- А то! Заставлю, как миленького!
- Да? И как же нашей дочери с таким мужем поживётся? Это ты не подумал? Хорошо ей будет с таким мужем, и ребёночку, каково, которого отец не желал?! Не сходи с ума!
- Ладно! Пусть не заставлю! – не отступался Алексей, - Но хоть и им устрою! Пусть стыдно будет! Где там его папаша трудится? Вот пусть знают, какого сыночка он воспитал! В профком обращусь, и в институт тоже, чего там у них, совет студенческий или чего! Вот тоже, пусть на вид поставят!
- Папа, я прошу тебя, не нужно, - испуганно говорила Нина, она со страхом думала, что ещё и в институте, на своём курсе ей придётся стыдливо опускать глаза.
Нина оформила на год академический отпуск и планировала вернуться к учёбе позже, и не хотела бы выносить свою личную жизнь ещё и в институте на всеобщее обозрение. Сама виновата… кого винить в том, что она совершила такую ошибку?
- Ниночка, скажи, а Сергей… он знает? – осторожно спросила Клавдия у дочери.
- Да, знает, - кивнула Нина.
- Ну вот, давайте и закончим с этим разговором, - сказала Клавдия, пристально глянув на мужа, - Это дело нашей семьи, всё!
Больше про это и в самом деле не заговаривали с Ниной ни мать, ни отец. Что ж, Клавдия Ильинична была права, не впервой такое у людей случается, не они первые!
А Нина на всю жизнь запомнила тот день, когда вышла она из городской поликлиники, куда отправилась со своим «страшным» подозрением, как сидела на скамейке в маленьком скверике в ожидании Сергея, они уговорились встретиться здесь после занятий. И как она сообщила Сергею, что у них будет малыш, и его лицо… Сначала недоверчивое, потом недоумённое, но в конце концов он справился с собой и сказал:
- Ниночка, ну мы ведь всё равно планировали пожениться в августе! Ведь это не поздно… я не очень опытный в этом человек, но… Ты согласна на август?
- Конечно, - улыбнулась Нина, и Сергей обнял её, прямо там, в скверике, на глазах у прохожих, которые смотрели на них и улыбались.
А потом, через несколько дней Нине показалось, что она попала в ад. В тот день она вышла из аудитории почти последняя, одногруппники уже разбежались по своим делам, а ей некуда было спешить – Сергей сказал, что на этой неделе он вынужден уехать по делам семьи, поэтому они не увидятся.
Нина думала о том, что ей сейчас нужно зайти в магазин, купить хлеб к ужину, они с соседкой по комнате в общежитии делали это по очереди, сегодня как раз была очередь Нины. Но откуда-то сбоку выскочила высокая сухощавая женщина с острым носом и сощуренными в узкие щёлочки глазами.
- Нина? Ведь вы же – Нина, да?
- Да, - Нина растерянно смотрела на незнакомую женщину, - А вы, простите, кто?
- Я мама Сергея Белорецкого! – сообщила дама и увлекла Нину к выходу, - Не волнуйтесь, мы с отцом Сергея хотим с вами поговорить. Давайте поедем к нам домой, там будет удобнее!
- Но я… не ожидала приглашения в гости, - Нина совершенно растерялась и в испуге прижимала к себе сумку с книгами.
- Ничего, мы так же не ожидали… такого, - усмехнулась женщина, - Меня, кстати, зовут Людмила Степановна, не знаю, говорил ли вам Сергей.
- Да, говорил. Мы хотели к вам на выходных, познакомиться…
- Серёжин отец – не последний человек в городе, - с гордостью сказала Людмила Степановна, указывая на стоявшую возле института «Волгу», - Машину прислал, чтобы мы с вами доехали с комфортом.
Нина от волнения не заметила, как доехали до дома родителей Сергея, они много раз гуляли мимо, но пока она не была в гостях. Людмила Степановна сидела в машине молча, прямая, как доска, и только изредка говорила что-то водителю.
Они вместе вошли в большую прихожую, их встретила женщина средних лет, назвавшая мать Сергея по имени-отчеству, она взяла у неё сумочку и лёгкий плащ, и скрылась в недрах показавшейся Нине огромной квартиры.
Нина оказалась в большой, обставленной с претензией на роскошь гостиной. В кресле, у дубового стола сидел седой мужчина с бородкой, в домашнем жилете и очках в золотой оправе. А в углу, на небольшой кушетке Нина разглядела совершенно подавленного Сергея.
- Уважаемая Нина, добрый день, - поздоровался с нею мужчина с бородкой, Нина поняла, что это отец Сергея, - Что ж… Сергей сказал правду – вы очень красивы.
Людмила Степановна села за стол рядом с мужем, и таким образом Нина одна осталась стоять перед ними, прямо посреди комнаты. Сергей сидел, опустив голову и не глядел на Нину.
- Мы узнали, уважаемая Нина, - сказала Людмила Степановна, - Что вы… как бы это сказать помягче… имели глупость думать, что наш сын женится на вас, если вы забеременеете. Так вот, мы хотим вам сказать, что мы этого не допустим. Мы, конечно, понимаем, что… всё это доставит вам определённые неудобства, и готовы помочь вам… решить этот вопрос.
- Серёжа…, - дрожащим голосом прошептала Нина, но её жених не поднял и головы, только посильнее вжал голову в плечи.
- Ну подумайте, - продолжила Людмила Степановна, - Зачем вам так осложнять жизнь? Ведь вам придётся растить этого ребёнка… самой! Сергей… понимаете, у него есть невеста, и после завершения учёбы их ждёт заграничная командировка! Его невеста имеет блестящее образование, знает два языка, а её родители… Впрочем, это неважно, и вас не касается. Мы уверены, вы хорошая девушка, умная, и сделаете правильный выбор. Ведь так?
- Серёжа, ты… почему ты мне не сказал про… это всё? – Нина смотрела только на Сергея, - Ведь ты…
- Я не думал, что ты забеременеешь, - пробормотал Сергей, - Это… не входило в мои планы!
Нина не могла больше стоять перед этими людьми, словно школьница у доски, да и находиться здесь ей было душно. Она повернулась и вышла в прихожую, та женщина, что встречала их, снова возникла из ниоткуда, с жалостью глянула на Нину и открыла ей входную дверь, прошептав украдкой:
- Беги отсюда подальше, девочка!
И Нина ушла. Она слышала, как Сергей что-то кричал родителям, его мать отвечала ему ещё громче, что-то гудел отец. После этого Сергей больше не появился ни в общежитии у Нины, ни вообще в институте, Нина слышала, как про него говорили общие знакомые, что он заболел, и до начала будущего учебного года его не будет.
И тогда Нина поняла, что осталась одна. И решать все проблемы ей тоже придётся самой.
… Они с Тоськой вдвоём сидели в родительском доме, в комнате Нины перед распахнутым в ночь окном, слушали, как засыпает село. Воспоминания терзали её, не оставляли ни днём, ни ночью, и она никому не могла признаться, даже маме… что всё ещё ждёт. Ждёт, что Сергей приедет, и скажет то, что должен сказать…
- Нина…, - раздался, под окном тихий голос, когда все в доме уже спали, - Нина, ты спишь? Выгляни, прошу… Надо поговорить!
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья, рассказ будет выходить ежедневно, по одной главе, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.