— Какие красивые шторы, Юленька. Только в гостиной я бы повесила другие, — Елизавета Евгеньевна провела рукой по новой портьере. — В своё время я выбирала...
— Мама, мы же обсуждали, — Денис оторвался от ноутбука. — Дай им хотя бы обжиться.
Юля промолчала, продолжая раскладывать посуду по кухонным шкафам. Три года они шли к этому дому. Три года сверхурочных, подработок и экономии на всём. И вот теперь, когда до заветного новоселья остаются считанные дни, свекровь решила "помочь с обустройством".
— Денис, сынок, мы же только советуем, — Александр Павлович похлопал сына по плечу. — Опыт всё-таки. Вот у Верочки, моей двоюродной сестры...
— Которую я последний раз видел лет пятнадцать назад?
— Вот именно! Она прекрасно разбирается в интерьерах. Я ей фотографии отправил, она собирается приехать, посмотреть...
Юля замерла с тарелкой в руках. Приехать?
— Папа, не нужно никого приглашать, — в голосе Дениса появилось напряжение. — Мы сами разберёмся.
— Да что ты как неродной. Дом такой большой, места всем хватит. Мы же помочь хотим.
"Помощь" началась две недели назад. Свекры приехали на день, осмотреть почти готовый дом. И остались. Сначала на выходные, потом "до среды", а теперь уже и чемоданы перестали прятать в гостевой.
— Лиза, может домой? — Александр Павлович посмотрел на жену. — У детей свои планы.
— Саша, ты как маленький! Какие планы? Им помощь нужна. Вон, шторы неправильные, мебель расставлена не так. А готовить? Юля же целыми днями на работе. Нет, нужно всё правильно организовать.
Юля поставила тарелку и медленно повернулась к свекрови:
— Елизавета Евгеньевна, спасибо за заботу. Но мы правда справимся. У нас есть план по обустройству, и...
— План? — свекровь рассмеялась. — Деточка, ты думаешь, я не вижу, как ты устаёшь? Вчера макароны на ужин, сегодня эти полуфабрикаты. Нет, я как мать не могу такого допустить. Сейчас Верочка приедет, она же кулинар прекрасный. И племянница моя, Светлана, говорит, может погостить, помочь с садом.
Денис встал из-за стола:
— Мама, никаких гостей. Мы только въехали.
— Вот именно! — Елизавета Евгеньевна торжествующе подняла палец. — Только въехали. Вам нужна помощь. А родственники что, чужие? Денег на еду не жалей, мы теперь часто будем к вам приезжать. Дом-то большой.
— У нас ипотека, — напомнила Юля.
Елизавета Евгеньевна вскинула на нее возмущенный взгляд.
— Что значит ипотека? У сына такой дом, места всем хватит.
Юля и Денис переглянулись. Три года они планировали этот дом. Свой дом. И теперь он на глазах превращался в семейный пансионат.
В этот вечер Юля долго не могла заснуть. Шум воды в гостевой ванной, громкий голос свекрови, обсуждающей по телефону приезд родственников - всё это никак не давало погрузиться в сон. Денис уже спал - завтра ему рано вставать на работу.
— Конечно, приезжайте! — доносился из коридора голос Елизаветы Евгеньевны. — Места много, комнат хватает. Денис такой дом построил - загляденье!
Юля накрыла голову подушкой. Вспомнился их первый разговор с Денисом о собственном доме. Тогда они сидели на крошечной съёмной кухне, считали, сколько нужно откладывать на первый взнос.
— Представляешь, у нас будет свой сад, — мечтательно говорила она. — Можно будет завтракать на веранде.
— И барбекю во дворе, — подхватывал Денис. — Будем по выходным устраивать ужины на свежем воздухе.
Три года они шли к этой мечте. Денис брал сверхурочные в своём строительном управлении. Юля перешла на удалённую работу бухгалтером, взяла ещё один проект. Каждую копейку откладывали на строительство.
И вот, когда мечта почти сбылась...
Утро началось с запаха жареного лука. Юля спустилась на кухню - свекровь колдовала у плиты.
— Доброе утро, Юленька! Я тут решила пирожки напечь - Вера с мужем приезжают. Они с дороги будут, надо накормить.
— С дороги? — Юля замерла на пороге кухни. — А они надолго?
— Да кто ж знает, — Елизавета Евгеньевна пожала плечами. — Может на недельку, может на две. Дом посмотрят, с нами пообщаются. Столько лет не виделись!
К вечеру приехали гости - шумные, с чемоданами и подарками. Вера, грузная женщина в цветастом платье, сразу взяла командование на себя:
— Ну-ка, показывайте ваши хоромы! Лизонька говорит, тут целых пять спален?
— Три, — тихо поправила Юля. — И одна гостевая.
— А эта комната? — Вера распахнула дверь в кабинет Дениса.
— Это рабочий кабинет, я там...
— Прекрасно! Значит, Толик с Маринкой могут приехать! А то неудобно - все здесь соберутся, а они нет.
— Какой Толик? — растерянно спросил Денис.
— Как какой? Твой троюродный брат! Ты что, забыл? На моей свадьбе ещё гулял!
— Тётя Вера, мне тогда было семь лет...
Но Вера уже строчила кому-то сообщение, приговаривая:
— Толик будет рад! Он как раз в отпуске. И Маринка давно хотела на природе отдохнуть. — Она посмотрела на Юлю: — Ключи не прячь, мы теперь часто будем заезжать. Дом такой просторный.
Юля молча смотрела, как гости располагаются в гостевой спальне. Как свекровь достает из шкафа её новые полотенца. Как Вера с мужем планируют барбекю на выходных.
Вечером, когда они с Денисом наконец остались одни в спальне, Юля не выдержала:
— Что происходит? Почему твои родители решают, кто будет жить в нашем доме?
— Милая, они же немного погостят и уедут, — Денис обнял жену. — Ты же знаешь мою маму - ей просто нужно всем помочь, всех накормить.
— Немного? Денис, твои родители живут у нас две недели. Теперь приехала тётя Вера. На подходе какой-то Толик с Маринкой. А мы даже собственное новоселье не отпраздновали!
— Давай потерпим немного. Не могу же я их выгнать.
— А мои чувства тебя не волнуют? Мы три года строили этот дом. Свой дом! А теперь я даже завтрак не могу спокойно приготовить - твоя мама считает, что я неправильно режу овощи!
На первом этаже грянула музыка - Верин муж решил послушать свои любимые песни.
— Поговори с ними, — попросила Юля. — Объясни, что мы хотим побыть одни. Освоиться в новом доме.
— Завтра, — пообещал Денис. — Завтра я всё решу.
Но завтра приехал Толик с Маринкой. И с детьми. Двумя маленькими, шумными детьми, которые тут же оккупировали гостиную.
— Какой чудесный дом! — восхищалась Маринка, расставляя по полкам детские игрушки. — Прямо как я мечтала. У вас же нет детей, вам места не жалко?
Юля закрыла глаза. Они с Денисом планировали завести ребёнка в следующем году. Когда выплатят часть ипотеки. Когда обустроят детскую - ту самую, где сейчас поселились Толик с Маринкой.
К концу недели дом напоминал проходной двор. Толик с Маринкой и детьми заняли детскую. Вера с мужем - гостевую спальню. Свекры основательно обосновались в кабинете Дениса. А сам Денис теперь работал за кухонным столом, пытаясь сосредоточиться под крики детей и бесконечные разговоры родственников.
— Мы на рынок, — объявила утром Елизавета Евгеньевна. — Юля, дай денег на продукты. У нас столько ртов, надо всех кормить.
— Что? — Юля растерянно посмотрела на свекровь.
— Денег, говорю, дай. Или ты хочешь, чтобы гости голодные сидели?
— Елизавета Евгеньевна, я не...
— Мама, подожди, — вмешался Денис. — Давай я схожу в магазин после работы.
— После работы? А что люди будут есть весь день? Юля, ну не будь занудой, дай денег.
Юля молча открыла кошелёк. Половина месячного бюджета на продукты ушла в руки свекрови.
— И на фрукты добавь, — вклинилась Маринка. — Детям нужны витамины.
Вечером Юля сидела над семейным бюджетом. Расходы росли как снежный ком. Продукты на десятерых. Электричество - постоянно работают два телевизора, кондиционеры, стиральная машина. Вода - все принимают душ по два раза в день. А ещё бытовая химия, туалетная бумага, салфетки.
— Дениска, мы тебе помогаем, а ты недоволен? — донёсся с веранды голос тёти Веры. — Я вот котлеты пожарила, плов приготовила.
— Тётя Вера, я благодарен, но...
— Вот именно - благодарен! А Юлька твоя нос воротит. Мы стараемся, готовим, убираем...
— Убираете? — не выдержала Юля, выходя на веранду. — А это что?
Она показала на гору грязной посуды в раковине, на разбросанные по гостиной игрушки, на следы грязной обуви на только что вымытом полу.
— Ой, какая щепетильная, — фыркнула Вера. — Подумаешь, дети поиграли. Не царские покои, не развалится.
— Это наш дом, — тихо сказала Юля. — Мы за него ипотеку платим.
— А мы что, чужие? — вступила Елизавета Евгеньевна. — Семья должна помогать друг другу. Вот в моё время...
— В ваше время вы жили в своей квартире, — отрезала Юля. — А не свозили всю родню в дом к сыну.
— Как ты разговариваешь со старшими? — возмутилась свекровь. — Денис, скажи ей!
Но Денис молчал, глядя в одну точку. А со второго этажа уже доносился топот - дети Толика затеяли догонялки.
— Мне нужно работать, — наконец произнёс он. — А я не могу сосредоточиться с таким шумом.
— Так иди в свой кабинет, — пожала плечами Елизавета Евгеньевна.
— В кабинет? Мам, там ты с папой живёте.
— Ну и что? Днём можно и поработать там.
— А вещи? Мои документы? Папины рыболовные снасти везде...
— Господи, какие вы все неблагодарные. Мы к вам со всей душой, а вы...
Юля медленно поднялась из-за стола.
— Хорошо. Раз уж мы все тут живём одной семьёй, давайте определимся с правилами.
Она достала блокнот и начала писать.
— Первое. Уборка. Составляем график дежурств. Каждый убирает за собой посуду сразу после еды. Детские игрушки собираются вечером. Второе. Готовка. Все скидываются на продукты. Меню обсуждается заранее. Третье. График пользования ванной. В доме всего два санузла, а нас десять человек.
— Это что за новости? — возмутилась Маринка. — Мы в гостях вообще-то!
— В гостях? — Юля подняла глаза от блокнота. — Вы живёте здесь. Бесплатно. Пользуетесь всем. Едите. Стираете. Готовите. Это не гости. Это коммуна.
— Денис! — воскликнула Елизавета Евгеньевна. — Ты слышишь, что твоя жена говорит?
— Да, мама, я слышу, — Денис встал рядом с женой. — И я с ней согласен. Мы купили этот дом в ипотеку. Платим по сто тысяч каждый месяц. Работаем как проклятые. А вы все решили, что раз дом большой - значит, можно жить здесь сколько угодно.
— Сынок, но мы же помогаем, — начала Елизавета Евгеньевна.
— Чем, мама? Тем, что заняли мой кабинет? Тем, что командуете моей женой? Или тем, что приглашаете всех родственников, даже не спросив нас?
— А что такого? — вклинилась Вера. — Раз уж построил такие хоромы, надо делиться с родней.
— Построил? — Денис повысил голос. — Мы с Юлей строили. Три года без отпусков. Без выходных. Каждую копейку считали. А теперь вы хотите жить здесь бесплатно и ещё указывать нам, как жить?
В комнате повисла тишина. Только наверху продолжали бегать дети.
— Юля права, — продолжил Денис. — Если вы хотите остаться - будут правила. И первое правило - никто больше не приезжает без нашего разрешения. Второе - все участвуют в расходах. Третье - график уборки, готовки и всего остального.
— Это возмутительно! — Маринка вскочила со стула. — Толик, собирай детей. Мы уезжаем.
— Куда? — растерялся Толик. — У нас же отпуск.
— Куда угодно! Я не собираюсь жить по графику в чужом доме.
— Вот именно - в чужом, — твёрдо сказала Юля. — Мы не против гостей. Но гости - это на выходные. На праздники. А не вот это всё.
— Саша, ты слышишь? — Елизавета Евгеньевна повернулась к мужу. — Нас выгоняют родные дети!
— Лиза, — Александр Павлович впервые подал голос. — А дети правы. Мы действительно... заигрались в большую семью. У них своя жизнь. Свои планы.
— Но как же...
— Завтра поедем домой, — он посмотрел на сына. — Прости, Денис. Мы правда хотели помочь. Но перегнули палку.
— И вы туда же! Ну и ладно. Нам тоже пора. Муж, собирай вещи.
К вечеру дом опустел. Юля сидела на веранде, глядя на закат. Денис обнял её за плечи:
— Я должен был сразу это прекратить. Прости.
— Главное, что прекратил, — она положила голову ему на плечо. — Знаешь, я ведь понимаю твою маму. Ей хочется быть нужной, важной. Но не такой ценой.
— Может, пригласим их на выходные? Только их, без всей армии родственников. Покажем, как может быть хорошо, когда все уважают границы друг друга.
Юля улыбнулась:
— Конечно. Приготовим что-нибудь вкусное, посидим в саду. Как нормальная семья.
— И никаких незваных гостей.
— И никаких графиков уборки.
Они рассмеялись. А потом долго сидели на веранде, планируя, где поставят детскую кроватку. Ведь теперь, когда в доме наконец воцарился покой, можно было подумать о пополнении в семье.
Дом снова стал их крепостью. Местом, где они были по-настоящему счастливы вдвоём. А родственники... Что ж, они были желанными гостями. Но только гостями. И только тогда, когда хозяева готовы их принять.