завершение
- Вы знаете, что происходит в вашем районе? - Вера глухо стучала кулаком по столу в кабинете администрации района. Мужчина с широким красным лицом и усталыми глазами, не двигался за столом, наблюдая за посетительницей. - У вас секта орудует в дачном кооперативе. Вы собираетесь что-то делать?
- Э-эм, секта?
- Именно.
- Правоохранители проводили проверки, ничего не выявлено.
- Мою дочь втянули!
- Ваша фамилия, - мужчина наконец, пошевелился, чтобы взять ручку и открыть блокнот. - Как пострадала ваша дочь или вы?
- Её вовлекли, она живёт там по принуждению.
Ещё пара вопросов серьёзно настроенной женщине, и чиновник понял, дочь её проживает на дачах по собственному желанию, скорее даже по любви. Проживает совместно неким отцом Григорием.
- Наслышан о нём. Знакомые рассказывали.
- Их тоже хотели заманить?
- Нет, они ребёнка возили к нему несколько раз, говорят, вылечили от серьёзного недуга.
Вере, казалось, над ней смеются.
- Не хотите предпринимать меры, я буду поднимать общественность, журналистов. Наверняка есть другие сведения об этой пастве. Они не православные - не пойми кто! Вы понимаете? Дочь моя уже третьего ждёт. Вы понимаете?! Рожает каждый год.
Хранитель кабинетной тишины и государственных интересов еле сдерживал улыбки.
- Это ж хорошо. Повышают рождаемость. Они прячут детей? У деток нет документов? С ними плохо обращаются?
- Есть. Очень хорошо, моя дочь - прекрасная мать.
- Тогда мы даже опеку не можем привлечь.
Вера Андреевна несколько минут требовала от чиновника действовать. В итоге покинула кабинет и здание абсолютно раздавленная. Никому нет дела до её беды.
Она скорее смирилась с выбором Лиды, чем приняла. Григорий и Лида тихо расписались, никому не говоря, а вот венчались уже по всем канонам в обычной церкви. Лида сразу забеременела, позже родила мальчика, потом дочь. Когда забеременела третьим, мама встревожилась не на шутку и пыталась объяснить дочери: о себе и о здоровье думать надо, а не рожать, как из пулемёта.
- Мама, человек уже внутри меня — новая жизнь, душа. Что ж мне грех такой брать на душу?Нет, нет! Гриша не позволит! Ты при нём не говори таких слов. Даже не думай! - как кружевом плела, говорила Лида.
Жизнь на дачах, семейный очаг, любимый, заботливый мужчина рядом сделали своё дело - она счастлива, это видно по лицу, по глазам. Каждое её движение говорило: я Женщина! И я любима. Она занималась детьми и хозяйством в усадьбе мужа, Григорий распоряжался остальным. Оба ходили на молитву, показывая пример настоящей, крепкой семьи всем, кто приходил в их маленький храм.
Вера навещала их, внуков любила, но вот такие слова дочери вводили её в исступление. Зятю она не смела ничего сказать. Побаивалась его крепкого взгляда, да и Лида буквально молилась на него.
- Лида, будешь рожать сколько бог даст?
- Да, мамочка, - качала она одного в кроватке, другую в коляске и живот уже на выкате.
Вера решила действовать. Не напрямую, через полицию, через администрацию, через журналистов, надо же дочери раскрыть глаза. Но пока натыкалась лишь на насмешливые взгляды.
Вера обратилась в редакцию местной газеты, там писали некогда о целителе Григории, отцом или проповедником его никто не называл. Молятся и молятся у себя дома.
- В ином ключе была статья, - сразу опровергли они домыслы Веры, - в редакцию до сих пор приходят благодарственные письма и рассказы о нём.
- Так не бывает! Вы понимаете, там творится что-то незаконное.
Молодой человек, качаясь на стуле, у стола тоже пожимал плечами. Пока Вера Андреевна пыталась ему объяснить, как она понимает происходящее, несколько раз к ним входила и выходила, внося и забирая бумаги, молодая девушка. Она быстро появлялась и исчезала, её не замечали. Вера и здесь ничего не добилась.
Расстроенная, она брела по центру города. Милая улочка, машин у обочин немного, на скамейках под липами отдыхают пенсионеры, мама с малышом кормит голубей хлебными крошками. На террасе кафе сидят парочки и беседуют, тонкие официантки незаметно для посетителей мелькают между столиками. Уличный музыкант играет на скрипке у книжного магазина. Витрины кондитерских, магазинчиков, опять кафе, похоже, детское, по крайней мере, через большие окна виден детский праздник.
- Ничего этого никогда не увидят и не узнают мои внуки, - с горечью подумала Вера. - С таким отцом, да и матерью они будут лишь читать псалмы до совершеннолетия в деревянном доме на дачах.
- Женщина! Женщина! - догнала Веру девушка, та самая, что несколько раз мелькала в кабинете редакции по своим делам, не относящимся к журналистике.
Вера остановилась.
- Простите, - запыхавшись, девушка тянула руку, словно просила остановиться Веру, хотя она и так стояла. - Я слышала... слышала краем уха.
- Да?
- Про дачи, про святого старца.
- Он не старец и не святой, вполне земное существо. Обычный мужик, возомнивший себя царьком.
- Да, да, об этом я и хотела с вами поговорить.
- Вас попросили меня вернуть? - обрадовалась Вера.
- Нет, я сама. Я не журналистка, я стажер пока. Ваша тема мне показалась интересной, был один человек полгода назад и тоже говорил, что его жену там удерживают силой убеждения. Я толком не разобрала.
-И чем вы можете мне помочь?
- Я вряд ли вам помогу, но у меня есть знакомый юрист, он сможет разобраться.
- Юрист?
- Он увлекается расследованиями в частном порядке.
Девушка протягивала визитку. Вера осторожно взяла её, прочла:
«Виталий Осипов. Юридические консультации, представительство в суде...» и т.д.
- Вряд ли...
- Не торопитесь, я вижу, вы очень обеспокоены. Позвоните ему.
И она ушла, вернулась в редакцию, уже неторопливо, будто работа ей совсем не нравилась. Вера далеко не сразу решилась позвонить юристу. У Лиды начались проблемы со здоровьем, её положили в больницу на сохранение, надо было навещать её. С детьми Григорий вроде управлялся сам, помощи у тёщи не просил, но Вера ездила на дачи, присматривала за малышами, помогала по дому.
- Вера Андреевна, вам бы машину, что же вы автобусами, устаёте, - беспокоился о ней Григорий. Также миролюбиво и искренне.
- Машину мне сейчас покупать самое время!
- Взяли бы мою. Я пока на грузовичке буду ездить, если надо в город. Как Лида? Я звонил ей, но вы же видели её, были в больнице.
- Нормально. Давление скачет. Поберечь её надо.
Но какой там беречь, — вернувшись, Лида опять принялась обихаживать мужа, наводить порядки в его усадьбе, во дворе, на участке. Вера Андреевна сто раз просила её не переутомляться, но кто её слушал. Григорий ходил и помалкивал, как деревянный истукан.
Время шло. Лидия родила третьего, роды были сложными, её едва успели доставить в краевую столицу с кровотечением. Врачи совершили чудо, спасли и маму и ребёнка. Вот уж, когда мать молилась о дочери неистово, каждую минуту, прося у бога только одного: сил дочери и младенцу. Выписали мать и дитя через месяц, и уже через год Лида опять понесла.
У матери скребло на душе, сердце кровью обливалось, она помнила, как было с третьим малышом. Вера Андреевна с Григорием серьёзно поговорить решила, но он как Лида, или она как муж, одно и то же:
- Сколько бог даст, столько и родим.
Дурные предчувствия мучили Веру Андреевну, сны тяжёлые не давали спать спокойно. Сколько же Лида будет рожать? Пока не умрёт? - думала несчастная мать. - И кому? Где? Что это за жизнь такая среди непонятных людей в дачном кооперативе.
А между тем всё у Лидии и Григория было хорошо, дети росли, не болели, даже младшая та, что чуть не подвела маму при родах. Беременность четвёртая протекала без проблем, в доме порядок, на душе благодать - в семье взаимопонимание. Помогали друг другу муж и жена, не споря и не ссорясь.
***
- Добрый день, Виталий, - начала Вера Андреевна. Она решилась позвонить некому юристу с замашками частного детектива. Не на шоу же писать на федеральные телеканалы, чтобы разоблачить зятя. Григорий в гроб загонит Лиду, заставляя каждый год рожать. Вера коротко рассказала суть проблемы, не забыла упомянуть, откуда у неё его визитка.
- Э-э-эм, - задумчиво сказал он в трубку и пригласил в свой офис.
Офис оказался вполне представительным, дорого обставленным, в приёмной сидела секретарша и без доклада пропустила посетительницу. Вера излила всё своё материнское горе и сомнения. Но юриста почему-то интересовали имущественные вопросы: квартира, машина, дача. Откуда у деревенского мужика деньги на усадьбу и часовню?
- Я не знаю, разберитесь. У Лиды ничего нет. Формально — нет. Всё на меня записано: квартира двухкомнатная, гараж, он сто лет не открывался после смерти мужа. Дача там же, где проповедуют эти сектанты. У дороги, сразу за шлагбаумом - там закрытая территория, просто так на машине не попадёшь. Пешком кто хочешь проходи.
Молодой мужчина с песочным цветом волос на висках и обширной залысиной на лбу потирал руки. Вера обрадовалась. Наконец, нашёлся заинтересованный человек, который во всём разберётся.
Она просидела у него два часа в мельчайших подробностях, рассказав, как Лида попалась на речи этого Григория, хотя она и сама толком не знала. Узнала, когда дочь сообщила, что будет ему женой.
- Это не характерно для РПЦ, - произносил несколько раз адвокат, - попахивает уголовкой.
- Вы думаете? Есть такая статья?
- Разберёмся. Сначала надо выявить факты, а статью в другом месте подберут.
Бальзамом лились слова успешного, нормального человека Вере в уши. Он предложил составить договор об оказании услуг, рассказал, в чём именно будут его услуги. Вере отдали договор на дом, для ознакомления. Она, конечно, читала, но бегло, настолько взволнована была. Сумма за услуги оказалась не маленькая, но Виталий предупредил, это единоразово.
- Но у меня нет таких денег, - призналась Вера на следующий день, у него же в кабинете.
- Продайте гараж.
- Пока я буду продавать гараж, Лида ещё пятерых нарожает. Вы не знаете, что за человек - её муж! Он старше её почти на 17 лет и способен внушить ей всё что угодно. Мне жалко её. Он потом новую послушницу найдёт, а она...
- Да уж... Мы можем вам и в этом деле помочь - ускорить продажу. Естественно, если вы хотите.
- Я подумаю.
- Думайте, но учтите, у меня помимо ваших дел есть и другие, - он бегло взглянул на десяток папок в шкафу, за стеклянной дверью.
И Вера решилась, всё равно гараж стоял заброшенный, а дочь спасать надо.
Виталий направил Веру в агентство недвижимости. По телефону риелтору несколько раз сказав: надо срочно! Но быстро никак, гараж находится в неудачной локации. Предложили взять ссуду. И знакомые у них в банке есть, сделают всё быстро, по телефону, только один раз в офис надо будет подъехать с документами. Обходительны все были с Верой Андреевной, приветливы. Даже представитель банка по телефону.
Деньги у Веры на руках были через сутки. Сколько документов она подписала в офисе агентства, сколько по телефону указала данных за эти дни, она не считала.
- Гараж продастся и долги я закрою. У меня отсрочка платежа три месяца. За это время Виталий во всём разберётся, - думала она.
Что именно надо было искать и доказать, Вера точно не знала, главное, дочери открыть глаза. А она вновь беременная, надо быть деликатнее, чтобы не навредить ей и ребёнку. Дело вроде пошло. Виталий звонил дважды в неделю, рассказывал о жертвах Григория, пригласил на беседу с одним пострадавшим
- он лишился сбережений, пытаясь вырвать сестру от них. Вера внимательно слушала «подсадного» человека. Нашлась и другая жертва. Старушка, лет 70-ти всё время плакала, рассказывая, сколько денег отвезла этому целителю на дачах, а лучше ей так и не стало - здоровья нет.
Кружили, кружили Веру, не давая очнуться, задуматься. Её мурашки пробирали, каким лживым чудовищем оказался зять - обманывал старушек. Страшно было даже подумать, как он может обходиться с Лидой сейчас или потом.
***
- Мам, что происходит на твоём участке? Ты продала дачу? - спросила Лида через два месяца примерно, как Вера обратилась за помощью к юристам, риелторам и банкирам.
- Нет. А что? Не Григорий там решил хозяйскую руку приложить?
- Мам, что ты такое говоришь! Грише некогда, у нас своих дел хватает.
Вера не успела опомниться от звонка дочери, она уже собиралась на дачу, лично разобраться, что там происходит, ей тут же позвонили из банка и попросили внести просроченные платёжи. Потом из другого, из третьего. На дачу она не поехала, направилась прямо в офис к Виталию. Но офис оказался закрыт, даже секретарши в приёмной не было и её стола. На двери висел листок с надписью маркером: «в длительной командировке».
У Веры башенно заколотилось сердце. Она поехала в агентство недвижимости, но и там получилась какая-то аномалия. Помещение уже занимала студия раннего развития детей. Доехав всё же до дачного участка, она упёрлась в забор из разноцветного профнастила.
- Мамочка, что происходит? - заметив её у дачного участка, Лида спустилась к ней. - Ты перестраиваешь участок? Чем ты так обеспокоена?
- Ничем... - ещё не веря, что её обманули, Вера звонила по всем номерам: Виталию, представителю банка — тишина в ответ.
Только на третий день, одолеваемая звонками из микрофинансовых организаций и банков, Вера обратилась в полицию. Там и выяснилось, что теперь обладает кредитами на сумму больше стоимости её квартиры. Вера прям там чуть не потеряла сознание.
А в это время у Лидии и Григория родился четвёртый ребёнок, ещё один богатырь. Но бабушке было некогда навестить детей, чтобы поздравить, теперь она ходила по другим кабинетам. И стыдно было признаться детям, как и из-за чего попалась мошенникам.
Книги автора: "Из одной деревни" (новинка) и "Валька, хватит плодить нищету!" на ЛИТРЕС
Прошло два года.
Вера возилась на своём участке, через суд она вернула его но уже позже. Дорого это ей обошлось, но дети помогли. А вот гараж ушёл с молотка и квартиру пришлось обменять на поменьше с доплатой. Она так и не рассказала детям по какой причине влезла в долги. "Хотела им помочь, но нарвалась на мошенников".
Елисей, Мирослава и Верочка играли во дворе, бабушка всё время посматривала на них. Она всё больше находилась на дачах. Хотелось больше с внуками проводить время. На работу ездила на машине, зять пока отдал свою.
Первая машина проехала вверх по дороге мимо их участка. Вера взглянула на часы.
- Дети, - громко сказала она, - пора на молитву. Папа скоро вернётся.
Детишки отложили игрушки, стали отряхивать одежду, Мирослава тянула руку бабушке - пойдём. Бабушка вязла внучек за руки, и они все вместе пошли в часовню на холм. Их догнал Григорий на машине, он как раз торопился из города к молитве и подвёз своих. Дети, вернувшись домой, побежали к маме, переодеваться, умываться.
- Вера Андреевна, вы к себе?
- Да нет, Гриша, останусь, - завязывала бежевый платок на голове тёща.
- Так проходите в дом.
- Нет, Гриша, я на молитву останусь.
Григорий слегка улыбнулся, лицо его посветлело.
- Не перестану благодарить Его, - показала она на небо, - за свою большую, славную семью.
- Я же говорил вам, Вера Андреевна: у каждого свой путь к богу. А где молиться дома ли, в церковь ходить, в пути, или перед сном у постели - это уж дело каждого. Мы в совою часовню ходим. Добро пожаловать, Вера Андреевна.
Дети вернулись, чтобы пойти с отцом. Вышла и Лида к ним с самым младшим Василием на руках. Вся в светлом, она будто светилась в солнечную погоду и даже через свободное платье уже виднелся живот - они ждут пятого малыша.
Конец. Благодарю за внимание.
(имена и фамилии вымышленные)