Что ребенок развивается как-то не так, было понятно почти сразу. Особенностей было все больше и больше, но врачи до 2 лет вообще все относили к "в пределах нормы". Только после 2-х лет, когда пропали даже те слова, которые он использовал, они согласились, что уже должна бы быть у ребенка речь. Но в формате "это пед. запущенность, разговаривайте с ним больше".
И в 2,5 я отдала сына в ГКП. Группу короткого пребывания в детском саду от РАН, куда до этого ходила дочь. Группа маленькая, на 8 детей два педагога и еще отдельные специалисты, которые читали сказки по ролям, занимались с ними музыкой, физкультурой, рисованием... Туда он шел с криком почти весь учебный год, но сразу успокаивался, как только я уходила.
На тот момент сын уже бегал в туалет сам, пытался одеваться, но играл только сам по себе - выставлял рядочки и выстраивал башни. На занятиях педагоги его не особо интересовали, но они старались придумать каждый раз новое и интересное. Многое мы повторяли с ним дома - рисовали дождик, приклеивали вату и так далее. Уже не очень помню детали, так как это было как в прошлой жизни - еще до постановки диагноза.
По плану было перейти там же в младшую группу. Детей меньше, чем в обычном саду, занятий больше, специалисты по моим воспоминаниям хорошие. Но все пошло не по плану. Когда сыну поставили диагноз в 3 года и рекомендовали получить сразу инвалидность, мне сказали, что с инвалидностью в этот сад попасть не получится - у них нет инклюзии и необходимых специалистов. Несмотря на то, что воспитатели уверяли, что они с сыном справятся и он обучаем, заведующая была непреклонна. Тогда для меня это стало трагедией, но, возможно, все делается к лучшему.
Тогда я встала на очередь в ближайший к дому детский сад и пока год шла очередь, водила его на занятия и к специалистам. Год занятий вообще без коллектива. Очень сомневалась, что в обычной большой группе детского сада он приживется, если даже в маленькой группе оставался тяжело.
Психиатр рекомендовала отдать его в известный интернат - там знают, что делать с такими детьми. Но идея оторвать привязанного к тебе ребенка на пять дней в неделю была совсем не близка. Специалисты же, которые занимались с сыном, рекомендовали отдавать его в обычный детский сад на несколько часов в день. Чтобы он видел обычных детей и считывал, как они общаются между собой.
И вот наступило первое сентября. Перед этим мне позвонила воспитательница узнать об его особенностях. Мне сразу стало спокойнее, потому что стало понятно, что ребенком будут заниматься.
Каково же было мое удивление, когда в 4,5 года сын не просто спокойно пошел в новую группу, но и просто стал легко со мной расставаться и уходить.
Конечно, чуда не произошло. Он не обращал внимания на детей, не пытался разговаривать и играл, в основном, сам с собой. Но он нашел для себя много интересного - физкультуру, утреннюю зарядку, книжки. Он научился понимать простые инструкции, надевать носки и выворачивать штаны. Приспособился к правилам и я наконец-то увидела, что он получает удовольствие от утренников и даже участвует в них.
В этой группе он уже 2,5 года. В мае выпускной. Были и неприятности, как с детьми, так и с родителями. Они были связаны с особенностями сына, но их было немного и все оказалось решаемо. Сейчас сын начал говорить и понимет гораздо больше, поэтому какие-то итоги уже можно подвести. Основной - я ни капли не жалею о том, что он пошел именно в обычную группу. Одногруппники научились относиться к нему бережно благодаря воспитателям. А так как мы все гуляем на одной площадке рядом с домом, это помогло избегать лишних конфликтов. Он научился играть с детьми. Пока недолго и всего с несколькими из них, но сын уже не избегает контакта и различает людей по именам.
В следующей публикации я еще напишу, чему и как пришлось учить его, чтобы избегать конфликтов. А впереди еще много работы. В том числе по подготовке к школе. А вот в школу бы хотелось попасть специализированную. И это отдельная история, ведь на наш округ в специализированных школах ждут всего несколько десятков детей с диагнозом РАС, а их при этом несколько сотен.
Утро вечера мудренее.