Московское утро выдалось промозглым.
Моросящий дождь превращал асфальт в тусклое зеркало, в котором отражались спешащие люди и серое небо.
Возле метро "Сокольники", привязанный к железному забору, лежал молодой ротвейлер.
Рядом с ним стояли две миски – для воды и корма, а к ошейнику была прикреплена записка, написанная торопливым почерком.
Стич не понимал, почему хозяин, которого он любил всем своим собачьим сердцем, ушёл, оставив его здесь.
Он помнил, как утром они вышли на привычную прогулку, как хозяин долго гладил его по голове, а в глазах человека стояли странные капли.
А потом.
.
потом был этот забор и удаляющиеся шаги – самый страшный звук, который он когда-либо слышал.
Каждый раз, когда мимо проходили люди, Стич поднимал голову, всматриваясь в лица.
Его карие глаза, полные надежды и непонимания, искали знакомые черты.
Хвост, обычно гордо поднятый, теперь безвольно лежал на мокром асфальте.
Изредка он тихонько скулил, но в шуме большого города этот звук тонул, никем не услышанный.
"Мам, смотри, какая большая собака!" – воскликнул проходящий мимо мальчик.
"Не подходи к нему, милый," – ответила женщина, торопливо уводя ребёнка.
– "Это же ротвейлер.
.
Стич даже не повернул головы.
Он продолжал ждать, вспоминая тёплый дом, мягкий диван, на который ему иногда разрешали забираться, игры с мячиком во дворе, вечерние прогулки в парке.
Всё это казалось теперь таким далёким, словно из другой жизни.
Начало темнеть.
Поток людей у метро становился гуще – час пик.
Дождь усилился, капли стекали по чёрной с подпалинами шерсти, но Стич даже не пытался укрыться.
Он просто лежал, положив массивную голову на лапы, и ждал.
Ждал, хотя в глубине души уже начинал понимать – тот, кого он ждёт, не вернётся.
Встреча
"Андрей, посмотри!" – Марина дёрнула мужа за рукав, останавливаясь возле забора.
– "Его бросили.
.
Андрей подошёл ближе, медленно присел на корточки в паре метров от собаки.
Стич поднял голову, и их взгляды встретились.
В карих глазах пса плескалась такая тоска, что у мужчины перехватило дыхание.
"Записка на заборе," – тихо сказала Марина, вчитываясь в размытые дождём строки.
– "Его зовут Стич.
Совсем молодой ещё.
.
"Как можно было?" – в голосе Андрея звучало плохо скрываемое возмущение.
– "Взять щенка, вырастить и просто.
.
бросить?"
Марина присела рядом с мужем, протянула руку к собаке.
Стич не отшатнулся – за этот долгий день он уже понял, что агрессия не поможет вернуть хозяина.
Он осторожно потянулся носом к протянутой ладони, принюхался.
От женщины пахло домом, теплом и чем-то вкусным – видимо, она недавно готовила.
"Мы не можем его здесь оставить," – Марина посмотрела на мужа тем особенным взглядом, который появлялся у неё, когда решение уже было принято.
– "На улице холодно..."
"Ты же понимаешь, что это большая ответственность?" – Андрей уже достал телефон, проверяя адрес ближайшей круглосуточной ветклиники.
– "Ротвейлер – это тебе не диванная собачка.
"Посмотри на него," – Марина осторожно погладила Стича по мокрой голове.
– "Он же всё понимает.
И он не злой, просто.
.
преданный.
Преданный тем, кто этого не заслужил.
Стич слушал их голоса, и что-то внутри него начинало оттаивать.
Эти люди были другими – они не боялись его, не проходили мимо торопливо, не отводили глаз.
Когда Андрей потянулся к карабину поводка, чтобы отстегнуть его от забора, Стич даже привстал, впервые за много часов.
"Поедешь с нами, дружок?" – спросил Андрей, и в его голосе звучала та же теплота, что и у Марины.
– "Для начала к врачу, проверим, всё ли с тобой в порядке.
А потом.
.
потом придумаем что-нибудь.
Стич посмотрел на удаляющийся забор, у которого провёл этот бесконечный день.
Что-то подсказывало ему – жизнь не закончилась.
Возможно, она только начиналась.
Новый дом
Прошёл месяц.
Стич лежал на своём любимом месте у панорамного окна в квартире Андрея и Марины, наблюдая за падающими снежинками.
Теперь это была совсем другая собака – упитанная, с блестящей шерстью и живым взглядом.
Первые дни на новом месте дались нелегко.
По ночам ему снился тот забор у метро, и он просыпался с тихим скулежом.
Но каждый раз рядом оказывалась тёплая рука Марины или Андрея, и страхи отступали.
"Знаешь," – сказала как-то Марина мужу, наблюдая, как Стич увлечённо гоняется за мячиком в парке, – "я никогда не думала, что в одной собаке может быть столько любви и благодарности.
И это была правда.
Стич платил своим новым хозяевам такой преданностью, что порой у них перехватывало дыхание.
Он встречал их с работы, каждый раз радуясь так, будто они не виделись целую вечность.
Охранял их сон, устраиваясь на коврике между спальней и входной дверью.
Утешал Марину, когда той было грустно, кладя свою массивную голову ей на колени.
Неожиданная встреча
Весенним днём, гуляя в том же парке у метро "Сокольники", они случайно встретили его прежнего хозяина.
Тот застыл, узнав своего бывшего пса, и на его лице отразилась целая гамма эмоций – от удивления до стыда.
Стич тоже узнал его.
Но вместо того, чтобы рвануть к бывшему хозяину, он только крепче прижался к ноге Андрея и посмотрел на того спокойным, почти безразличным взглядом.
В его собачьем сердце больше не было места для обиды – оно было слишком занято любовью к новой семье.
"Хороший у вас пёс," – пробормотал бывший хозяин, опуская глаза.
"Лучший," – просто ответил Андрей, почёсывая Стича за ухом.
– "Просто ему нужно было найти тех, кто это поймёт.
Вечером того дня Стич лежал в своём любимом углу, положив голову на колени Марины, пока та читала книгу.
По телевизору шёл какой-то фильм, Андрей что-то печатал на ноутбуке, на кухне тихо гудел холодильник.
Самые обычные звуки самого обычного вечера.
Но для Стича в них звучала музыка настоящего дома – того места, где тебя по-настоящему любят и никогда не предадут.
Говорят, что у собак не бывает счастливых слёз, но в тот момент его карие глаза подозрительно блестели.
Возможно, всё-таки бывают?