– А здесь есть пляж? Я бы искупалась.
Поворачиваюсь к Роману Евгеньевичу и восторженно обвожу рукой окрестности.
Он хмурит брови.
– Безопасный пляж на озере, где пирс, плавать здесь я бы не стал. Река кажется спокойной, но течение здесь приличное, опасное приключеньице. Плюс вода ледяная в такую рань. Зато, – начал и сделал эффектную паузу, отходя к большой ветвистой иве, и отодвинул длинные, свисающие в воду, ветви.
Там стояла пришвартованная деревянная лодка.
– Если хочешь, можно проплыть к озеру. Если держаться берега и не заплывать на середину, где сильное течение, это безопасно.
Протягиваю руку к мужчине, он берет мою ладошку в свою и ведёт к берегу под иву. Я же затаила дыхание, наблюдая за его сильной рукой, за напряженными мышцами. Невероятное зрелище. Сашка больше похож фигурой на дядю, чем на отца, я в этом теперь убеждена. Сажусь в лодку. И смотрю, как Роман Евгеньевич берет весла, ими отталкивает нас от берега.
– Сколько вам лет?
Слетает вертящийся на кончике языка вопрос. Глупая. Тебе же, кажется, говорили, что дядя младше. Но не помню сколько лет. Тридцать? Или же больше?
– А сколько дашь? – усмехается, посмотрев на меня. Взгляд мне не понравился, скользнул по моему лицу, будто я маленькая.
– Тридцать?
– И ещё троечку сверху накинь. Самой–то хоть восемнадцать есть?
Он меня вообще в малолетки записал, ну такое себе.
– Есть, – пожимаю плечами, – вы женаты?
– Это допрос? – сузил глаза с подозрением и ухмыльнулся чему–то, делая очередной взмах вёслами.
– Да просто интересно услышать информацию из первых уста, а не делать неправильные выводы из беседы между вашим братом и его женой. Саша почти ничего о вас не рассказывал. Не хотите отвечать, не надо. Но вижу то, что кольца нет. Девушка?
– Это точно допрос, – смеётся мужчина, качая головой. – Холост, свободен как вон тот аист, – кивает в сторону берега, где птица на длинных тонких ногах лакомится местной фауной.
– Мне просто интересно, – смеюсь в ответ, – вот спросите что–то у меня, ну чтобы баш на баш.
– Сколько тебе лет? Свиду правда больше восемнадцати не дашь, без обид.
– Двадцать будет скоро. Что ещё спросите?
– Где ты учишься? И на кого?
– На переводчика, – пожимаю плечами, – банально, да?
– Банально? – изогнул бровь с удивлением. – Не сказал бы. Интересная и нужная профессия. Когда выучишься куда? Прямиком в ассамблею ООН или планы не такие глобальные?
– Заманчивая идея, правда, я даже подумаю над этим, – смеюсь,– а если честно, то я пока не думаю об этом.
– Я тоже до курса третьего ни о чём не думал. А потом первая курсовая и голова включилась и закипела. Правда, я был этому даже рад, – улыбнулся.
Мы подплывали к озеру. Идти пешком было не так близко, а через реку совсем рукой подать.
– Вот и пирс. И как раз успеем застать рассвет и здесь.
Я на мгновение задумалась о своем будущем. А ведь я была не полностью откровенна. Я думала о том, что будет дальше, но это только в мечтах.
– У меня есть возможность уехать в Германию, к маме, сестрёнке и отчиму. Но это только иллюзорные планы, по правде говоря, мне нравится жить здесь.
– Германия это хорошо, бывал, уважаю. Отличное пиво, жирная еда и самые пунктуальные и трудолюбивые люди на планете. Похвалю выбор. Как маму туда занесло?
Смеюсь, приподняв бровку.
– А вы точно меня внимательно слушали?
Он смотрит на меня, несколько опешив, сдвинул брови.
– Вроде да. И до этого никто не упрекал в том, что я плохой собеседник. Что я прослушал? Повторите старику, если не затруднит, – ухмыляется.
– Я не упрекаю, – делаю наигранно огромные глаза и смеюсь, – ну, я думала, вы поняли, что если я здесь, а мама с отчимом, то ясное дело – вышла замуж за иностранца. Хотя, простите, моя вина, она ведь могла туда уехать жить с соотечественником. Вы мне поможете выйти? Боюсь, что не смогу удержать равновесие, и мы полетим в воду.
– Не сообразил, – поджал губы.
Мы подплыли к берегу, и Роман ловко и грациозно выпрыгнул из лодки и вытянул руки вперёд, побуждая меня прыгать.
– Не бойся, словлю, – говорит уверенно, и через секунду я оказываюсь в воздухе в его сильных объятиях.
Он проносит меня на руках ещё три шага от воды, и только потом ставит на ноги.
– Порядок? – смотрит сверху вниз с мягкой улыбкой.
– У вас красивые глаза, впервые вижу такой цвет, – говорю это бездумно и поздно понимаю, что это случилось не в голове, а вслух.
Застываю, как влитая в деревянные доски, и не свожу с него взгляд. Я не понимаю, что со мной происходит. Хотя понимаю, но боюсь даже в голове озвучить себе этот вывод.
– Спасибо, – бросает как–то растерянно и выпускает меня из рук. – Если ты хотела сделать фото с рассветом в Инстаграм, сейчас самое время. Уже почти рассвело.
Мужчина отступает на шаг и возвращается к воде, чтобы привязать лодку.
Я провожаю его растерянным взглядом, а потом на автомате извлекаю телефон и делаю снимки. Несколько с ним, пока не видит. Зачем? Не знаю, но очень хочется.
***
– А где вы живёте и как любите отдыхать?
Заставляю себя не молчать, потому что впервые в жизни начинаю испытывать неловкость в присутствии мужчины.
– У меня квартира в городе, но я редко там бываю. Я часто в командировках, так что отели стали моим вторым домом. О претензии к номерам я могу говорить вечно, у меня есть парочка пунктиков, – хмыкнул. – Отдых... я верю в мудрость, которую услышал ещё в университете: делай то, что ты любишь, и ты не будешь работать ни дня своей жизни.
– И я хочу следовать такой мудрости, правда, – сажусь на край пирса, перед этим сбросив босоножки с ног.
Пальцы едва касаются воды. Прохладная, а я не парюсь. Задумалась о том, что хочу жить так, чтобы ни дня не было в моей жизни серости и скуки. Сейчас я живу полноценной жизнью, имею огромную семью, хороших друзей. И мне это нравится. В этом кайф моего существования.
– Вы когда–нибудь в этой жизни любили? – резко поворачиваю к нему голову и смотрю снизу вверх.
Едва не задохнулась от увиденной картины: Роман Евгеньевич скрестил руки на груди и смотрел куда–то вдаль. Не знаю, слышал ли он мой вопрос, но это не важно. Я впервые зависла на том, что вижу перед глазами.
– Ты что–то спросила? – опустил взгляд не сразу, видимо, тоже задумался о чём–то своём.
Хотела повторить вопрос, но вовремя захлопнула рот. Попыталась встать, но понимаю, что рассредоточена. Сейчас осталось опозориться перед мужчиной и вообще буду глупой малолеткой выглядеть в его глазах.
– Сфотографируете меня? – протягиваю ему мой телефон и улыбаюсь, принимая наиболее привлекательную позу.
– С удовольствием, – кивнул, взял телефон.
Сделал несколько кадров, потом посоветовал, как ещё стать, и сделал ещё несколько. Вернулся ко мне, протянул телефон.
– Смотри, если надо перекликаю. Вы, дамочки, придирчивы в плане фото.
Засмотрелась на его запястье, и не сразу потянулась собственной рукой за телефоном. И эта неосторожность едва не стоила мне здоровья. Нога неловко подвернулась, и я слетела под поручнями в воду.
– Черт, какая же она холодная! – взвизгнула я, выныривая на поверхность.
– Руку, – тут же услышала властный приказ.
Протянула руку и он вытянул меня, как пушинку, словно я ничего не весила. Тут же стал растирать мои плечи и руки.
– Говорил же, что вода холодная. Нужно вернуться. Снимай майку, я дам тебе свою.
Он закинул руку за голову и одним движением стащил футболку, оставшись топлесс
– Не замёрзну, сейчас не осень на дворе, – отлипаю от созерцания широкой мускулистой груди, подхватываю босоножки и мчусь к берегу.
Скажет такое, на мне кроме футболки ничего не надето и сейчас я понимаю, что тонкая ткань полностью облепила мою грудь. Совершенно не тот вид, чтобы сверить прелестями перед мужчиной.Я не успела отбежать далеко, только услышала за спиной тяжелые шаги. Роман Евгеньевич нагнал меня и схватил за руку, резко остановив:
– Дурочка, ты воспаление заработать хочешь?! – голос сбившийся от бега.
Не церемонясь, он напялил на меня свою футболку, как на безвольную куклу.
– А теперь вперёд, в темпе, к дому.
Он думает, мне легко бежать босыми ногами быстро? И после того, что только что произошло. Да я забыла, как дышать, когда почувствовал на щеке его горячее дыхание. Он был зол, я это почувствовала. И я действительно выгляжу дурой в его глазах. И это меня бесит. Так неловко опростоволоситься.
– Вы правы, я просто испугалась, – пытаюсь прикинуться дурой, каковой и есть уже, этого не исправить.
– Мой телефон у вас? – резко останавливаюсь и понимаю, что опять оказываюсь виновницей столкновения.
Я губами впечатываюсь в его грудь, и застываю от неожиданности. Он меня сейчас здесь прикончит. Подумает, что намерено клеюсь к нему. Стыд какой!
Отступает на шаг, запускает руку в задний карман, достаёт телефон. Протягивает его мне.
– Домой, шустрым шагом, можно трусцой, – командует, подталкивая в спину.
Остаток пути мы прошли молча. А у дома, вопреки прогнозам Романа Евгеньевича, уже в начале восьмого утра нас ждала вся честная компания.
У родителей Саши вытянулись лица, а у самого парня заиграли желваки.
– Какого хрена?..
Его мать схватила его за руку, останавливая порыв и не давая продолжить фразу.
– Твоя девушка фотографировала рассвет и упала с пирса, я беспокоился, чтоб она не простыла. Не устраивай сцену, малец.
– Что ты там вообще делала?! И почему с ним!
– Саш, я не хочу при всех говорить на повышенных тонах, мне это не нравится. Скажу одно: Роман Евгеньевич провел мне экскурсию, от которой ты слинял, и у меня полно фоток восхода, я тебе потом все покажу. А теперь я могу переодеться?
– Конечно, Ланочка, я провожу тебя, – ситуацию спасает его мама, тут же подходя ко мне и взяв меня под руку.
– Ромаш, прикрой свои телеса, хватит смущать дам своими формами, – бросает, подмигнув, моему спасителю и уводит меня в дом.
– Не сердись на Сашку, он переволновался. Проснулся, тебя нет, рванул на пирс – и там нет, вернулся, нас поднял, отряд спасательный организовывать уже собирались, а вы с Ромкой как раз нашлись.
– Я не думала, что наша экскурсия так затянулась, но я такая неловкая, хорошо, что не утопила телефон. Спасибо вам. И ещё раз простите за волнение.
Я поспешно скрываюсь за дверью спальни и шумно выдыхаю, положив телефон на тумбочку. Я безумно продрогла. И не только... Пальцами сжимаю полувлажную футболку Романа Евгеньевича. Безумие какое–то внутри, и это меня волнует...очень даже. Пытаюсь побыстрее стащить влажные вещи, чтобы впрыгнуть в халат и наконец–то погреться в ванной. Как только футболки полетели на пол, я понимаю, что за спиной хлопнула дверь. Скрещиваю руки на груди и поворачиваюсь. Саша серее тучи.
– Ты успокоился?
Он подходит ко мне, ловким движением отрывает мои руки от груди, вжимает меня в свою грудь так, что я скольжу сосками по его футболке, и порывисто целует. Взасос. Крепко обнимая.
– Ты хоть представляешь, как я за тебя испугался, дурочка ты? – шепчет, едва оторвавшись от губ.
– Я должна была написать тебе смс, но даже не подумала, что так надолго задержится, мы на лодке катались. Саш, у вас чудесные виды, я в восторге, – подавляю смущение, стараюсь не акцентировать свои переживания на том, что стою перед парнем полуобнаженная.
– Я должен был катать тебя на лодке, а не этот старик. Почему не разбудила? – его пальцы касаются моей нижней губы.
Что? В смысле старик? Его дяде всего тридцать три. Что за тональность?
– Эй, я тебя будила, бесстыжий сурок! Я даже видео и фотки сняла, я потом тебе покажу. Прости, но моих сил не хватило тебя свалить на пол! А сейчас я хочу в душ, пустишь?
– Конечно, тебе нужно согреться.
Того, что произойдёт дальше я не ожидала. Его ладони скользнули по моим плечам, спустились на грудь, и он захватил мой торчащий от холода сосок в пальцы, несильно сжал, сглотнул и выдал хрипло:
– Беги.
***
Меня не удивляет его взгляд, я уже три минуты как чувствую его напряжение, которое вжимается в низ моего живота. Черт, я зря согласилась приехать сюда на пять дней. Проживание на одной кровати только раззадорит желание Сашки. А я не готова. И что бы Марта мне яростно не советовала, не буду делать то, к чему не лежит душа.
Я ничего ему не говорю. Сбегаю, прижав тонкий халатик к груди, в ванную. И пока наполняется ванна, я поспешно раздеваюсь и пытаюсь согреться, кутаясь в халат. Возвращаться к Саше не спешу. Я тру губкой тело до тех пор, пока оно не начинает печь, пока кровь не согрела мое тело. А мысли все о том, что было там, у пирса. Я не могу объяснить то волнение, которое поселилось во мне с того момента, как я увидела его стоящим к восходу солнца. Задумчивый, какой–то отстранённый, в своих мыслях. Необыкновенный. Мозг прокручивал каждое мгновение, каждую деталь. Его рассказ был содержательным и терпеливым. Я забрасывала его сотней вопросов, а он спокойно отвечал на них, где–то шутил, а где–то становился предельно серьезным. Я не разочарована этим знакомством ни капельки.
– Саш, давай позавтракаем? Я жутко проголодалась.
Вношу предложение, выходя из ванной и протирая влажные волосы полотенцем.
– Да, завтрак это отличная мысль.
Саша встает с кровати.
– Одевайся, жду в столовой.
Он как–то поспешно покидает комнату, оставляя меня наедине с собой.
Не спешу, потому что не знаю, чего именно сейчас хочу больше. Собрать вещи и вызвать такси или включить режим «пофигистка», выйти к семье Саши как ни в чем не бывало. До сих пор не могу понять, что криминального в том, что я прогулялась окрестностями с их родственником. Саша действительно взбешен. Чувство, что между племянником и дядей какая–то невидимая вражда. Впрочем, я могу себя накручивать.
Я надела обычное летнее платье, а волосы связала в хвост. И уже была готова бежать на завтрак, как мне пиликнуло сообщение от Марты с требованием прислать обещанные фотки рассвета. Выделяю одной птичкой все сегодняшние снимки и отправляю подруге с подписью «Это эстетический оргазм!».
«Вот уж воистину эстетический оргазм!!» – отвечает Марта немедленно и присылает фото, одно из тех, что я отослала. Открываю и замираю, а вдогонку прилетает:
«Кто этот чудесный образец маскулинности и красоты, и почему я с ним ещё не знакома?!»
ЧЁРТ! Что за беспечность! Так спалиться! И перед кем? Да Марта сейчас мне все мозги чайной ложечкой выест.
«Роман Евгеньевич, дядя Саши» – забиваю шустро в ответ и отсылаю. Ну вот, сейчас начнется!
«Вау вау вау. Женат?» – тут же отвечает подруга.
Закатываю глаза от возмущения. Что? Возмущения? Я испытываю возмущение? По какому поводу, Бахтина? Шумно выдыхаю и просто пялюсь на буквы, даже не представляя, чтобы такого написать Марте, чтобы отстала с расспросами.
«Нет. А ты чем занята?» – перевожу стрелки, потому что не хочу говорить о нём…не сейчас.
"Примеряю себе его фамилию" – отвечает тут же подруженька, и пишет вдогонку, – " Так, дорогая, твоя задача разузнать о нём ВСЁ. Что любит, чем дышит, в какие клубы ходит. Такую конфетку нельзя оставлять без ротика!"
Что?! ЧТО?! Меня начинает бить мелкая дрожь. И только сейчас замечаю, что хожу по спальне туда, сюда, нервно крутя пальцами телефон.
«Марта, я, кажется, на него запала…» – пальцы самовольно вбили ответ.
"Признание проблемы – первый шаг к её решению, горжусь тобой, девочка моя. А то поехала к парню, а фотки заката с дядюшкой шлешь! Впрочем, мое предыдущее сообщение актуально: выясни всё о нем и ДЕРЖИ в курсе!"
Ух, едва не задыхаюсь от того, как прострелило внутри меня от осознания того, что случилось. Это неправильно. Это просто какое–то наваждение. Я себя обманываю и точка.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Вишневская Альбина