Липкий холодный пот бежит по моей спине. Ни за что на свете я бы не хотела привлечь внимание такого человека, как этот. А тем более перейти ему дорогу.
Потом сознание цепляется за спасительную мысль - ни у кого нет никаких доказательств моей связи с Саввой. И, глядя в глаза стоящему неподалеку мужчине, я понимаю, что мне нужно врать так, как будто я сама верю в эту ложь. Потому что если он заподозрит правду, то просто сотрет меня с лица земли.
Неприязнь, вот что он излучает, разглядывая меня, как какое-то насекомое.
И мне становится страшно.
Подавляю порыв взглянуть на Савву, ища поддержки. Что-то подсказывает - я ее не найду.
Положение спасает Кац. Опять.
-Алевтина Станиславовна, вы свободны. Я свяжусь с Сапрыкиным. Ступайте, - говорит Альберт Давидович.
Я благодарно киваю и ухожу, стараясь не сорваться на бег.
Чей-то взгляд жжет мне спину. Но я не хочу знать, чей. Морозов свой выбор сделал. Мне же остается только одно - попытаться уцелеть.
***
Аля
Остаток дня чувствую себя абсолютно потерянной. Мне кажется, что у меня земля горит под ногами. Я даже ощущаю запах гари. Всё валится из рук - я разбила свою кружку, перепутала отчет, и за десять минут до окончания рабочего дня у меня сломался компьютер. Сапрыкин, увидев это, покачал головой и сухо процедил: "Идите домой, Алевтина Станиславовна. Пока из-за вас офис не загорелся". Я решила последовать его совету, как только закончился рабочий день.
Но по дороге домой я всё время оглядываюсь. У меня ощущение, что за мной следят. И избавиться от него не получается. Вроде бы и нет возле меня кого-то подозрительного, а тревога давит, не отпуская. Лишь завидев родной подъезд, выдыхаю.
Как оказывается, зря. Уже возле первой ступеньки небольшого крыльца, которое ведет к подъездной двери, на мой локоть ложится тяжелая мужская рука.
-Алевтина Станиславовна, пройдемте. С вами хотят поговорить, - мужчина крупный, хорошо одет. Но от него веет холодом и опасностью.
У меня само собой распахивается рот. Но закричать я не успеваю.
- Не нужно привлекать внимания. Будьте благоразумны. Это просто разговор. Он в ваших же интересах.
-Я никуда не пойду! - лепечу как можно воинственней. На самом деле из меня вырывается какой-то писк.
У незнакомца брови сходятся на переносице - это не предвещает ничего хорошего. Наверное, нужно всё-таки закричать...
-Оставь ее, - раздается ровное распоряжение. Я оборачиваюсь на звук этого голоса - и то, что я испытала днем при его появлении, повторяется - мое сердце падает в пятки.
-Госпожа Князева, пойдемте вон на ту лавочку. Там всё и обсудим, - Джозеф Шифф, а это именно он, не дожидаясь никакой моей реакции неспешным шагом направляется к дальней лавочке во дворе моего дома.
Я делаю судорожный вдох, пытаясь собраться с мыслями. Меня предупреждали, что этот момент может наступить. Я чувствовала днем, что он всё знает. По договоренности я должна всё отрицать. Из чувства самосохранения - тоже.
Мужчина рядом убрал от меня руку, как только заслышал голос Шиффа. И даже отступил назад. Но не далеко. Это радует. Лучше поговорить здесь. А поговорить всё равно надо. Надеюсь мне хватит везения, чтобы не уйти под лед из-за своей глупой, никому ненужной любви.
Я направляюсь к той самой лавочке. Шифф уже расположился на ней, кстати. Я тоже иду. За моей спиной маячит человек Шиффа. Только один. Но на меня и его - сверх меры.
Подойдя к лавочке, встречаюсь взглядом со швейцарцем. И снова обмираю от страха. Разрываю зрительный контакт и присаживаюсь рядом.
-Вы не удивлены моему визиту, - произносит мужчина.
-Я сегодня услышала новость о том, что Савва Николаевич женится. На вашей дочери. А до этого некоторые открыто интересовались моей связью с генеральным директором. Поэтому - нет, меня не удивляет ваш визит, - осознанно или нет, я перенимаю тон самого Шиффа. Мой голос, каждое слово, что я говорю, звучит ровно. Так, как надо для человека, которому нечего скрывать.
-Вот как! - восклицает будущий тесть Саввы. Но опять так, словно мы обсуждаем погоду.
Повисает пауза. Интуитивно чувствую, что оправдываться ни в коем случае не надо. И молчу.
-Завтра будет их помолвка, - говорит Шифф и поворачивает ко мне голову.
Я же смотрю прямо перед собой. И пожимаю плечом.
-Вы хотите сказать, что между вами ничего не было?
В моей голове масса ответов. Но я хватаюсь за самый выигрышный. С моей точки зрения.
-Это не ваше дело в любом случае. Или вернее - задайте этот вопрос Савве Николаевичу.
Мужчина одобрительно хмыкает.
-А вы не так просты, как хотите казаться, Алевтина Станиславовна. Что ж... Тогда просто послушайте меня. У меня единственная, горячо любимая дочь, которой я желаю счастья. И я его не только ей желаю - я его ей могу обеспечить. У меня реально есть возможности этого добиться. Любыми путями.
Он снова поворачивается в мою сторону и опять смотрит. Не знаю из-за чего, но этот мужчина кажется мне омерзительным. Словно это он лжет мне. А не я - ему.
Он продолжает. Ему на самом деле не нужны мои ответы.
-Я не хочу, чтобы моя девочка, - он произносит "моя девочка" так, что внутри я содрогаюсь, не понимая своих реакций, - была несчастна. Морозов - достойный мужчина. И будет хорошим мужем. Но мужчины слабы по своей сути. Не могут устоять перед искушением. И вы не должны им стать, Алевтина. Если хотите прожить долгую и спокойную жизнь.
Тяжесть в груди образуется на последней фразе. Он мне угрожает? И здесь я совершаю ошибку - проворачиваюсь к нему. Замечаю, что его слишком светлые глаза горят каким-то нездоровым блеском. И страх быстро перерастает в ужас.
-Я очень люблю свою девочку, - и опять это словосочетание отдает каким-то зловонием, хотя он говорит о светлом чувстве отеческой любви, - Её мама рано умерла. И мы были друг у друга. Но дети вырастают, хотят жить своей жизнью. Я это понимаю. И принимаю. Однако Деборе ничто не должно мешать. И никто. Вы меня слышите, Алевтина?
-Господин Шифф, вы ошиблись, поверив грязным сплетням. Я сейчас переживаю тяжелый период, связанный с ними. И с тем, что про меня их распускают. Но... Если вы подумаете, то поймете, что между мной и генеральным директором компании, в которой я работаю, ничего не может быть, потому что таким мужчинам интересны другие девушки. Я же вполне обычная. Я понимаю вашу обеспокоенность и не обижаюсь на вас. Но буду вам благодарна, если вы не будете очернять меня, совершенно не зная. И угрожать мне не нужно. У вас для этого нет причин.
Наверное, мне положен Оскар. Я сама себе верю. Тем более, что собрав все свои силы, я гляжу этому человеку в лицо и не отвожу глаз. Это продолжается довольно долго.
Наконец, он кивает.
-Вам же будет лучше, если вы мне не солгали, - роняет эти слова, как большое одолжение, и поднимается с лавочки, - Хорошего вечера вам, Алевтина.
Я держу лицо до последнего.
-Вам тоже, господин Шифф.
Он поджимает губы. И уходит. Я, сидя на лавке, смотрю им вслед, так как его сопровождающий тоже уходит. Они садятся в черный мерседес представительского класса. Интересно, откуда он так хорошо знает русский? У него лишь небольшой акцент...
Я поднимаюсь на ноги. Больше всего хочу осесть обратно на лавку и закрыть лицо руками. Но знаю - он смотрит, поэтому иду к своему подъезду. Иду, не оглядываясь. И скрываюсь в нем одновременно с тем, как машина с Шиффом внутри трогается с места.
Неужели у меня получилось? И он мне поверил?
***
Аля
В квартире долго умываюсь ледяной водой, размазывая макияж. У меня немеют руки от холода. И я каждый раз вздрагиваю, когда жидкость касается кожи лица. Внутри у меня чувство какой-то гадливости после общения с Джозефом Шиффом. Очень неприятный человек. Неужели Савва этого не замечает? Хотя после нашего более близкого общения утверждать, что мой объект любви сам не такой, не берусь.Пусть... Всё пройдет... Ведь так говорят мудрые люди?
Выйдя из ванной, я слышу звонок своего сотового. Первый порыв - проигнорировать, но я к нему не прислушиваюсь. Номер мне неизвестен. Приготовившись к новой атаке на свою нервную систему, отвечаю на вызов.
-Алло? - звучит напряженно, но после всех волнений странно было бы, если бы было иначе.
-Здравствуйте! - раздается робкое. Но девушка или женщина внезапно набирается смелости и скороговоркой произносит, - Извините, ради бога... Я понимаю, что поздно... Но я увидела ваше объявление о продаже квартиры и фото. Мне понравилось. Я бы хотела посмотреть квартиру.
Что это - совпадение? Или работа людей Шиффа? А впрочем, не всё ли равно.
-Когда вы хотите?
-С-с-сегодня? Вы извините еще раз, но у меня ситуация. Мне очень надо... - всё тот же взволнованный голос заставляет довериться.
Мне так тоже надо. Если продать квартиру, то можно прекратить участвовать в этом бедламе. И не ждать от Морозова денег. Просто исчезнуть. Он не будет искать. У него завтра помолвка. С красивой и богатой девушкой из своего круга.
-Да. Приезжайте, - соглашаюсь я, наплевав на осторожность. Пусть будет, как будет.
Может быть, мне повезет. Я сообщаю адрес. И пока моя покупательница едет, воображаю всякие ужасы. Уже не могу воспринимать мир без угрозы. Опасения оказываются беспочвенными. Я открываю дверь женщине лет тридцати, которая держит за руку девочку лет пяти. Второй ребенок еще совсем мал и располагается в переноске-кенгуру. Если она преступница, то весьма странная.
-Инна, - представляется с порога, - Вы извините, что мы в таком составе. Просто нам очень нужно жилье.
Она входит в квартиру, следуя моему молчаливому приглашению.
-Меня муж из дома выгнал. И на развод подал. А у меня из всего имущества только вот - они, - кивает на своих детей, - Свекр в больнице, ему предстоит серьезная операция завтра. Очень вероятно, что...
Она не продолжает фразу. Но этого и не нужно.
-Он готов оплатить покупку квартиры. Только я должна ее найти за сегодняшний вечер.
Я бы ей, наверное, не поверила. Но она вся зареванная. И вряд ли такое придумаешь.
-Разве он не может вам перевести денег на покупку? А потом вы уже сами...
-Нет, - отрицательно машет головой, - у него условие - он должен увидеть договор купли-продажи. Там семья такая. Не простая, короче. И я - бедная родственница. Или бельмо на глазу.
Ее горькая улыбка колет в самое сердце. И я впервые задумываюсь, а какова участь всех золушек после пресловутого окончания сказки на "долго и счастливо"? Что если именно такая? Так может я зря горюю над своей судьбой? По крайней мере, я одна, и на мне не лежит ответственность еще за чьи-то судьбы.
Девочке мы выдаем листы и карандаши. И она мирно принимается рисовать. Я показываю Инне квартиру. Она ей нравится. Скромно, конечно. Но уютно. И площадь большая. Им втроем будет хорошо.
-Сколько вы хотите? - спрашивает она в конце.
Называю сумму, за которую и хотела продать. Она ее не шокирует.
Инна вроде бы взяла себя в руки и деловито кивает.
-Мне нужно позвонить. Помощник свекра подготовит документы. И завтра утром мы можем заключить сделку у нотариуса.
Я ошарашена тем, как быстро развиваются события.
-Вы не бойтесь. Я дам вам время собраться. Подыскать жилье. Но я не могу упустить такую возможность. Егор сказал, что оставит меня без всего при разводе. Ладно бы, если бы я была одна. Я бы и не просила и ни на что не рассчитывала. Но детям нужна крыша над головой, поэтому не до гордости.
Тут я с ней согласна. Я уже это поняла. Когда жизнь прижмет, становится вовсе не до нее.
Малыш у нее на руках начинает кукситься.
-Сколько ему? - спрашиваю на автомате.
-Семь месяцев.
-И? Ваш муж совсем с ума сошел? - не удерживаюсь я. Что творят эти мужчины? Разве так можно? Откуда столько низости? Даже с женщиной, с которой ты расстаешься, так поступать нельзя. А если она еще и твоих детей будет растить дальше... У меня в голове это не укладывается.
Инна не отвечает. Лишь смотрит с надеждой.
-Хорошо. Я согласна, - говорю я, не дождавшись ответа.
Ее лицо светится облегчением. Мое, надеюсь, тоже. Для меня это ведь шанс выбраться из непростой ситуации. Становиться любовницей Морозова я не рискну. Слишком большую угрозу я почувствовала от Шиффа. Да и... Мое бедное сердце разорвется от ревности, если я приму правила игры, которые мне озвучил Савва.
-Можно ваш паспорт посмотреть? - спрашиваю у женщины.
Она передает мне документ. Я делаю фото.
Инна кому-то звонит. Затем подходит ко мне.
-Завтра в 9.10 утра нам надо быть у нотариуса. Сможете? - в другое время я бы не отважилась не выйти на работу.
Но не теперь. Я звоню Кацу, который дал мне свой номер телефона для экстренных случаев. По-моему, этот случай как раз такой. Он отвечает сразу же. Сообщаю о визите Джозефа Шиффа в двух словах и интересуюсь, можно ли мне прийти на работу после обеда, так как у меня возникли непредвиденные и очень важные дела. Кац заминается. Ненадолго. Но разрешает. Лишних вопросов не задает. Не хочет ничего обсуждать по телефону. Я же вообще ничего не хочу обсуждать.
Инна зовет дочку и собирается уходить.
-А вам есть, где остановиться? - спрашиваю я у нее, оглядывая этот маленький табор.
-В гостинице. Наверное, - отвечает она нерешительно.
Еще раз окидываю взглядом мать и двоих детей. Если завтра я продам им квартиру, то почему они не могут остаться? Их присутствие помогает мне не сойти с ума.
-Не хотите остаться здесь?
-Я... А можно? - и только тут я замечаю, насколько Инна устала. Чего ей стоит держаться?
-Да. Только я буду вещи разбирать. Если это не большая проблема, то...
-Нет. Большие проблемы выглядят по-другому, - отвечает женщина.
Вот здесь я с ней согласна. Размещаю постояльцев, сама начинаю осматриваться. С собой стоит взять только самое ценное, а остальное уже неважно. Потом сижу в интернете, решаю, куда лучше уехать. Выбираю Калининград. Я была там однажды. Город мне очень понравился.
Утром мы вызываем такси. Сделка проходит очень быстро. Мне даже выплачивают компенсацию за технику и мебель. Сумма от продажи превышает мои ожидания. Средств однозначно хватит для покупки квартиры в Калининграде и на переезд.
***
Аля
Фактически квартиру я продала свекру Инны, который тут же подарил жилплощадь ей. Продуманный человек, который даже перед лицом болезни и возможной смерти, не теряет присутствия духа. И по какой-то причине не встал на сторону сына. Тут Инне повезло.
А я... Я думаю о ситуации в их семье и пытаюсь набраться решительности из мыслей о свекре Инны. Деньги у меня есть. Я могу взять всё необходимое и уехать. Но пора признаться самой себе - я боюсь. Боюсь менять свою жизнь, да еще и настолько кардинально. Только, кажется, что выбора у меня нет?
Вернувшись на работу, я теряюсь. Я продала свою квартиру, меня никто не заставлял. Мне нужно двигаться дальше. Один из шагов - написать заявление на увольнение по собственному желанию. Но я не могу. Мечусь по кабинету или сижу на своем месте, но сделать решительный шаг не могу.
И так и не делаю его в течение оставшегося рабочего дня. А потом с тяжелым сердцем ухожу домой. Там меня встречают Инна и дети. И я продолжаю упаковку вещей.
До того момента как на мой телефон приходит сообщение с номера Морозова: "Выйди!".
Тупо разглядываю телефон с незамысловатым текстом. Я понимаю, что несмотря на малодушное отступление, которое я совершила сегодня, мне всё равно придется уехать. И это значит, что я больше не увижу Савву. Никогда больше не услышу его голоса, не почувствую прикосновение его губ... Такая тоска накатывает...
Почему он, Господи? Ну, почему?
Пиликает еще одно сообщение: "Как выйдешь, садись в машину". Потом он присылает номер автомобиля.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Лав Натали