Но что тогда она продолжает делать в моей постели? Совсем страх потеряла?
-Черт! - выдыхаю взбешенно, не понимая, что мне делать.
Она просыпается. Эта подлая дрянь смотрит на меня со смущенной улыбкой.
А меня накрывает лютый гнев, который я выплескиваю на нее.
***
Аля
-Черт! - слышу сквозь сон слишком громкое восклицание. Мужское. И именно оно меня будит.
А потом вспоминаю о чуде, которое случилось со мной. Я... И Савва... Всю ночь... Он был неутомим. А я столько удовольствия, как этой ночью, за всю жизнь не получала. И, открыв глаза, вижу его, понимаю, что мне не пригрезилось, что это был не сон. А на самом деле.
Как же он красив!
Я смущенно улыбаюсь. И только тут вижу, с каким выражением он смотрит на меня. Это меня пугает. Не может он так на меня смотреть! После того, что было между нами. Совсем недавно.
Однако...
-Чёрт! -Савва смотрит на меня своими серыми глазами, а я будто вижу вспышки молний из-за нависающих туч. -Алевтина Станиславовна, потрудитесь объяснить, что вы делаете со мной в одной кровати? Да еще и в таком виде! Встряхиваю головой, пытаясь прийти в себя. Голос разума тихо шепчет: "Ты же знала, что это была плохая идея, Аля!" Но сейчас не до него... -Ты что мне подмешала? - шипит мужчина, прожигая меня гневным взглядом и не пытаясь больше сдерживаться. -Ничего, - шепчу пересохшими от страха губами. -Да я бы с тобой под дулом пистолета не лег! - произносит он гневно. Я же едва сдерживаю слезы. Что я - какая-то не такая? В чем - мне кто-нибудь объяснит? За что он так со мной? Ведь он сам! Сам подошел... Пригласил танцевать, после куда-то повел, набросился с поцелуями. И всё, что было потом... Из-за того, что я ему что-то подмешала?
Я ничего не делала...
Но то, с каким выражением на лице, Савва на меня смотрит, заставляет меня сомневаться. Во всём. В себе. В событиях прошлого вечера. Ведь многое мне казалось непонятным. Но тогда, ослепленная, я не хотела думать... А вот сейчас мне, видимо, придется... Он... Ведь не может сейчас мне врать? А если он был под действием препаратов, то я всё себе придумала? И он прав?
Что-то страшное творится внутри. Какая там уверенность в себе?! У меня даже кровать, на которой я лежу, начинает кружиться...
И времени прийти в себя нет. Его Савва мне не дает.
Делает шаг ко мне, хватает за плечо, рывком поднимает с постели.
-На кого ты работаешь? А.? Говори, быстро! - рычит с явно угрожающей интонацией.
И я... Я всегда боялась агрессии. Терялась. Не знала, как реагировать. Какое уж тут защищать себя.
-Ни на кого, - шепчу ему правду, которую он даже не слышит.
Потому что встряхивает меня словно куклу. Плечо, зажатое стальными пальцами болит. Мне страшно. Я не заслужила ничего из этого.
-Имей в виду - ни у тебя, ни у тех, кто тебя послал, ничего не получится! Я сейчас вызываю службу безопасности. И мы во всем разберемся, милая, - это его "милая" звучит худшим оскорблением в моей жизни.
Не выдерживаю, начинаю плакать, тихо шепчу:
-Я ничего не делала... - а у него кровью наливаются глаза, и он начинает что-то нажимать на телефоне.
Вдруг его ведет в сторону. И он меня выпускает. Я отскакиваю от него, как от огня. Мы оба - голые. Отчего мною всё происходящее воспринимается еще более нереалистичным. Всё должно было быть не так! Но кажется этих моих воплей внутри, не слышит никто - ни мой ангел-хранитель, ни дьявол- искуситель.
Савва хватается за спинку кровати, пытаясь удержать равновесие. А я понимаю, что не готова к тому давлению, которое на меня будут оказывать, если я здесь останусь. Он мне не верит. Он меня даже не слышит! Разве я смогу оправдаться?! Хотя и оправдываться мне не в чем... Я ни в чем перед ним не виновата...
Продолжаю плакать, всхлипываю и замечаю свою сумочку. Платье искать бессмысленно. Да и времени нет. Если сюда придут безопасники... Страх охватывает всё мое существо. Мне кажется, что сейчас Савва способен сделать со мной самые чудовищные вещи. И с его влиянием ему за это ничего не будет. А я не смогу потом... Я ведь не боец. Не смогу жить...
Хватаю сумочку и его рубашку. И выскакиваю из спальни. Видимо, ангел-хранитель всё же сжалился над непутевой мной. Потому что я помню дорогу, который мы шли в спальню.
-Бля*ь! Что ж так голова кружится?! - раздается за моей спиной восклицание.
Савве плохо... Эта мысль едва не заставляет меня остановиться.
-Куда помчалась? - вдруг рычит он.
Его окрик прошивает меня насквозь. Как автоматная очередь. И я выбираю себя. У него есть возможность позвать кого-то на помощь. А кто поможет мне?
На бегу натягиваю рубашку. Добегаю до входной двери. Она не закрыта... Но у меня нет времени раздумывать над этим. Я просто выскакиваю из квартиры Морозова... И меня снова окатывает волной липкого ужаса. Я отчетливо слышу мужские голоса. И я уверена, что один из них принадлежит начбезу - Стройнову Алексею Вадимовичу, который способен заставить трястись поджилки даже у мужчин. Что уж говорить обо мне?
Голоса приближаются. И я вылетаю на лестницу, поднимаюсь на пролет вверх. А потом пользуясь тем, что в доме несколько лифтов, юркаю в один и торопливо спускаюсь вниз. Занавешиваю лицо волосами, так как я в одной мужской рубашке на голое тело. В лифте я успеваю вызвать такси.
Но, наверное, мне бы не удалось покинуть подъезд, потому что там консьерж, а возле него двое суровых мужчин в костюмах, очень похожие на сотрудников нашей службы безопасности.
Меня спасает опять же случай. Вместе со мной в фойе дома появляется девушка с двумя маленькими детьми - мальчиками лет двух и четырех. Дети возбуждены и чем-то недовольны. Младший на руках у матери вопит так, что закладывает барабанные перепонки. Старший же на просьбу матери пойти с ней вообще реагирует неадекватно - со всей силы швыряя игрушечную машинку, которую держит в руках, в одного из охранников. Это вызывает настоящий переполох, все ругаются и кричат.
Меня замечают лишь в последний момент, когда какая-то дама в возрасте открывает входную дверь подъезда. Что позволяет мне выбраться на улицу.
Вслед мне несется:
-Стой! - сдобренное отборной нецензурной бранью.
Это лишь подпитывает мои подозрения по поводу моей участи и заставляет ускориться. Благо, такси меня уже ждет. Бегу прочь со всех ног, ни на кого не обращая внимания, запрыгиваю на заднее сиденье такси. Приложение позволяет сразу обозначить адрес, куда мне надо. А для оплаты привязана моя карта. Поэтому в салоне автомобиля меня накрывает молчаливой истерикой. Что, возможно, избавляет меня от ненужных расспросов таксиста, который хоть и поглядывает на меня в зеркало, но молчит. Не хочет вмешиваться. Тем более, учитывая район, из которого он меня забрал.
Пока я не могу даже связно мыслить, только тихо реветь, давясь своими слезами. Я еще не могу осознать всех масштабов катастрофы.
***
У моего подъезда тихо. Утро, воскресенье. Люди еще спят. Времени всего полседьмого утра. И это к лучшему, учитывая, как я выгляжу. Если сейчас кто-то начнет указывать на меня пальцем, я просто умру на месте.
То, что ночью мне казалось, сказкой, обернулось с утра самым настоящим кошмаром.
Мне очень обидно. Очень. Я итак не знаю, как привлечь мужское внимание, не уверена, что могу кому-то нравиться. А сейчас... Это... Наверное, так чувствуют себя, упав с высоты какого-нибудь этажа и чудом выжив. Я плетусь по лестнице, так как ей мало кто пользуется, да еще и в такой ранний час, задыхаясь и захлебываясь слезами. В голове крутится слово, определяющее мое нынешнее состояние. И я никак его не воспроизведу. Даже мысленно. По пути домой, к счастью, я так никого и не встречаю. Только переступив порог своей квартиры и увидев свое отражение в зеркале, висящем в прихожей, подходящее слово оседает на кончике языка - я чувствую себя раздавленной.Тихие всхлипы переходят в громкие рыдания, сопровождающиеся даже каким-то подвыванием. Я не в силах контролировать себя. Опускаюсь на банкетку и выплескиваю боль, что раздирает мне грудную клетку. Только она не уменьшается. В конце концов, меня начинает ни на шутку пугать мое состояние, ведь я всё никак не могу успокоиться. Так недалеко и до сумасшествия. Ведь ничего непоправимого не произошло. Я ведь ничего не загадывала и ни на что не надеялась. Это правда. Да, мечтала о том, что, возможно, Савва разглядит меня. Но именно, что мечтала. Я просто хотела быть с ним. Хоть минуту, хоть десять минут, хоть час. И мое желание исполнилось. Так о чем теперь жалеть? Ночью Савва был великолепен. И мне неважно, что послужило тому причиной. Я ведь никак не провоцировала его состояние. Даже, если всё, что он сказал мне утром - правда. Моей вины здесь нет. И знать о том, что всё подстроено, я не могла, потому что ни в каком вселенском заговоре против Морозова не участвовала.
Утро... Его события были похмельем. Так бывает, когда забываешь о реальности, пытаясь угнаться за шумным весельем. Ведь знаешь, что оно, это утро, всё равно наступит. И ничего хорошего не принесет. И пусть я старалась не думать об этом, но где-то внутри не верила, что всё обойдется. Теперь у меня всего лишь один вопрос - какую цену я должна буду заплатить за единственную ночь с любимым мужчиной? Хотя пусть так... Я готова ее платить...
Самокопание вытаскивает меня из пучины отчаяния. Успокаивает, помогает взять себя в руки. Не о чем жалеть. Савва мог просто не обратить на меня внимания, как делал это бессчетное количество раз прежде. И ... Каждое воспоминание этой ночи будет для меня драгоценным.
Что касается агрессивного поведения Морозова утром, то, если он прав, и ему что-то подмешали, воздействие этих веществ и служит причиной данного всплеска. Савва во всем разберется, узнает, что я не при чем. И не станет уничтожать меня. Он - не такой.
Надо прекращать и истерику, и обесценивание самой себя. Нужно взять себя в руки и продолжать жить дальше.
Встаю с банкетки и иду в душ. Воду включаю холодную, чтобы придти в себя. Стою под струями до тех пор, пока зубы не начинают стучать. Но голова проясняется. Савва обязательно разберется. Ко мне у него не может быть никаких претензий. Хотя из компании мне, конечно же, придется уйти.
После холодного душа выпиваю валерьянку. И забываюсь тревожным сном. Дальше мое настроение скачет с отметки " минус" на отметку "плюс". К тому же, купание под холодной водой приводит к тому, что у меня поднимается температура. С которой я борюсь несколько дней.
А еще я жду появления сотрудников службы безопасности, которые должны ворваться в мою квартиру. Никуда не выхожу эти дни. Мне никто не звонит. И в квартиру тоже не врывается. Просто в конце моих терзаний звонит юрист и приглашает прийти уже в офис, чтобы урегулировать возникший конфликт. Я соглашаюсь. А что мне остается? Вечно прятаться взаперти? Да я и сама не собиралась там оставаться. Теперь это попросту невозможно.
Измотанный организм не способен больше нервничать. И это меня спасает следующим после звонка юриста утром. Иначе бы я не осмелилась поехать в компанию.
Лучше бы не ездила. Но того, что нам предстоит, мы не знаем.
Поэтому я еду. Туда. Страшась встречи с Саввой.
Савва
Голова кружится всё сильнее, перед глазами темнеет. Аля дергается прочь, но я не в состоянии ее остановить. И как тургеневская барышня, теряю сознание. Сам от себя не ожидал.
В сознание прихожу в больничной палате. Под капельницей. В палате Альберт И начбез. Четкой картины произошедшего у меня нет. Кроме того, что я переспал с Алевтиной. И кто-то сделал компрометирующие меня фотографии.
Открыв глаза, встречаюсь взглядом сначала с Альбертом, потом с начбезом. Оба выглядят виноватыми. Как это всё вообще могло произойти? Служба безопасности же была на ушах... И вот результат...
-Ну?! - выдыхаю раздраженно.
Начинает начбез.
-У вас в крови обнаружена смесь химических веществ. Если не вдаваться в термины - смесь возбудителя и препаратов, подавляющих волю. Достаточно редкие препараты, которые в обычной аптеке не купишь. На телефон пришли фото. Эм... Как вы развлекались с Алевтиной. Но все пришедшие фотографии очень плохого качества.
Мозг включается, пытаясь найти лазейку, чтобы выплыть из этого болота с наименьшими потерями.
-Насколько плохого?
-Хм. Если нет других, то я бы сказал, что если вы сами не подтвердите факт близости, доказать, что это вы не удастся.
-Выяснили, кто подлил мне эту гадость?
-Я просмотрел записи с камер в ресторане. К вам подходила девушка - Юлия Владиславовна Началова. Она подала вам бокал, вы выпили.
Он говорит это таким тоном, что в нем отчетливо слышится: "Какой же ты дурак!". И я вот тут с ним согласен.
-Они с Князевой - подруги, - добавляет начбез.
-Сговорились?
-Проверяем.
-Их кто-то нанял?
-Князевой деньги не поступали, а Началовой - да, перед корпоративом пришла крупная сумма. И после тоже. От кого пока не выяснили.
Голос на следующем вопросе хрипнет.
-А где... Алевтина сейчас?
-Доехала на такси до дома. И никуда больше не выходила.
-И как же у них получилось всё это провернуть?
Начбез мнется. Это и понятно. Виноват по всем пунктам.
-После танца с Князевой вы пропали. Нашли мы вас только утром. Камеры в вашем доме вышли из строя, консьерж спал, водитель утверждал, что высадил вас у дома Князевой. Мы ночью вскрыли ее квартиру, но там вас не было...
Становится всё веселее и веселее.
-Нужен заказчик. За девушками установить наблюдение. Пока не трогать. Фотки нужно просмотреть. И определить, можно ли их использовать для шантажа.
Во мне включается циничная сволочь, которая готова убрать все препятствия на пути к цели. Абсолютно все.
***
Аля
Вчера вечером мне позвонил ведущий юрист нашей организации и нудным голосом "посоветовал" явиться сегодня в кабинет начальства к десяти часам, чтобы обсудить вопрос моего увольнения. По собственному желанию. А еще добавил, что лучше бы мне прийти, если я не хочу серьезных последствий своей беспечности.
Я наивно надеялась, что приду, напишу заявление и на этом все закончится. Но и этим надеждам не суждено было сбыться. Это я понимаю, встречаясь у офиса со своей приятельницей Юлей.
-Аль! - окликает меня из курилки, расположенной во дворе офиса, дрожащий голос Юли. Что она тут делает? У нас строго с дисциплиной, а рабочий день уже начался.
Подхожу к ней, еще не зная размеров катастрофы.
Она смотрит на меня с жалостью. Я терпеть этого не могу и готова сделать что угодно, чтобы избавиться от этого выражения в ее глазах.
-Аль! Ты как?
-А что со мной? У меня рога выросли? Или хвост? - голос звучит неприветливо.
-Аль, ты прости меня. Это была дурацкая затея. Но если бы я хоть подумать могла, что так все выйдет...
Волнение нарастает.
-Ты о чем?
-Гендир свирепствует четвертый день после корпоратива. Он тебя не бил, я надеюсь? Все знают, что вы провели вместе ночь. И чем занимались тоже. А еще у него в крови нашли какие-то запрещенные вещества... - она запинается и отводит от меня глаза, - И он считает, что это ты ему подсыпала...
-Ты откуда все это знаешь? - внутри образуется что-то наподобие воронки, куда засасывает всё, что еще осталось во мне хорошего.
-Так он рассказал Вероничке. А она уже по офису разнесла.
Я пошатываюсь, но вовремя цепляюсь за какую-то железную штуку.
-Он орал у себя в кабинете, что ты его женить на себе таким способом собралась и что ничего у тебя не выйдет.
-Что за чушь? - эти действительно кажется мне абсурдом.
-Ну, все же знают, что у тебя личная жизнь не складывается. А все-таки тебе в этом году тридцать пять исполняется...
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Лав Натали