Любители детективов привыкли в конце получать ответы на вопросы. Читатели Стругацких поиск ответов считают своей прерогативой. Дело авторов – заинтриговать, задеть за живое, подкинуть материал для размышлений. Размышлять же и приходить к каким-то выводам должны читатели. В повести «Жук в муравейнике» детективная история про подкидышей не раскрыта, главные вопросы висят в воздухе, а до ответов к ним в финале ещё дальше, чем в начале расследования. То, что надо! Это мы и любим! Или?..
Кто такой Лев Абалкин?
Вопрос, можно сказать, риторический. Это один из тринадцати «подкидышей» странников. Вот только, кто они, какую опасность в себе таят, на что запрограммированы, земляне не знают. Тагоряне тоже не знают, но свою капсулу с личинками уничтожают. На всякий случай, как бы чего не вышло. Страх неизвестного принимает самые разные формы. Люди же свой таинственный саркофаг сохранили, подкидышей вырастили и воспитали. Кому на горе, а кому на радость, неизвестно.
Подкидышей продолжили вновь и вновь подкидывать. Тайна рождения, изоляция друг от друга и от медальонов-детонаторов, запрет на жизнь на Земле – сплошные ограничения. Простое негуманное решение тагорян выглядит даже более мягким, нежели сложное человеческое. Обезопасили ли люди Землю, людей? Всё ли предусмотрели? Нет, конечно. жизнь человеческая – это вообще цепь случайностей. Порой они выглядят похожими на закономерности. Выглядят, но остаются собой. И выглядящие страшными и непонятными подкидыши для людей такими же странными и страшными останутся. Как и загадочные странники. А что делают люди с пугающе непонятным? Неужели попытаются полюбить? Да нет! Палкой его, гада! И ещё, ещё! А вдруг укусит? Или чего похуже сделает!
Скорее всего и бедный Абалкин ничего о себе не узнал. Он ведь искал там и так, как привыкли те, кто его вырастил. Поиск его был заранее обречён, как поиск дома потерянных на работе часов, например. С другой стороны, а где он должен был взять ответы? У странников? Но кто они и как до них добраться, не знает никто. Мне вот интересно, знали ли сами Стругацкие ответ на вопрос, для чего странники оставили свои капсулы с зародышами. Или закинули удочку с наживкой наугад да так и не решили, что делать, если кто-то клюнет?
Могло бы быть по-другому?
А мог ли быть другой финал у повести? Обычно ведь всегда есть выбор. Скажем, Рэдрик Шухарт мог попросить что-то конкретное, например, то, что хотел изначально. А Гаг на Гиганде продолжил бы воевать. И так далее. Был ли у человечества и подкидышей другой шанс?
Ну, подкидыши вроде бы на тот момент ещё не все были уничтожены, но после неуправляемого заноса Абалкина им вряд ли позволят хоть на парсек приблизиться к детонаторам. А разгадки их появления и предназначения нет, не было и, вероятно, не будет. Разве что в книгах других авторов по мирам Стругацких.
Каммерер мог остановить Абалкина от посещения музея. Теоретически. На какое-то время. Так сказать, оттянуть неизбежное. Но Абалкин для всех – преступник, поскольку посягнул на Правила. Он не должен был делать то, что сделал: вышел из-под контроля, нарушил. Причём нарушил не для того, чтобы его потом простили. Поняли и простили, не поняли и простили, не поняли и не простили – какая разница? Рубикон перейдён. Пути назад нет. А впереди ничего…
Что же люди? Как им жить дальше? Да, собственно, ничего особенного не произошло. Был Абалкин – и нет Абалкина. Он ведь даже и не человек, по сути. Что значит жизнь лабораторной мышки? Один Чарли Гордон, наверное, знает. И то… Так что жалеть не о чем, не о ком и незачем. Александр Македонский тоже любил задачки с помощью меча решать: раз – и готово. Гордиев узел развязан. Так можно было? Наверное, но Стругацким интереснее вязать гордиевы узлы.
Идеи и смысл названия
Есть мнение, что основное содержание всех произведений Стругацких – история человека, одержимого идеей. Наверное, это слишком обобщённо. Может, и слишком упрощённо. Не знаю. Думаю, каждый читатель имеет право на своё суждение. У любой идеи обязательно есть изъян. Что-то кем-то упущенное, но другим бросающееся в глаза. Одинаковость суждений говорит скорее об убогости, чем о совершенстве.
Однако идеи… Всё-таки основная связана с названием. Как известно, жук в муравейнике, во-первых, нечто инородное, разрушительно и опасное, а во-вторых, еда. Для муравьёв. Если понимать человеческую общность как муравейник, чужак, стремящийся к своим, неведомым нам целям, для общества, во-первых, опасность, а во-вторых, балласт, мусор. Опасен ли был Абалкин? Оправданно ли его убийство?
Что мы имеем? Сведения о том, что это человекоподобное существо всегда было асоциально. Интеграция в общество минимальная. Ни друзей, ни врагов. Умный, целеустремлённый. И посторонний. Ну, посторонних в нашем гуманном мире всегда ждёт насильственная смерть. Камю об этом задолго до Стругацких писал.
Во-вторых, мы знаем об увлечении Абалкина зоопсихологией. Однако любил ли он животных? А тут ещё и голован Щекн заявляет, что «народ голованов не предоставит убежища человеку Льву Абалкину». Прикидывался любителем животных, а на самом деле преследовал какие-то свои цели? Нехорошо!
Не забываем про смерть Тристана и то, что новый Абалкин – это действительно что-то новое – скорее всего действует по активированной в нём программе странников. Плюс есть так называемые детонаторы, каким-то образом связанные с подкидышами.
В общем, «страшно, аж жуть», говоря словами В.Высоцкого. Неведомое страшит. Неведомое обладает силой, а это страшит вдвойне. И чем дальше, тем больше. Участь Абалкина предрешена. Хотя… А если бы он добрался до детонатора? Так он добрался. Близость и смерть никаких видимых человеческим глазом процессов не запустили. Человечество может спать спокойно. Но оно почему-то глаз не смыкает, а думает над загадками книг Стругацких. Естественно, прогрессивное человечество. Остальная его часть занята своими, менее важными делами. Как в песне группы «Агата Кристи»: «Слышен только тоненький свист, радостный хруст, жалобный плач». Добрые люди занимаются добрыми делами. Например, убивают жуков. Как бы чего не вышло. Ох, уж этот чеховский человек в футляре! Вечно он влезает не в свой муравейник!
«Жук в муравейнике» – произведение опытных, умелых авторов, мастеров слова. Динамичная детективная история захватывает с самого начала. Здесь много гениальных идейно-художественных находок вроде полёта внутрь чёрной дыры или отчёта Абалкина об операции «Мёртвый мир». Уверен, многие именно это произведение Стругацких считают любимым. А я здесь не увидел права на глупость – того, чем привлекают меня, например, «Понедельник…» или «Пикник…». У одного чужая программа включает режим зомби. Другим управляет механизм уничтожения посторонних жуков. Не стереотипный страх перед чем-то, как у несчастного Глебски, а правило, инструкция, условный рефлекс кагэбэшника. И главный герой слишком взрослый, состоявшийся человек, со своим опытом, со своими замшелыми тараканами, со своей мудростью. Нет, не моё. Хотя написано здорово. Но я не люблю детективы. А фантастические детективы тем более. По-моему, это плеоназм.
Этот отзыв я написал в рамках флешмоба «Книговик». Подробнее – здесь.
Книговик сложился. Стругацких пока читать больше не буду. Может быть, когда-нибудь... Пока же приступаю к знакомству с творчеством Сергея Снегова. Как там, в "Галактической разведке"?
Что думаете о книге? С интересом познакомлюсь с вашими мнениями в комментариях. Бумага стерпит, а интернет тем более, но всё-таки уважайте других. Мы же не муравьи.