Тарелка с оливье разбилась о стену с таким грохотом, что даже кот Барсик, привыкший к громким компаниям, в ужасе метнулся под диван.
Майонез медленно стекал по обоям, образуя причудливые узоры, а в комнате повисла звенящая тишина.
- Значит, подай то, принеси это? - Наталья стояла посреди гостиной, сжимая в руках следующую порцию праздничного салата. - Двадцать лет я для тебя официантка, Петя? Двадцать лет?!
Собравшиеся гости – три семейные пары со стажем – замерли с поднятыми бокалами. Ешкин кот, такого поворота никто не ожидал. Обычно тихая и покладистая Наталья впервые на памяти друзей повысила голос.
Пётр, её супруг, раскрасневшийся от выпитого коньяка, недоуменно хлопал глазами:
- Натуль, ты чего? Я ж просто попросил...
- Ты не просил! - вторая порция салата полетела в сторону ёлки. - Ты приказывал! "Натаха, тащи мясо!", "Натаха, где горячее?", "Чего сидишь, неси водку!". Я тебе кто – дворовая девка?
Сергей, лучший друг Петра, попытался разрядить обстановку:
- Ребят, ну что вы как дети малые? Давайте...
- А ты, Серёжа, помолчи! - Наталья резко развернулась к нему. - Двадцать лет смотрю, как вы собираетесь, и двадцать лет одно и то же! Мы с девчонками на кухне суетимся, а вы, короли жизни, указания раздаёте!
Лена, жена Сергея, нервно теребила салфетку.
За пятнадцать лет дружбы семьями она впервые видела подругу в таком состоянии. Что-то надломилось в Наталье, что-то долго копившееся наконец прорвалось наружу.
- Наташ, солнышко, присядь, - пробормотала Марина, третья из подруг. - Мы же...
- Не буду я садиться! - грохот следующей тарелки заставил всех вздрогнуть. - Знаете, сколько я этот стол накрывала? Восемь часов! А он... он даже спасибо не сказал! Итить его за ногу, ни разу за весь вечер!
Пётр, наконец осознав серьёзность ситуации, попытался встать, но ноги его не слушались:
- Натуль, ну прости дурака...
- Поздно, Петя! - Наталья уже почти опустошила сервант с посудой. - Двадцать лет я была идеальной женой! Готовила, стирала, гладила твои рубашки! А ты... ты даже не знаешь, какой у меня размер обуви!
Валера, муж Марины, тихонько присвистнул:
- Ничего себе у вас праздник намечается...
Следующий салат прилетел прямо ему в лицо:
- А ты вообще молчи! Думаешь, я не вижу, как ты на мою Маринку смотришь? Как собачонку её за собой водишь! "Мариш, принеси", "Мариш, подай"!
Стрелки часов неумолимо приближались к полуночи.
По телевизору Путин уже начал своё традиционное обращение, но его в этот вечер гости квартиры уже не слушали. Все взгляды были прикованы к Наталье, которая, словно вихрь, металась по комнате.
- А вы, девочки мои, - она вдруг остановилась перед подругами, - вы-то чего молчите? Сколько можно терпеть? Сколько можно быть тенью при муже?
Лена и Марина переглянулись. В глазах обеих читалось странное понимание.
- Знаете что? - Наталья вдруг успокоилась и как-то странно улыбнулась. - А пойдёмте-ка мы... в SPA-салон! Прямо сейчас!
- Куда?! - хором воскликнули мужья.
- В салон! Где ещё в новогоднюю ночь можно найти свободные места? - Наталья уже доставала телефон. - Алло, Кристина? Это Наташа. Помнишь, ты говорила, что у вас круглосуточное обслуживание? Три программы "Полное преображение", пожалуйста.
Мужчины ошарашенно наблюдали, как их жёны, три степенные дамы, внезапно засуетились, доставая косметички и оправляя платья.
- Вы что, серьёзно? - Пётр попытался преградить путь супруге. - В новогоднюю ночь? А мы как же?
Наталья окинула взглядом разгромленную гостиную:
- А вы, мальчики, пока приберитесь тут. Заодно подумаете о жизни. Кстати, Петя, мой размер – тридцать восьмой. На случай, если захочешь купить мне туфли к возвращению.
Последнее, что услышали обескураженные мужья – это взрыв хохота на лестничной клетке и цокот каблуков по ступенькам.
Три пары мужских глаз уставились на погром в гостиной. Кот Барсик осторожно высунул нос из-под дивана и мяукнул что-то похожее на "так вам и надо".
- М-да, - протянул Сергей, поднимая перевёрнутый стул. - С Новым годом, господа подкаблучники!
- Это что же получается, - пробормотал Валера, разглядывая пятно от оливье на своей рубашке, - мы теперь сами всё это...
- А вот получается! - Пётр вдруг расхохотался. - Знаете что? А она права! Чёрт возьми, моя Натаха права! Двадцать лет... Я даже не помню, когда в последний раз говорил ей "спасибо"...
В дверь позвонили. На пороге стоял курьер с огромным тортом:
- С Новым годом! Заказ от Натальи Петровны. Сказала передать записку.
На маленьком листке бумаги, приложенном к торту, было написано:
"Мальчики! Торт называется 'Школа жизни'. Приятного аппетита!
P.S. Вернёмся утром. Возможно. Если будет чисто."
Три солидных мужика стояли посреди разгромленной квартиры, читая записку и улыбаясь как нашкодившие школьники.
А где-то в SPA-салоне три женщины, развалившись в массажных креслах, наконец-то чувствовали себя королевами. Новый год только начинался, и он обещал быть совершенно особенным.