ИСТОРИЯ ОДНОЙ КОРОВЫ
Рассказ о странной корове из детства...
В Сибири наша семья оказалась после того, как отец закончил институт и был распределён на берега Тобола. По своей специальности, инженер сельскохозяйственных машин, он четыре года проработал в одном хозяйстве, затем его избрали председателем колхоза в другом селе, а спустя ещё пять лет назначили директором крупного совхоза.
В Сибири в советское время руководители особо не барствовали, многие из них так же и простые селяне вели подсобное хозяйство, держали скотину. У нас были куры, утки, свиньи. А вот коровы своей не было, хотя молоко в семье жаловали. Видимо неосознанно ждали её, видимо так угодно было судьбе.
Перед Новым годом пришла телеграмма. Умерла бабушка. Родители съездили на похороны на Урал. А вскоре отец вновь засобирался в дорогу. У бабушки осталась корова-ведерница, как называли высокоудойных бурёнок. И вот, спустя неделю, бортовой «газон» привёз её в сибирскую деревню. Несмотря на морозную погоду Жданка (так её звали), перенесла переезд хорошо.
Весь день мы с младшим братом не отходили от стайки. Жданка резко отличалась от сибирских коров. Те были черно-пестрые, наша же - тёмно-коричневая. К тому же она была крупнее по размерам. Поначалу побаивались её внушительных размеров рогов, они невольно настораживали. Чтобы задружиться с Жданкой, мы таскали куски хлеба, которые она с удовольствием уплетала. Позже выяснилось, что помимо хлеба у этой коричневой гигантши было ещё одно любимое лакомство, из-за чего мне позже пришлось воевать с ней. Она ужасно любила жевать бумагу, особенно свежие газеты, пахнущие типографской краской.
Первый раз Жданка вычудила в марте. Отец привёз её стельной. И вот однажды ночью мы проснулись от суеты родителей. Она отелилась! На Урале не принято строить тёплые стайки, телят после рождения приносили в дом. Так поступили и родители, хотя этого делать было не нужно, ведь в стайке было тепло. Жданка, видя что телёнка уносят, последовала за людьми и... также зашла в дом. Отец растерялся и закрыл за коровой дверь.
- Ну, вот. Будем жить все вместе, - сказала мама.
Коридор-прихожая в деревенских квартирах были узкими, поэтому как развернутся в нем крупной корове никто не знал. Немая сцена длилась больше минуты.
- Сашка, делай же что-нибудь, - умоляюще обратилась мама к отцу.
Тот открыл дверь и умоляюще попросил:
- Жданка, Жданочка, пошли со мной.
Корова видимо сама поняла, что сделала что-то не то, и стала медленно разворачиваться. Да, она уронила вешалку с одеждой, но все же смогла развернуться и отправиться в стайку.
Наутро пришла ветврач. Она посмеялась над нами и скомандовала, чтобы бычок отправлялся вслед за мамашей.
- Пару дней пусть пососёт, а потом можно отсаживать.
- А молоко когда пить можно? - спросила мама.
- Да, хоть сразу, только оно сейчас жирное, с привкусом, молозиво называется.
Доить мама умела, ведь бабушка с дедушкой держали коров всегда, к тому же в девичестве мама работала дояркой. Через пять дней мы наконец дождались жданкиного молока. Оно тоже было необычным, с жёлтым оттенком, но очень вкусным. Отец для интереса отправил его на экспертизу. «Вы зачем сливки нам прислали? - позвонили ему с молзавода. - Жирность почти восемь процентов, такого молока не бывает». Благодаря Жданке на нашем столе всегда было в изобилии молоко, творог, простокваша, сливки, и масло. А ещё зимой мы любили грызть сырники. Мама творог смешивала со сливками и сахаром, лепила небольшие лепёшки, из этой массы и замораживала. Мы с братом и наши друзья убеждённо говорили, что это лакомство повкуснее мороженного, которое иногда завозили в школьный буфет, и которое порой попахивало силосом.
Пришло время пасти домашний скот. Выгнали и мы Жданку, утром отец отогнал её в общий загон и, переодевшись, пошёл в контору, Жданка шла за ним следом. Чуть позже за ней прискакал на коне пастух. «Не смог удержать, - с досадой сказал он, - пусть сын попасёт со мной пару дней, пока привыкнет». Отец отпросил меня из школы. «Классно! - подумал я. - Лучше - на поскотине, чем на уроках». Только ничего классного два дня не было. Жданка, которой, видимо, пастись совсем не хотелось, постоянно отбивалась от стада и развернувшись направлялась назад. Пришлось изрядно побегать за ней по пересечённой местности в речной пойме, чтобы вернуть к стаду. Домой я приходил еле волоча ноги. Лишь на третий день Жданка успокоилась и приняла пастьбу как должное.
Вечером стадо было принято встречать, чтобы домашний скот не набедокурил в палисадниках, или не зашёл в чей-нибудь огород. И здесь встречающие стали наблюдать такую картину: Жданка постоянна гордо шагала во главе стада. «Ну, настоящая директорша», - сказала одна из женщин. Так и прозвали её в селе.
Первоначально встречать Жданку было одно удовольствие, ведь она, нигде не останавливаясь, стремилась в свою стайку, где её ждало ведро с дроблёнкой или хлебом. Поэтому вскоре мы с братом забросили это дело, понадеявшись на жданкино «сознание». Просто открывали двери стайки и ждали её дома.
Позже мы поплатились за такую беспечность. Надо сказать, что комбикорм или дроблёное зерно в те времена свободно купить было невозможно, его выписывали в совхозе, но только своим работникам. Чтобы прокормить домашнюю живность, люди покупали хлеб. Он тогда был дешёвый, буханка чёрного стоила 14 копеек. Поэтому, в вечернее время, как раз, когда пригоняли скот, люди дежурили возле магазина, куда приходила хлебовозка. И вот однажды Жданка учуяв манящий аромат лакомства, только завезённого из пекарни, решила заняться наглым разбоем.
В селе жила маленькая одинокая старушка. В тот день она, купив пару буханок, спустилась с крыльца магазина и только было направилась домой. Но в это время мимо проходила наша корова. Жданка прижала старушку к забору и беспардонно сунула свою морду в авоську. «А, ты же Директорша! Тебе всё можно?» - вопила беспомощная старушка под хохот собравшихся покупателей. Потом маме пришлось купить две булки и отнести пострадавшей бабушке. А в качестве морального ущерба старушке достались жданкины продукты: масло, творог, сметана.
Следующим пострадавшим от Жданки стал я сам. В те годы, когда не было интернета и сотовой связи, когда было всего два телевизионных канала, люди очень много выписывали газет и журналов. Почтальон еле таскал свою толстую сумку с корреспонденцией. Обычно почту из райцентра привозили утром, после сортировки её разносили уже в обеденное время по домам. В тот день была задержка. Я с нетерпением ждал «Советский спорт», где были результаты футбольного тура. (Болельщиком сделался я с раннего детства, тщательно следил и заносил в таблицы результаты футбольного и хоккейного чемпионатов страны). Корову встречал брат. Подходя к дому, Жданка резко направилась к парадным воротам, где был приколочен почтовый ящик. Она вытащила пачку принесённых почтальоншей газет и журналов. Корреспонденция вся в ящик не вмещалась, поэтому корове не стоило труда освободить ящик. Жданка начала их жевать, брат поднял крик, ведь в утробу обжоры попал и его любимый журнал «Мурзилка». На шум выскочил я, вцепился в газеты - началось перетягивание, прям как в мультфильме про кота Матроскина.
Не любила Жданка собак. Гонишь её пастись, она увидит в конце улицы псину, и припустит что есть мочи за ним. Даже самые грозные собаки с визгом, поджав хвост, убегали от страшного рогатого монстра. Лишь одного пса она не трогала. Домашнего Шарика в лютые морозы мы запускали в стайку. Ночью он забирался на корову и спал не ней. Жданка его не сгоняла, ведь он грел её взаимно...
Чудила и пакостила наша корова часто. Всего и не припомнишь. С возрастом она стала уменьшать надои. Вместо привычных двух пятнадцатилитровых подойника, давала на порядок меньше. И вот на семейном совете решили сдать Жданку на мясо. Ведь она, как писал в школьном сочинении мальчик из повести Андрея Платонова «Корова». была ещё и говядина. Тем более подрастала тёлка Марта, её дочь, уродившаяся под стать мамаше, только цветом ярко рыжая.
Пришёл скорбный день. Отец повязал на шее Жданке верёвочку и повёл на ферму, где с утра стояла «Колхида»-скотовоз для рейса на мясокомбинат.
Мы даже не стали выходить, чтобы попрощаться. Сидели грустные на кухне и вспоминали жданкины проделки. Вспоминали, как по весне при помощи бутылки выколачивали из её спины личинки оводов. Вспоминали её большой шершавый язык, которым она всё время норовила лизнуть в щёку, словно собака. Но вдруг хлопнула дверь в хозпроходе. «Что-то быстро отец вернулся», - сказала мама.
Он зашёл в дом с улыбкой. «Не смог я, -сказал. - Жданка покорно шагала, не дёргалась, как обычно, наверное чувствовала, что пришёл конец. Я оглянулся и впервые увидел, как корова плачет! Из её больших глаз реально капали слезы». Дома воцарилась радость. Тёлку Марту мы продали соседям, которые давно ждали от Жданки женское пополнения, но на свет появлялись все время бычки.
Жданка прожила у нас ещё несколько лет. Погибла она нелепо, забралась в сарай и объелась дроблёнкой. Ветврач не смогла спасти старую корову. «Режьте горло, пока жива, хоть мясо не потеряете», - кричала она. Но у отца, который до этого сам колол свиней и бычков, не поднялась рука...