Собралась Оля, мать и жена молодая, на дачу к маменьке поехать. Афанасия малого собрать - и на дачу рвануть. А на даче той отдыхать и оздоравливаться. Маменька Олина, опять же, с дитем помогать будет. И сидеть бы на той даче все три летних месяца. А Петя, муж, пусть как-нибудь один поживет. Все равно на работе он всегда сидит.
А знакомые женщины, которые про дачные планы узнавали, сразу Оле советы советовать начали. И в одном единодушны они были: Петю одного оставлять страшновато. И ничего мы против Пети данного не имеем, но лучше не рисковать. А то знаем мы случаи.
Особенно бабки да тетки настаивали.
“Мужа одного, - поучали, - оставлять грешно. Длительный опыт жизни у нас, знаешь ли, Оленька. И ни разу хорошим не закончилось такое - когда мужа жена одного оставляла в силу разных обстоятельств. Была у нас соседка - Иванова. Видная такая женщина и хозяйственная. Оставила она своего Иванова на месяц целый. К родне в деревню поехала - бабка там померла сначала, а потом покос начался, а далее еще что-то приключилось. Вернулась - а Иванов уже новой теще картофель копает. И кто тут виноватый? Так той Ивановой все и заявили - сама ты во всем виноватая. А Иванова осознала, раскаялась во всем, повинилась, конечно, да поздно было! И мудрость даже народная есть на этот житейский случай: гузно подняла - место потеряла”.
И мама Олина - хоть и была женщиной еще довольно молодой - тоже отговаривала Петю оставлять дома одного.
- Приезжай, Оленька, на дачу, - дочке она советовала, - но дней на десять. Не дело малого Афанасия в каменных джунглях держать. Приезжай на недельку. Пусть Афоня ягоду поест натуральную и подышит полезным кислородом. А потом к Пете возвращайся скоренько. Один мужчина в доме - нехорошо это. Я лично батю твоего не бросала. А если и нужно было тебя, маленькую, из джунглей вывезти - так я через день в город с дачи моталась с пятью пересадками. А если бы не моталась, то и не факт, что с батей твоим прожили мы счастливо тридцатилетие целое. Окрутила бы его какая женщина. Тыщу раз такое видела я. Оставит женщина супруга. А вернется - место ее в супружеской спальне уже плотненько занято. Другая там мадама уже расположилась. И крем свой для гладкости лица на туалетный столик в спальне водрузила.
А Оля на дачу очень хочет. Петя-то на работе все время сидит. К ночи ближе придет, Афанасия в лобик поцелует - вот и вся радость. Но и за Петю боязно. Как бросить? Вдруг и он тещу новую отыщет, картофель ей копать побежит?
С подругой Верой Оля вопрос обсудила. Та опыт семейной жизни серьезный за плечами имела.
- Хочу, - подружке сказала, - к маменьке ехать. А Петя работает все. И сам он не сильно рвется на даче у маменьки отдыхать с Афанасием. Какой это отпуск? И вот рванула бы, но отговаривают меня все. Нельзя, мол, мужа оставить совершенно. И маменька отговаривает, и бабушки, и тетки. Бабушки, те и вовсе прямо заклинают такой шаг предпринимать. Про Иванову свою несчастную все время рассказывают. Чтобы на ус я мотала.
- Это правильно тебе рассказывают, - Вера ответила, - а оставляют мужа одного те женщины, которые самоуверенные излишне. А потом локти кусают и плачут в подушки. Я Васю своего оставлять лично не намерена. Оставишь Васю дома одного - а на него сразу охота женская разворачивается. Такая охота идет, что феодалы с лисицами и рожками своими - забавы детские. Промысел буквально на мужика начинается. Рябкование!
- Прямо охота? - Оля удивилась. Она молодой все же женщиной была. И не умела еще смотреть наперед.
- Еще какая, - Вера подтвердила, - охота! Женщины такие ушлые в природе есть. Только оставит какая-нибудь женщина мужа своего - в деревню к родне уедет или на дачу там с младенцем - так те ушлые сразу на охоту и выходят. Видят мужчину брошенного - и вперед, залучают его всякими средствами. Кто на финтифлюшки свои берет, а кто на поддержку моральную. Некоторые по старинке - с борщами в кастрюлях лезут.
- А как, - Оля бровки хмурит, - они соображают-то? Что брошенный данный мужчина?
- А они же ушлые, - Вера напомнила, - и есть у них специальные методы. Некоторые прямо на вокзалах караулят - где какой отец молодой семью в деревню провожает. А другие - так те в окошки ходят и заглядывают. И если видят главу семейства одинокого, то сразу начинают свои финтифлюшки показывать. Завлекать всячески. А мужчина чего? Он против чар не всегда устоять может. Если законная его супруга бросила и отсутствует себе спокойно. Как-то был у меня случай. Уехала я на слет одноклассников в город родной. Два дня меня не было! Вернулась - а под окнами у нас женщины посторонние сидят рядком. Все наряженные, с маникюрами. Будто кошки мышь аппетитную караулят. Охотниц-то до чужого добра предостаточно. И Василия уговаривают кольцо обручальное с пальца стянуть! Вовремя я, получается, вернулась. Повезло просто. Больше так судьбу не искушаю.
- А Петя мой не таков, - Оля ответила, - он верный человек и однолюб. Кольцо обручальное носит с удовольствием.
- А это совершенно не имеет значения, - подружка строго сказала, - и ты Афанасия сиротить не смей. Проверено многими уж поколениями женщин. Это как кошелечек на улицу выкинуть. И надеятся, что никто его ручонками не загребет. Наивно, то есть.
Думает Оля, думает. Хоть бери и, правда, с пятью пересадками мотайся! Петю карауль, утешительниц разгоняй. Или мудрее поступить. Дождаться отпуска Петиного - да рвануть на море совершенно одной. И как мама советовала - ровно на десять дней. А малого Афанасия с папой дома оставить. Небось, при Афанасии не сильно много охотниц под окнами рассядется.