— Не знаю, сможешь ли ты меня простить. Но я хотел как лучше
Матвей сидел на краю стула, словно на краю пропасти. Напряжение не покидало весь вечер. В доме звучал смех и радость, а он не мог избавиться от ощущения, что в сердце зреет буря. Ольга, стараясь создать атмосферу праздника. Комната наполнилась ароматом свежей выпечки. Яркие шары с предсказаниями по всему дому. Но всё это казалось Матвею лишь декорацией для драмы, разыгравшейся в его душе.
— Папа, ты не слышал? — Миша снова прервал его мысли. — Мы с друзьями придумали классную игру!
— Очень рад, — ответил Матвей. — Молодцы, — но голос прозвучал хрипло, как у старой заезженной пластинки.
Миша прищурился и посмотрел на отца с недоумением.
— Что-то случилось? Папа, ты что-то не в себе? — спросил Миша с беспокойством.
Матвей заставил себя улыбнуться, но это было лишь маска, умело натянутая на лицо. Внутри бушевали эмоции как волны на штормовом море. Тесная связь между ним и с сыном всегда существовала незримо. Как ни старался Матвей скрыть страх, вину и смятение, но очевидно сына не проведешь.
— Всё в порядке, просто немного уставший.
— Лена, Варя, Мишка идите будем загадывать желания, — внесла Ольга торт с зажженными свечами. — Матвей, а ты не хочешь присоединиться к нам?
Матвей смотрел на торт и думал о том, что за этим сладким лакомством скрывается горечь его тайны. Не мог позволить разрушить этот момент. Но как долго он сможет скрывать правду?
— Папа! Ты должен загадать желание! — Миша потянул его за рукав.
— Да-да, конечно... — пробормотал Матвей и закрыл глаза. Он мысленно произнёс: Пусть всё будет хорошо. И помоги мне разрешить эту ситуацию без потерь.
Вопросы без ответов
Гости разошлись. А Матвей всё больше погружался в раздумья.
— Почему Елена одна?
— Где её муж?
Эти вопросы давно интересовали Матвея. Но задать их не было повода. Да и в голову бы не пришли, если бы не внешнее сходство с женщиной в роддоме. А теперь еще и день рождения детей в один день.
Искал и не мог найти подходящих слов, чтобы задать их Елене. Воспитание сдерживало и боялся показаться бестактным.
— Может действительно, стоит признаться Ольге в содеянном 18 лет назад? Кто знает как отреагирует жена и близкие? А если не простит обман? Если сын не простит, что столько лет скрывал от него имя настоящей матери.
— Да и как признаться ему в этом. Как рассказать, что девушка, которую он любит возможно ему сестра?
— Что будет дальше? — раз за разом мысленно задавал себе вопрос и не находил ответа. Крах семьи и всего того, что строил больше двадцати пяти лет. — Стоит ли говорить Ольге о своем поступке или же оставить все как есть? Куча вопросов и ни на один нет ответа.
За неделю со дня рождения сына Матвей осунулся. Все валилось с рук. Пробовал взяться за разработку новой игры. Но не продвинулся ни на грамм. Терзаться сомнениями не было сил. Да и оттягивать дальше не имело смысла: Варя с Мишей после дня рождения стали еще ближе.
Неприятные откровения
После праздника Матвей старался все чаще уединяться у себя в кабинете. Тишина давила, как свинцовая пелена. Открыл ноутбук и попытался сосредоточиться на работе над новой игрой. Но мысли о сыне и его девушке не давали покоя.
— Как же всё запутано... — прошептал сам себе. — Почему это случилось в нашей жизни?
Вдруг раздался стук. Ольга редко заходила, когда Матвей работал.
— Ты работаешь? Я хотела поговорить с тобой — голос звучал мягко, но Матвей уловил нотки беспокойства.
— Ты не рад был празднику? — спросила она осторожно.
— Нет! Всё было прекрасно! Просто... просто много дел накопилось...
Ольга прищурилась.
— Ты же знаешь, что можешь мне всё рассказать? Мы вместе уже столько лет… Что ты скрываешь? Почему не хочешь довериться?
Матвей вздохнул и почувствовал, как слова застревают в горле.
— Ольга... есть вещи, о которых я не могу говорить...
Она подошла ближе и положила руку ему на плечо.
— Иногда лучше сказать правду. Какая бы она не была. Меня не проведешь. Я же вижу что что-то происходит. Это как-то связано с Еленой? Не молчи. Просто расскажи: и станет легче. А уже потом подумаем, что с этим делать.
— Скажи так как есть. Это намного лучше, чем все держать в себе.
Матвей почувствовал, как его охватывает паника. Слова жены повисли в воздухе, как молния перед грозой. Хотел уйти, но ноги словно приросли к полу. — Да и сколько можно бегать, — пронеслось в голове. — Как не откладывай разговор, от себя не убежишь.
За окном уже наступили сумерки, а Матвей все не мог остановиться. Снова переживал смерть сына и сердце сжималось от боли. Как будто время само решило замедлить свой бег, чтобы успел пережить все заново.
— Я и сам поверил, что Мишка наш сын и свыкся с этой мыслью. Я боялся тебя потерять. Никогда бы не вернулся к этому времени. Если бы не страх, что Варя и Миша родные. Ведь она родилась в один день с Мишей. Да и Елена мне показалась очень похожей на ту женщину.
Мысли снова и снова возвращались к той страшной ночи, когда пришлось прощаться с сыном.
— Как же это было тяжело, — прошептал. — Хоронил так, будто прятал сокровище от любопытных глаз. Боялся, что ты узнаешь. Поэтому возил хоронить в деревню к своему прадедушке.
Ездил на могилу ребенка, мне казалось, что земля под ногами уходит в бездну. Тени прошлого не отпускали меня. Успокаивал себя только тем, что женщина осталась без мужа. Одной тяжело двоих растить. А мы же для Мишки сделали все.
— Если бы только узнала о подмене, — думал не раз, — наверное никогда не простила бы меня. Раньше ты боялась, что я уйду из-за того, что нет детей. А я все годы боялся, что вскроется подмена и вся наша семейная жизнь рухнет!
Моя душа была как натянутая струна: один неверный шаг — и она лопнет.
— Я и сам поверил, что Мишка наш сын и свыкся с этой мыслью. Боялся тебя потерять больше всего на свете. Переживал, что все тайное станет явным и все раскроется о подмене ребенка.
Но все годы все было тихо и я успокоился. Расслабился. Даже думать забыл. А тут день рождения и мама Вари. Все всплыло в памяти. Не знаю, поймет ли меня Елена. Боюсь только, чтобы у Миши с Варей все не зашло далеко.
— Хочется верить, что это просто совпадение? А если не так, что нам делать, Ольга? Как жить дальше?
— Ты не представляешь, как мне тяжело это слышать, — ответила Ольга, вытирая слезы. Голос дрожал от эмоций. — Никогда не думала, что ты носишь в себе такую боль.
Жена села рядом. Рука Ольги легла на плечо, тепло от прикосновения разлилось по телу и казалось даже дышать, стало легче.
— Понимаю, что ты пережил. Не надо было таиться и держать все это в тайне. Мы вместе прошли через столько испытаний. Нам нужно быть открытыми друг с другом.
Ольга посмотрела в глаза мужа: в них читалась искренность и забота.
— Я знаю, как тебе тяжело. Обидно, что ты не доверился мне, — она замялась на мгновение, собирая мысли.
— Ты говоришь о подмене и о том, как это могло бы разрушить нашу жизнь. Но разве не важно то, что у нас есть сейчас? У нас есть Миша. Он наш сын.
Ольга сделала глубокий вдох и продолжила:
— Я не знаю, как бы отреагировала раньше на такую правду. Но теперь хочу знать всё. Если будем держать это в себе, это будет мучить нас всю жизнь.
Глаза женщины наполнились слезами.
— Я хочу быть с тобой честной и открытой. Мы должны вместе справляться с этой болью.
Ольга обняла крепче и прошептала:
— Давай не будем бояться будущего. Вместе мы сможем найти ответы на все вопросы. Для начала давай сдадим волосы Миши и Вари на анализ ДНК. Нельзя допустить, чтобы они стали мужем и женой. Пока не убедимся, что они не брат и сестра. У нас же Варя оставила зубную щетку, да и на расческе есть ее волосы.
На том и порешили. Я отвез образцы в лабораторию и с нетерпением стали ждать ответ. Через три дня мужу позвонили, что ответ готов. Матвей привез конверт и дрожащими руками протянул мне. Казалось, что сердце выскочит из груди.
Ольга открыла конверт. В горле пересохло. Быстро пробежав глазами таблицу нашла заветные слова: «Вероятность родства составляет 0 %.»
Слезы радости струились по щекам.
— А я ведь думал… Господи, спасибо. Но ведь они настолько близки между собой. Я и подумал: «родные души притягиваются!». У них ведь на многие вещи один и тот же ответ, — улыбаясь сквозь слезы сказал Матвей.
— Успокойся, они и не родные. Просто родственные души. А такие тоже притягиваются друг к другу.
— Значит, свадьбе быть. Как ты считаешь, стоит рассказать Мише обо всем?
— Знаешь, для меня это большая травма. Не хочу ранить и Мишу. Ведь он для нас навсегда останется сыном. Не хочу и подставлять людей, которые помогли тогда тебе.
— Есть и у меня тайна. Не могу тебе врать. Я ведь тоже не сидела сложа руки, пока ты делал тест ДНК. Я узнала, что мама Миши так и не пришла в себя. А сестра Миши жива. Ее медсестра приносила мне на кормление пока я была в роддоме. Я вспомнила это уже после твоего рассказа. Я нашла ее страничку в интернете.
— Думаю, нам предстоит еще один тест ДНК. И если она действительно сестра — мы обязаны ей помочь. В память о ее матери, которая подарила нам сына. Просто, если бы ты признался сразу, мы бы не разлучали брата и сестру. Смогли бы и двоих поднять.
Матвей был растерян и ошеломлен моим решением.
— Спасибо, тебе моя родная. За заботу и понимание.
Впереди ждет много открытий и много дел. Хочется верить, что сын меня поймет и обязательно простит. Так, как поняла жена. Но это уже другая история.
Благодарю за подписку на канал и всем чудесного настроения.