— Ваня, у меня опять пропали деньги! — возмущенно проговорила Маша, присев на пуфик со своим кошельком в руке, — я точно помню, что в пятницу здесь лежали три пятитысячные купюры. Теперь осталась одна!
— Может быть, ты их потратила и забыла? — предположил муж, подходя к Маше и хмуря брови, — сегодня воскресенье. Неужели ты ни разу не брала в руки кошелек за два дня?
Маша наморщила лоб, пытаясь вспомнить, когда и при каких обстоятельствах она могла брать в руки свой кошелек. В пятницу у них были гости, в субботу приезжала мать мужа с внуками от дочери, а Маша за это время ни разу не вышла из дома, не говоря уже о том, чтобы пойти в магазин.
— Точно не брала, — ответила она, — вот и думай теперь, куда делись десять тысяч рублей. Кто их взял? Может быть, ты?
Маша недоверчиво покосилась на Ивана, он хмыкнул и протянул жене ее кошелек:
— Ты издеваешься? Считаешь, что я мог молча залезть в твой кошелек и взять оттуда деньги, которые сам же тебе дал? Бред какой-то!
— А не бред то, что у меня исчезли десять тысяч рублей? За это время в нашем доме была куча народу, на кого думать? Абросимовы не могли взять, у них и без нас денег хватает. Может быть, мама твоя? Или твои племянники?
— Может быть, соседка, которую ты вечно привечаешь? — недовольно спросил Иван, — она постоянно приходит к тебе за деньгами, а ты ей никогда не отказываешь! Теперь вот вообще решила обнаглеть и сама взяла то, что ей никто не собирался отдавать.
Маша подскочила с пуфика и бросила кошелек на комод. Вечно Иван выгораживал своих родственников, а Маша, выходит, сама была во всем виновата. Еще и Аню приплел, которая никогда бы не взяла чужого. Конечно, у соседки непростая жизненная ситуация: муж ушел к другой, оставив ее почти без денег и с двумя малолетними детьми на руках, но это не означало, что Аня тут же начнет воровать у тех, кто ей помогал!
— Ваня, не говори ерунды, — возразила Маша, — это ты постоянно покрываешь своих родственников, которые каждую неделю приходят к нам как к себе домой, а теперь пытаешься обвинить человека, который не имеет к пропаже денег никакого отношения.
— Значит, мои родственники имеют отношение, а твоя соседка, которую ты без году неделю знаешь, не имеет? Маша, ты себя слышишь?
Иван повысил голос, и Маше стало страшно. Когда они стали так собачиться друг с другом? Были ведь нормальной семьей, жили дружно, воспитывали сына, никогда друг друга не обманывали. Или все-таки обманывали?
— Мам, вы чего опять ссоритесь? — из гостиной показался напуганный криками родителей пятилетний Петя. Он переводил взгляд с матери на отца и обратно, и было понятно, что мальчишка вот-вот расплачется.
Маша тут же бросилась к сыну, с осуждением посмотрев на своего мужа. Не хватало еще, чтобы Петька становился свидетелем родительских недомолвок. Этого Маше с детства с лихвой хватило.
— Мы не ссоримся, просто громко разговариваем, — попыталась успокоить сына Маша, а сама обняла Петю и покрепче прижала к себе. Ей так не хотелось, чтобы мальчик слышал перебранки между родителями, она сама знала о том, как непросто было переносить ссоры взрослых, повлиять на ход которых ты никак не мог.
Иван только хмыкнул и скрылся в кухне. Маше стало обидно за то, что происходило в их семье. У нее складывалось ощущение, что мужу вообще было наплевать на то, что в доме пропадали ценные вещи. Иван зарабатывал неплохо, но это ведь не означало, что можно было так равнодушно относиться к исчезновению денег или драгоценностей.
В первый раз Маша заметила, что у нее пропало подаренное бабушкой кольцо с изумрудом еще полгода назад. Скорей всего, драгоценная вещь исчезла из дома Соловьевых еще задолго до того, как Маша обнаружила пропажу, а теперь было слишком поздно искать вора по горячим следам.
— Может быть, ты перепрятала его, — причитал Иван, помогая жене отыскать дорогую ее сердцу вещь, — это ведь кольцо! Оно могло завалиться куда-нибудь, ты могла его дать кому-нибудь поносить, а сама просто забыла об этом.
Маша с недовольством посмотрела на мужа:
— Вань, ну что за ерунду ты болтаешь? Это подарок бабушки – кольцо с изумрудом! Фамильная ценность, передаваемая из поколения в поколение. Да я дорожила им больше, чем обручальным кольцом!
Иван строго покосился на Машу:
— Вот видишь! Для тебя подарок бабки важнее, чем обручальное кольцо!
Тогда они, пожалуй, впервые серьезно поссорились. Маша вообще не любила ссор и склок, она выросла в семье, где родители постоянно цапались друг с другом на глазах у детей, и с тех пор девочка решила, что никогда не допустит такого же положения вещей в своей семье.
Кольцо так и не нашлось, а через месяц Маша обнаружила пропажу еще и золотой цепочки, которая хранилась в шкатулке в ванной. Цепочка не была дорогой, она была тоненькой, но тоже очень многое значила для Маши: ее подарил ей бывший молодой человек, уезжавший в армию и так и не вернувшийся оттуда живым.
— Может быть, это Ванька выкинул эту цепочку? — предположила Надя Абросимова, подруга их семьи, — все-таки она напоминала ему о твоем бывшем. Мало ли, что там у Ваньки в голове на этот счет крутится.
Маша нахмурилась. Она с трудом могла представить себе, что Иван, спустя семь лет совместной жизни и пяти с лишним лет в браке мог выбросить какую-то цепочку, о судьбе которой Маша рассказывала ему лишь однажды, да и то очень давно.
— Нет, Ваня не мог, — ответила она Наде, весьма, впрочем, неуверенно, — да и какой смысл выбрасывать вещь, если человека, подарившего ее, уже давно нет в живых? И не ревновал Ваня меня никогда к Никите, они даже знакомы не были.
Цепочку подарил Маше Никита накануне своего отъезда в армию. Принес ее домой к своей девушке, потом долго признавался Маше в любви, стоя на лестничной площадке и умолял Машу дождаться его.
— Я тебя тоже люблю и обязательно тебя дождусь из армии, — горячо пообещала влюбленная по уши Маша. Ей не нужна была ни цепочка, ни эти слова парня, она и без подарков и лишней болтовни знала о том, что Никита – это ее судьба.
— Все вы так говорите, — буркнул тогда Никита и обиженно посмотрел на Машу, — каждая вторая девчонка своего парня из армии не дожидается.
Маша почти дождалась. Писала Никите каждую неделю, получала письма от него. Она была переполнена чувствами и с нетерпением ждала, когда пройдут такие долгие и кажущиеся бесконечными два года.
Только вот Никита так и не вернулся. В армии он попал в аварию, в результате которой получил тяжелые увечья и скончался в больнице. Для Маши это событие стало настоящей трагедией, девушка была уверена в том, что никогда уже никого так не полюбит и не выйдет замуж за другого мужчину.
Через год после того, как не стало Никиты, маша познакомилась с Иваном. Вместе они работали в большом хозяйственном гипермаркете: она трудилась кассиром, он работал там же грузчиком. Молодые, красивые, имевшие за плечами непростой жизненный опыт, они быстро нашли общий язык и крепко подружились.
— Ты видела, как на тебя Ванька Соловьев смотрит? — хмыкнула однажды главный бухгалтер, выдававшая Маше под расчет денежные средства, — если бы какой мужик на меня так смотрел, я бы без раздумий ему на шею прыгнула.
Маша тогда усмехнулась:
— Наталья Валерьевна, что вы такое говорите? Мы с Ваней просто друзья. Я год назад парня своего потеряла, а Ваню невеста бросила накануне свадьбы. Нет, мы просто общаемся, потому что у нас много общего.
— Не смеши меня! — хохотнула главный бухгалтер, — мне в мои пятьдесят три года верить в дружбу между мужчиной и женщиной? Я скорее в инопланетян поверю!
Маша снисходительно посмотрела на недоверчивую коллегу, но с того дня стала присматриваться к Ивану. То он и вправду казался ей заинтересованным в общении с ней не как просто с другом, то, напротив, маша прекрасно видела, что между ней и симпатичный грузчиком не может быть ничего серьезного.
Вскоре выяснилось, что Иван нашел другую работу, и эта новость оказалась для Маши весьма неприятной.
— Может быть, останешься? — спросила она, хотя прекрасно понимала, что Иван увольняется ради будущих карьерных перспектив и уж точно не останется работать грузчиком только из-за ее просьбы.
— Ты что! — он рассмеялся, — сколько можно коробки тягать? Мне предложили должность менеджера по продажам, я хочу нормально зарабатывать, квартиру хочу отдельную купить. А тут что? Никаких перспектив.
— Жалко, что ты уходишь, — проговорила Маша и горестно вздохнула.
— Даже если я и уйду, — Иван заговорил мягким голосом, а потом подсел к своей коллеге и приобнял ее за плечи, — это не означает, что мы с тобой перестанем общаться.
Маша с удивлением посмотрела на молодого человека, а потом все поняла без лишних слов. Иван испытывал к ней явно не дружеские чувства, это было нечто большее, да и сама Маша влюбилась в молодого человека, а, узнав о том, что может его потерять, здорово перепугалась.
— Давай сходим в кино на выходных, — предложил Иван, — я куплю билеты на последний ряд. Говорят, что там есть места для поцелуев.
Маша радостно рассмеялась, поняв намек своего друга, который теперь был ей больше, чем просто другом.
Их отношения были спокойными, нежными и очень теплыми. Иван и Маша почти никогда не ссорились, а, даже если в чем-то не находили общего языка, то обязательно стремились спокойно поговорить и обсудить проблему, а не раздувать из мухи слона.
Маше не хотелось, что у нее в семье было то же самое, что окружало ее саму в детстве. Родители, надоевшие друг другу и потерявшие взаимное доверие и любовь, превратились в двух собак, постоянно грызшихся друг с другом на глазах у своих детей.
— Ненавижу тебя! — эту фразу Маша с сестрой слышали чаще какой-то другой в доме. Эти два слова мог произносить отец, могла выкрикивать мать, а сестры, видя и слыша все, что происходило в доме, надеялись на то, что родители в скором времени разведутся.
— Жить в таком кошмаре уже просто невозможно! — заявила старшая сестра Маши, и, едва ей исполнилось восемнадцать, она съехала из родительского дома. Почти сразу после сестры к бабушке перебралась и сама Маша, потому что отец начал выпивать, поднимать руку на мать, а сама Маша так до конца и не поняла, почему родители не могли просто по-человечески развестись и жить раздельно, не причиняя друг другу и своим близким боль.
Маше было жаль родителей, которые не смогли без лишних скандалов разойтись, прожив большую часть сознательной жизни в постоянных размолвках и рукоприкладстве. В результате постоянных нервотрепок у отца случился инфаркт, он умер, а мать после этого так и не вышла замуж.
— Я не любила его уже много лет, — призналась дочерям она, когда после похорон мужа прошло несколько недель, — и он не любил меня. Мы жили в ненависти и с отвращением друг к другу.
— Зачем? — спросила Маша у матери, — для чего вы мучали друг друга и нас с сестрой?
— Потому что не хватало смелости расстаться, — ответила мать, — он был горд для того, чтобы пойти и подать на развод, признав свою слабость, а я не хотела облегчать ему жизнь.
Слова матери показались Маше ужасающими. Прожить столько лет рядом с нелюбимым человеком, который желал тебе смерти и которого ты сам не мог и не хотел видеть рядом – это выглядело настоящим наказанием. Лучше уж развестись и жить спокойно, чем терпеть эту адскую жизнь. Даже не жизнь, а просто существование.
Именно поэтому Маша старалась не ссориться с Иваном, а все возникающие проблемы спокойно и конструктивно обсуждать. Так и было много лет, два года до того, как Соловьевы поженились, и пять лет после того, как они скрепили свой союз официально.
События, начавшие происходить примерно полгода назад, пошатнули мир в их семье. Сначала пропало кольцо, потом цепочка, после этого начали исчезать деньги. Маша старалась не думать о том, что кто-то из близких мог рыться в их вещах, да и вычислить воришку казалось проблемой нерешаемой.
Если бы еще Иван поддерживал Машу в ее попытках восстановить справедливость, так нет же! Муж предпочел сделать вид, что к нему происходящие события не имеют никакого отношения. Мол, мои родственники не могут взять чужого, но ведь чаще всего в доме Соловьевых бывали как раз-таки родные Ивана: его мать, сестра, племянники.
Маше не хотелось думать и о том, что у Ивана мог кто-то появиться на стороне. На эту мысль ее натолкнула все та же приятельница Надя Абросимова, с которой Маша дружила с тех самых пор, как они стали встречаться с Иваном.
— Ты не думала о том, что твой Ванька передаривает драгоценности какой-нибудь бабе на стороне?
Маша, пораженная услышанным, даже растерялась. Она не могла себе представить, что у Ивана могла быть другая женщина, ради которой он бы брал из дома ценные вещи и на которую тратил бы деньги, которые он сам давал Маше.
Может быть, она просто плохо разбирается в мужчинах? Ну сколько у нее было мужчин? Только Никита, а потом Иван. А от Нади Абросимовой Маша слышала столько историй о том, как мужья и жены обманывают друг друга, как придумывают такие хитросплетенные схемы, что казалось, что сериал смотришь.
— Я ведь в больнице работаю, а там таких историй навалом, — с умным видом заявила Надя, — это ты сидишь в своей бухгалтерии и с циферками играешься. А передо мной человеческие судьбы проходят!
Слова за слово, и вот Маша начала все чаще задумываться о том, что Иван обманывает ее. Она даже представила себе эту свою соперницу, которая теперь носила ее фамильное кольцо с изумрудом и на которую муж тратил львиную долю своих доходов.
И опять на память пришли отношения между родителями, которые не любили друг друга, но настойчиво продолжали жить вместе. получилось ли что-то хорошее из этого? Нет! и Маше так не хотелось повторить судьбу своей семьи, а еще больше ей не хотелось быть обманутой и жить с человеком, который ее больше не любит.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.