Я пишу стихи. Да, иногда я пишу стихи! Всякие такие с лирическим позывом, с проникновенной грустью, с потрагиванием струн моей неприкаянной души (брень-брень-брень!). Думаю, чтоб понимать общество, надо хотя бы сколько-то понимать одиночество...
* * *
ГРУСТЬЮ ГЛАЗА ПОЛНЫ
Сижу в шифоньере один я,
Неиссякаемой грустью глаза полны,
Кто-то втолкнул меня силой сюда
И повернул ключ с другой стороны.
* * *
Тише, барабан мой, люди еще спят,
Люди эти звуки слышать не хотят.
* * *
ТИХИЕ РАЗДУМЬЯ
Что-то стало тихо,
Видно, я уснул,
И теперь трясется
Подо мною стул.
Вот свалюсь со стула
И тотчас проснусь,
Прямо с головою
В прорубь окунусь.
Выну две гантели,
Подниму слегка,
Эти две гантели
Видны издалека!
Сияют краше солнца,
Блестят как изумруд,
Их именно за это
Гантелями зовут.
* * *
ТОСКА БЕЗ ПРИЧИНЫ - ПРИЗНАК ЧЕГО-ТО
Я страдаю,
Я страдаю,
От чего - и сам не знаю.
* * *
В ПОЛНОЙ ПЕЧАЛИ...
В полной печали скачу по столам,
В правой руке - сосиска.
Ешьте вы сами ее, господа!
А я хочу ириску!
* * *
Попала в рот грустинка
И я теперь грущу,
Горестные песни
Хожу теперь свищу.
Может, от кого-то
Я подхватил тоску
И нечто ударяет
Мне теперь в башку?
Загрустил я знатно,
Словно заболел,
Потому что задом
Я на кактус сел.
* * *
ГРОМКИЕ РАЗДУМЬЯ
Что-то стало громко,
Видно, я проснулся,
Видимо, со стула,
Все-т'ки навернулся.
Видимо, эспандер зацепил руками
И теперь растягиваю, лежа на диване.
Вот лежу и думаю,
Разводя руками:
Как мне жить на свете?
Как, скажите прямо?
Снова ведь засну я,
Когда станет тихо
И уже с дивана
Навернусь я лихо.