– Дела на первом месте, – тихо говорю я. – Это я поняла. А как насчет второго?
– Что? – не понимает Сергей, и я прижимаюсь щекой к его руке, которая все еще на моем плече.
– Как насчет второго места? Оно свободно?
Он медлит, прежде чем ответить.
– Похоже, с этого момента – нет.
Его ладонь нежно поглаживает кожу на моей шее, а Сергей склоняется сзади, чтобы поцеловать меня в щеку. Не как тогда в машине – не со страстью, а скорее с какой-то нежностью и… благодарностью? За что?
– Я схожу в душ и отвезу тебя домой. Идет?
– Ты ведь только с дороги. Вызову такси.
– Нет, – коротко отрезает Сергей, и его рука исчезает. Я слышу за спиной, что он уходит из кухни. – Налей себе чаю. Буду минут через двадцать, и сразу поедем.
***
Почему-то мне казалось, что сейчас будет как в американских романтических комедиях: Сергей выйдет из душа в одном полотенце, а потом все как-нибудь закружится, завертится… Думаю, он просто не стал меня искушать. А может, действительно устал с дороги – и ведь не лень ему везти меня поздним вечером домой вместо того, чтобы нормально поспать?
В любом случае он вернулся из душа вполне себе одетый, а полотенце приятного темно-синего цвета было у него в руках – вытирает волосы.
– Ты чего так улыбаешься? – спрашивает Сергей. Я все еще нахожусь на кухне, не зная, куда себя деть – не идти же в спальню, где до сих пор не убрано? Но и по другим комнатам шататься не хочется – меня официально в них еще не пускали. Приходится смиренно пить чай.
– Не побрился.
Уместно ли будет сейчас встать и погладить его по небритой щеке? Наверное, да. Поэтому я встаю и воплощаю план – пальцы легонько колет щетиной.
– Мне нравится, – честно говорю я. Наверное, у меня какой-то пунктик на все домашнее, но это правда – мне нравится, что Сергей не боится показаться мне именно таким. Не идеальным (хотя выглядит все равно потрясно). Будто бы это служит небольшим доказательством, что он готов пускать меня дальше в свою жизнь.
– Хотел побриться, но это бы затянулось. А тебя еще нужно отвезти домой.
– Поедешь с мокрой головой?
– Не беда, по пути просохну. Идем.
Мы выходим из дома. Я наконец вижу место, где могла бы спрятать ключи в прошлый раз вместо того, чтобы бросать их на пол – в стене есть небольшая выемка. Не слишком скрытая, но и не на виду.
Машина стоит внутри двора, и я выхожу на улицу, чтобы дождаться, пока Сергей выедет и закроет дверцы ворот. Тепло. Темно. Чувствую легкий укол совести – все-таки нужно было вызвать такси и не заставлять его после долгой поездки опять садиться за руль. Черный «мерседес» – наконец смотрю, что это за марка, – выглядит пыльным, как всегда бывает после долгих поездок.
Уже почти привычно сажусь на пассажирское сиденье.
– Ты не слишком устал? – спрашиваю, чтобы еще раз убедиться – зря я его нагружаю.
Но Сергей отмахивается и дает задний ход, выруливая на дорогу. Полотенце он взял с собой, накинул на плечи. К приятному цитрусовому аромату салона примешался еще более приятный запах мужского шампуня.
Открывается окно, Сергей достает пачку сигарет и, не отрываясь от руля, закуривает. Третий аромат в копилку полюбившихся. Забавно. Раньше я терпеть не могла запах никотина, но он так плотно переплелся в моей голове с образом Сергея, что теперь они будто бы нераздельны.
– Что ты куришь? – спрашиваю я.
– Ричмонд. А что?
– Я чувствовала его на улице несколько раз. Приятнее, чем обычные сигареты.
– Есть такое, – кивает Сергей.
Я так и не признаюсь, что за прошедшие две недели стала настоящей токсикоманкой: стоило случайному прохожему пройти мимо и оставить этот уже знакомый, ни с чем не сравнимый запах, как выяснилось, Ричмонда, как я невольно меняла маршрут и шла за этим прохожим. Каждый раз. Где-то слышала, что запахи лучше всего пробуждают воспоминания, но впервые испытала это на своей шкуре.
– Меня отрубает, – вдруг признается Сергей.
– Высади меня, вызову такси.
– Нет. Давай поговорим. Во время разговоров я обычно не засыпаю.
– Ну… – Мозг спешно подбирает тему. – Как командировка? Плодотворно?
– Многое успел, – кивает Сергей и стряхивает пепел в окно, второй рукой аккуратно поворачивая руль – выезжаем из частного сектора. – Собираю кадры для института. Иногда жалею, что живу не в Москве или другом большом городе. Среди нескольких миллионов жителей проще найти специалиста, чем среди наших шестисот тысяч.
– Ты хочешь перевезти их сюда? Ну, тех, которых найдешь.
– Нет. Знаешь, последние годы многое изменили. Люди наконец поняли, что удаленная работа – это тоже работа. И учеба тоже. Хочу организовать дистанционное обучение. В некоторых странах это нормальная практика, и только у нас это считается за двустороннюю халтуру.
Я с улыбкой качаю головой.
– Утопия. Если бы мне в университете сказали, что мы теперь учимся удаленно, я бы точно забила на учебу.
– Если тебе это неинтересно – правильное решение. Но к нам будут поступать те, кто горит своим делом. Наташ, разве ты никогда не обучалась по интернету? Не покупала какие-нибудь курсы, не смотрела что-нибудь на ютубе?
Молчу, почему-то стесняясь признаваться, что в последние две недели только этим и занималась – забивала свою голову знаниями, которые, может, вообще не пригодятся, лишь бы не думать о нем.
– Когда не родители отправляют тебя получать корочку, а ты сам выбираешь свой путь – дистанционное обучение дает гораздо больше возможностей, чем стандартное, – завершает мысль Сергей.
– А как к удаленной работе относишься? Представь: не придется никуда срываться по ночам, ездить в командировки. Сидишь дома, за ноутбуком, а свободное время проводишь с семьей.
Ой! Прикусываю губу, понимаю, что опять намекаю на то, на что пока рано намекать. Сергей ненадолго отвлекается от дороги и бросает на меня взгляд.
– Это хорошо. Просто не всем профессиям подходит. И не всем людям. Мне – точно нет.
– Нужно держать все в своих руках, да, я помню. Ты говорил.
– Все, – подтверждает Сергей и выбрасывает сигарету в окошко, закрывает его почти полностью. Меняет хватку на руле, а второй рукой берет мою и кладет на рычаг скоростей, накрывая ее ладонью сверху.
Наши пальцы переплетаются на переключателе. Сердечко вспоминает, что умеет биться со сверхсветовой скоростью. Если по дороге к Сергею я молилась, чтобы таксист ехал быстрее, то сейчас наоборот: мечтаю, чтобы наша поездка никогда не закончилась.
– Я иногда думаю об этом, – говорит Сергей, не отпуская моей руки. – О семье. Знаешь, когда с головой уходишь в работу, иногда странно бывает высунуть эту голову обратно – и увидеть, что жизни других людей не крутятся вокруг офиса. Иногда помощница подходит ко мне и говорит: «Сергей Владимирович, можно я завтра возьму выходной? У моего сына день рождения, устраиваем праздник». И я вдруг вспоминаю: ничего себе, у кого-то бывают сыновья. Дети. Жены и мужья. Праздники. Как будто другой мир, в который я решил не заходить, но иногда вижу с той стороны радостные салюты. Потом это быстро забывается, и я опять погружаюсь в работу. Так было… Да, так было некоторое время. Пока ты не написала слово «мне» в ответ на то, что готова связаться со мной.
– Связаться. Как будто о каком-то уголовнике говорим, – отшучиваюсь, хотя и не хочу отвлекать Сергея от внезапного откровения.
– Я на пожизненном заключении – в плену своей работы. Отказываться от этого я уже не хочу. Но теперь и от другого – тоже не хочу. Хочется попробовать. Вдруг получится совмещать? Вдруг личная жизнь не перечеркнет настоящую?
Еще один больной укол от него. «Личная» и «настоящая». Будто бы они друг друга исключают. Будто бы «личная» жизнь – это что-то нереальное.
Прежде, чем я успеваю на это обидеться, Сергей тормозит на обочине улицы и ставит автомобиль на ручник. Поворачивается ко мне. Я невольно тянусь к нему, будто уловив его собственное желание, и чувствую его губы.Неожиданно, как бы между делом – целуемся посреди пути ко мне домой. Даже это – между делом. Но сейчас мне плевать – сознание уносится прочь от нахлынувших чувств, пальцы сами тянутся к его влажным волосам. Сергей притягивает меня ближе, заставляя сесть на край моего пассажирского места, чтобы расстояние между сиденьями нас уже почти не разделяло.
Чтобы удержать равновесие, кладу руку ему на джинсы, чуть выше колена, и чувствую, как по телу Сергея проходит ток. Поцелуй становится яростнее, вмиг перескочив все стадии от нежности к страсти.
Вот же черт, Туся! Еще недавно корила себя за то, что чуть не отдалась на первом свидании, чего никогда себе раньше не позволяла – и вот уже украдкой, на секунду оторвавшись от поцелуя, смотришь на задние кресла, прицениваясь – удобно ли будет?..
Неудобно. Все сзади завалено какими-то коробками. Видимо, техническое оборудование или типа того – явно не то, что обычно перевозят в автомобилях премиум-класса. И я – не та девушка, которых обычно в них приглашают.
– Что-то не так? – спрашивает Сергей, заметив, что я отвлеклась.
Я возвращаюсь в вертикальное положение на свое место. Тело слегка подрагивает от переполненности чувств. И еще от внезапно нахлынувшего уныния – да, сейчас мы вместе, и я почти счастлива. Но далеко это зайти не может. Не с такой, как я, – Сергей повесится со скуки, если я просто буду девушкой, и больше никем. Ни интересного занятия, ни своего дела. Ничего – лишь бесполезная любовь к фотографиям и к нему. Сокол обратил внимание на воробья, и воробей сошел с ума от счастья – но так и остался воробьем.
– Все в порядке. Просто думаю, что тебе еще обратно ехать. Не хочу, чтобы отрубился по дороге, – отговариваюсь я, отгоняя мысли. Черт с ними, сделаю себе пометочку подумать об этом позже. Сейчас важно то, что происходит в этот момент.
– Как скажешь.
Он заводит двигатель, и мы едем дальше, будто бы ничего не произошло. Сергей рассказывает еще о своем институте и том, с какими преподавателями уже успел переговорить. Там есть и несколько Московских, хотя, насколько я поняла, в столицу он в этот раз не ездил. Вообще даже подбор преподавателей у него прошел между делом, а цель командировки была другая – заключал какие-то контракты с производствами. Голова кругом от того, сколько у него всяких обязанностей и сфер. Одними полями да сайгаками это не ограничивается, тут еще и фабрики, заводы, что-то айтишное… Я что-то отвечаю невпопад, погруженная в свои мысли.
Мне нужно тоже научиться прыгать выше головы. Перестать быть просто Тусей – или просто Наташей, как называет меня Сергей, и больше почти никто. Начать что-то из себя представлять. Не просто девочка с фотоаппаратом. Женщина, которой можно будет гордиться. Хоть чуть-чуть. Хоть на один процент от того, как я восхищаюсь Сергеем.
– Приехали. О-о, подожди-ка, это я планировал отключиться по дороге, а не ты. Не уснула? – веселится Сергей, наконец заметив, что я не слишком погружена в разговор. Его рука вопросительно касается моей. – Я тебя не обидел?
– Когда вернешься в свою спальню и опять увидишь бардак, вспомни об этом вопросе. Я задолжала тебе столько обидок, что тебе придется очень сильно постараться, чтобы меня догнать.
– Ну, когда я вернусь в спальню, что-то, связанное с тобой, я точно вспомню, – усмехается Сергей и наклоняется, чтобы еще раз меня поцеловать – на этот раз совсем коротко, прощально. – Рад был увидеть тебя сегодня. И не забудь вытащить меня из черного списка.
Заливаюсь краской. Точно. Надо не забыть, а то получится очень неловко.
– Я тоже рада была тебя видеть. Спасибо, – последнее слово относится ко всему, что сегодня произошло. Не только к тому, что он меня подвез до дому. – Напишешь, как доедешь обратно?
– Конечно. Пока.
Я возвращаюсь домой, поднимаюсь в свою квартиру. Оля, кажется, уже спит – по крайней мере свет в ее спальне выключен. Я зарываюсь в ноутбук, обдумывая все сегодняшние события, пока Сергей не скидывает размытую фотографию ворот своего дома. Доехал.
«Спокойной ночи», – пишу ему и сама отправляюсь на кровать, понимая, что вряд ли сегодня рано засну.
***
Один из немногих моих блокнотов заполняется бессмысленными идеями. Я пишу их, вычеркиваю, потом опять пишу – и опять вычеркиваю. Все кажется глупым, бессмысленным, а главное – бесполезным. Даже если забыть о деньгах, никакого морального удовлетворения от этих дел у меня не получится.
Итак, мне нужно придумать бизнес. Или что-то подобное, где я смогу себя реализовать. Поначалу думала, что просто хочу таким образом догнать Сергея, но несколько дней спустя поняла: нет. Я хочу сделать это для себя. Что «это» – пока не решила.
В блокнот выписала все мысли, которые только пришли в голову, от самых безумных до почти адекватных. У меня уже есть хороший прокаченный аккаунт фотографа. И немного денег. В крайнем случае можно взять из заначки – вообще-то мы с Олей планировали слетать куда-нибудь на море. Сначала ставили «дедлайн» на весну, потом на лето. Сейчас, когда прошла почти половина теплого сезона, мы уже не обсуждаем эту тему, но как будто бы море от нас так же далеко, как и раньше. И все-таки немного денег в копилочке, на специальном счете в банке, скопилось, и в крайнем случае это можно было использовать.
Не самый худший набор. Где-то читала, что миллионер, оказавшись в шкуре безработного, все равно найдет способ вновь стать миллионером. А я, житель среднего класса, видимо, никогда из него и не выберусь. Идей – просто ноль. Хочется придумать что-то, что будет связано с фотографиями, но кто знает, может, меня захватит и нечто совершенно необычное? Вот миллионеры покупают своим женам салоны красоты. Допустим, Сергей тоже мне что-то такое предложит – я точно откажусь! Хочу добиться чего-то сама. Но все же, в порядке бреда, что бы это могло быть за дело? От этого можно будет оттолкнуться, чтобы придумать реальную альтернативу.
– Оль, – спрашиваю я очередным вечером. – Ты никогда не думала о своем деле? Что бы это было?
– Бар под окнами нашей квартиры, – ни на секунду не задумавшись, отвечает подруга. – И мы там будем главными клиентами. Возможно, единственными.
– Ну я же серьезно. Неужели собираешься журналистом до конца жизни работать? Помнится, когда ты только начинала, говорила, что это временно.
– Время – штука относительная. Пока что вероятность, что я умру, перерожусь и стану кактусом для текилы, куда выше, чем собственный бизнес. А с чего такие вопросы, Туся? Или бизнесменство передается половым путем?
Оля подмигивает, и я не могу не улыбнуться ее шутке.
– Не знаю. Пока не было возможности проверить.
– Так вы еще не?… Ну дела. Зато каждый вечер болтаете.
Это правда. С нашей последней встречи с Сергеем каждый вечер мы переписываемся, а иногда и созваниваемся. Он рассказывает о своих делах, я коротко делюсь своими. Иногда скидываю особенно хорошо получившиеся фотографии. Сергей на очередную из них сказал: «Твоя подруга не ошиблась. Ты умеешь видеть красоту везде».
На свидание он меня пока не звал, но я терпеливо ждала. Понимаю – дел у него действительно много, новости пестрят именем Сергея Сотникова в самых разных инфоповодах. Я могла бы и сама напроситься, но чувствую – сейчас не стоит. Это должно быть его решение. Его желание побыть со мной рядом.
– Я была уверена, что богачи не тратят время на флирт. – Подруга возвращает меня из раздумий. – Ну, знаешь, с их деньгами даже красавчиком быть не надо, чтобы найти кого-нибудь, чего уж говорить о твоем Сергее.
– Ого. О моем. Как приятно слышать, – отзываюсь я.
– Что, я тороплю события? Извини, подруга. Ты его не ревнуешь, кстати?
Вот чего нет – того нет. Сама не знаю, как мне так удается, но в этом плане я абсолютно спокойна. Было бы у Сергея желание с кем-нибудь просто переспать – думаю, он прекрасно понимает, что на уговоры со мной ему не придется тратить и пяти минут. Это гораздо быстрее, чем искать кого-то еще. Но это если рассматривать худший вариант, если же задумываться о лучшем – есть ощущение, что у нас складывается нечто большее, чем просто одноразовый романчик. Не стал бы он тратить драгоценное время на то, чтобы просто развлекать меня по вечерам разговорами, если бы не планировал что-то большее.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Орлова Ирма