Запах тушеных овощей наполнил кухню, смешиваясь с ароматом свежезаваренного чая. Марина помешала рагу и взглянула на часы – почти восемь вечера. Игорь снова задерживался.
– Ты опять остынешь, – пробормотала она, обращаясь к кастрюле.
Телевизор в гостиной негромко бормотал что-то про курс доллара. Марина усмехнулась – вечные разговоры об экономии. Вот и вчера Игорь снова завел свою любимую песню:
– Дорогая, может, отложим отпуск? Сейчас не лучшее время для трат.
А сам весь вечер просидел в телефоне, хмурясь и отправляя какие-то сообщения. Раньше он всегда делился с ней проблемами на работе, а теперь...
Марина вздохнула и потянулась к верхнему шкафчику за квитанциями – надо было проверить, оплатил ли Игорь интернет. В последнее время он стал забывчивым. Стопка бумаг предательски выскользнула из рук, рассыпавшись по полу веером.
– Чтоб тебя! – Марина присела на корточки, собирая документы.
Среди счетов и рекламных буклетов мелькнул плотный желтый конверт. Странно, она никогда его раньше не видела. Конверт был небрежно запечатан, и из него выглядывал уголок купюры.
Сердце екнуло. Пальцы дрожали, когда она открывала конверт. Внутри – аккуратно сложенные доллары. Много. Очень много.
– Господи... – прошептала Марина, пересчитывая деньги. – Четыре тысячи...
В горле пересохло. Они с Игорем третий год копят на новую машину, отказывая себе во всем. А тут...
Звук поворачивающегося в замке ключа заставил ее вздрогнуть. Марина поспешно сунула деньги обратно в конверт.
– Я дома! – раздался голос Игоря. – Что у нас на ужин?
– Рагу, – ответила Марина, стараясь, чтобы голос звучал как обычно. – И разговор.
Игорь появился в дверях кухни – помятый, с ослабленным галстуком. Поцеловал ее в щеку, принюхался к кастрюле.
– М-м, пахнет потрясающе. А разговор о чем?
Марина положила конверт на стол.
– Об этом.
Лицо Игоря изменилось. Он как будто постарел на несколько лет за секунду.
– Где ты это нашла?
– Неважно. Важно другое – почему ты скрывал? Мы же всегда все решали вместе. Помнишь, как отказались от отпуска? Как я не купила то платье на годовщину? А тут...
– Марина, – его голос стал жестким. – Есть вещи, которые тебя не касаются.
– Не касаются? – она почувствовала, как внутри поднимается волна гнева. – Я твоя жена! Мы десять лет вместе!
– Именно поэтому я прошу тебя – не лезь в это.
Марина украдкой разглядывала мужа, силясь найти хоть что-то от прежнего Игоря в этом колючем, замкнутом человеке напротив. Десять лет назад в "Книжном доме" на Садовой он совсем другим был – взъерошенный очкарик, с дурацким шарфом до колен. Полез тогда за Агатой Кристи на верхнюю полку, зацепил локтем стопку романов, и они с грохотом посыпались. А он, красный как рак, начал извиняться, подбирать книги и при этом умудрился наступить на собственный шарф. Она хохотала до слез, а продавщица на них шикала. "У вас", – сказал он тогда, запинаясь, – "очень красивый смех".
– Знаешь, что самое смешное? – тихо сказала она. – Я ведь просто искала квитанцию за интернет. Обычную квитанцию. А нашла... что? Другую жизнь?
Игорь дернулся, будто от пощечины.
– Марина...
– Нет, ты не отделаешься просто "Мариной". Я хочу знать правду. Всю правду.
Он опустился на стул, избегая ее взгляда.
– Это не то, что ты должна знать. Просто доверься мне.
Рагу на плите тихо булькнуло, напоминая о себе. Марина механически выключила конфорку.
Сон не шёл. Марина ворочалась в их кровати, которая сейчас казалась какой-то до жути пустой и холодной. За стеной, в гостиной, поскрипывал старый диван – Игорь демонстративно ушёл туда спать, даже подушку с собой унёс, ту самую, с дурацкой надписью "Самому лучшему мужу", подаренную на прошлое 23 февраля.
Она прислушивалась к его дыханию, ловила каждый шорох, а в голове крутилась карусель из мелочей, которые раньше казались незначительными. Вот он меняет симку – "Да просто на работе новый корпоративный тариф, что тут такого?" А сам прячет телефон экраном вниз и вздрагивает от каждого уведомления. Или эти их субботние походы в кино, которые были традицией со времён свадьбы – теперь всё чаще отменяются из-за "срочного проекта". Какой же она была слепой. Или просто не хотела видеть?
Город мерцал огнями, где-то вдалеке сигналила машина. "Интересно, – подумала Марина, – сколько еще женщин сейчас не спят, глядя в окно и пытаясь понять, где пошло не так?"
Утром, когда Игорь собирался на работу, она молча наблюдала за его привычными движениями: вот он завязывает галстук (подарок на прошлое Рождество), вот проверяет портфель...
– Может, все-таки поговорим? – не выдержала Марина.
Игорь замер у двери:
– О чем тут говорить? Я же сказал – это мои дела.
– Твои дела? – она горько усмехнулась. – А как же "в горе и в радости, пока смерть не разлучит нас"? Помнишь такие слова?
– Не начинай, – он поморщился. – Я опаздываю.
– Конечно, ты всегда теперь опаздываешь. Знаешь, что я вспомнила? Три месяца назад, когда я просила денег на лечение мамы...
– Марина!
– Нет, ты послушай! Ты сказал, что у нас сейчас трудности, что надо подождать. А сам... – она задохнулась от возмущения. – Четыре тысячи долларов! Это же...
– Я все сказал, – отрезал он и вышел, хлопнув дверью.
Марина опустилась на стул в прихожей. Вспомнился их первый серьезный разговор о деньгах, еще когда только поженились. Они сидели на кухне, пили дешевое вино и мечтали о будущем.
"Знаешь, – говорил тогда Игорь, – главное в семье – честность. Особенно в финансах. Никаких секретов!"
– Никаких секретов, – прошептала Марина. – Ну-ну.
На работе она не могла сосредоточиться. Коллеги косились на нее с беспокойством – обычно общительная, сегодня она отвечала невпопад и дважды пролила кофе.
– Мариночка, ты в порядке? – спросила Света из бухгалтерии.
– Да, просто... плохо спала.
В обед, вместо того чтобы идти в столовую, она открыла ноутбук и начала проверять их совместные банковские выписки. И тут она заметила это – регулярные переводы, каждый месяц, на один и тот же счет. Небольшие суммы, но если сложить...
Руки дрожали, когда она выписывала номер счета. Полезла в телефон – может быть, этот номер где-то фигурирует? И точно: в старых сообщениях Игоря, которые он забыл удалить, промелькнуло упоминание.
"Деньги перевел, как договаривались. Целую, родная".
Родная.
Марина почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Она набрала номер, указанный в переписке.
Три гудка. Четыре. Пять.
– Алло? – женский голос. Молодой, мелодичный.
Марина молчала, слушая чужое дыхание в трубке.
– Алло? Игорь, это ты? У тебя новый номер?
Щелчок. Марина отключила звонок и уронила телефон на стол.
На кухонном столе стояли две чашки с давно остывшим чаем – она всё ещё по привычке заваривала на двоих. Рядом лежал тот самый конверт, края уже истрепались от того, как она весь вечер то комкала его в руках, то снова разглаживала.
Настенные часы, подарок свекрови, мерно отсчитывали время – без пятнадцати одиннадцать. Марина механически протирала столешницу, уже, наверное, в сотый раз, когда наконец щёлкнул замок. Игорь замер в дверном проёме, и она заметила, как дрогнула его рука на портфеле, когда он увидел этот нелепый натюрморт: две нетронутые чашки, измятый конверт, её застывшее лицо.
– Присядь, – спокойно сказала Марина. – Я знаю все.
– Что именно ты знаешь? – устало спросил он, опускаясь на стул.
– Ее зовут... А знаешь, я даже имени не спросила. Забавно, правда? Звонила сегодня, услышала голос и... просто повесила трубку.
Игорь побледнел.
– Ты звонила?
– А что такого? – Марина налила в оба стакана. – Разве жена не имеет права поинтересоваться, куда муж переводит деньги каждый месяц? Кстати, давно это началось? Год? Два?
– Марина, я могу объяснить...
– Можешь? – она сделала глоток и поморщилась от жжения в горле. – Интересно, как ты объяснишь "целую, родная"? Или регулярные переводы? Или эти четыре тысячи?
– Все сложно...
– О нет, – она горько рассмеялась. – Все как раз очень просто. Классика жанра: муж заводит вторую семью, врет жене, ворует деньги из семейного бюджета...
– Я не воровал! Это мои...
– Нет, Игорь. В браке нет "твоих" денег. Есть только "наши". Помнишь, ты сам меня этому учил?
Она встала, чувствуя, как комната слегка покачивается.
– Знаешь, что самое обидное? Не деньги. Не другая женщина. А то, что ты заставил меня почувствовать себя дурой. Десять лет я верила каждому твоему слову. А ты... ты просто жил двойной жизнью и считал, что я не замечу?
Игорь молчал, крутя в руках стакан.
– Пять лет, – вдруг произнес Игорь.
Марина замерла у окна:
– Что?
– Пять лет назад я встретил Алену. В командировке в Петербурге. Она была организатором конференции...
– Не надо, – перебила Марина. – Я не хочу знать подробности вашего романа.
– Это не просто роман, – он поднял на нее глаза. – У нас сын. Ему четыре.
Марина почувствовала, как пол уходит из-под ног. Она схватилась за подоконник, костяшки пальцев побелели.
– Сын? – её голос прозвучал как чужой. – У тебя есть... сын?
Все эти годы она мечтала о ребенке. Они обсуждали это, планировали, но Игорь всегда находил причины подождать. "Давай встанем на ноги", "Нужно накопить", "Сейчас не самое подходящее время"...
– Его зовут Миша, – тихо продолжил Игорь. – Он... он очень похож на меня.
Марина расхохоталась – громко, истерично. Смех перешел в рыдания, и она сползла по стене на пол.
– Боже мой... Боже мой... А я-то думала... я считала копейки... экономила на всем...
– Марина, прости. Я знаю, это звучит ужасно, но я не мог иначе. Алена была беременна, а я... я не мог их бросить.
– А меня можно было предать? Обмануть? Заставить жить в иллюзии?
Игорь встал, прошелся по кухне. Остановился у холодильника, где все еще висела их фотография из свадебного путешествия.
– Я любил тебя, правда любил. Но когда появился Миша...
– Замолчи! – Марина вскочила на ноги. – Не смей! Не смей говорить мне о любви! Любовь не строится на лжи.
Она подошла к столу, схватила конверт с деньгами:
– Держи. Это, видимо, для них? Очередной взнос в фонд твоей идеальной второй семьи?
– Марина...
– Знаешь, что я вспомнила? Два года назад, когда я заговорила о детях, ты сказал, что еще не готов стать отцом. А ты уже им был. Уже качал на руках своего сына, пока я строила планы на наше будущее.
Она истерично рассмеялась:
– Какая же я дура... Все эти командировки, поздние звонки, "срочные проекты"... А я верила. Каждому слову верила.
Игорь попытался взять ее за руку, но она отшатнулась как от огня.
– Не трогай меня! – её трясло. – Просто... просто уходи. К ним уходи. К своему сыну, к своей... как ее? Алене.
– Мы можем все обсудить спокойно...
– Спокойно? – Марина схватила со стола фотографию их свадьбы и с силой швырнула об стену. Стекло разлетелось осколками. – Какое тут может быть спокойствие? Ты украл у меня десять лет жизни! Десять лет я жила с человеком, которого, оказывается, совсем не знала.
В дверь позвонили. Они оба замерли.
– Это, наверное, соседи, – пробормотал Игорь. – Мы слишком громко...
Марина подошла к двери, распахнула её. На пороге стояла молодая женщина с ребенком на руках. Светлые волосы, большие испуганные глаза.
– Я... я Алена, – сказала она. – Прости, что без предупреждения, но после твоего звонка...
Мальчик на ее руках сонно терся глазами. Темноволосый, с такими знакомыми чертами лица.
Марина почувствовала, что задыхается. Как во сне она смотрела на эту женщину, на ребенка, на выбежавшего в прихожую бледного Игоря.
– Алена, что ты здесь... – начал он.
– Уходите, – тихо сказала Марина. – Все уходите.
Она вернулась на кухню, налила себе еще. Дрожащими руками достала из шкафа альбом с фотографиями. Их первое свидание, поездка на море, свадьба... Она начала методично рвать снимки, один за другим.
Где-то в глубине квартиры слышались приглушенные голоса Игоря и Алены, плач ребенка. Потом хлопнула входная дверь. Тишина.
Марина подошла к окну. На улице Игорь помогал Алене усадить сонного мальчика в машину. Они о чем-то спорили, потом он обнял её, успокаивая.
Семья. Настоящая семья.
Марина отвернулась от окна. В квартире, их некогда уютной квартире, было тихо и пусто. На полу поблескивали осколки разбитой фоторамки, на столе стояла недопитая бутылка, а в мусорном ведре лежали порванные фотографии – обрывки жизни, которая оказалась выдумкой.
Завтра она подаст на развод. Завтра начнет все заново. А сегодня... сегодня можно просто плакать, сидя на полу посреди осколков своей разбитой жизни.
Напишите, что вы думаете об этой истории! Мне будет приятно!
Если вам понравилось, поставьте лайк и подпишитесь на канал. С вами был Джесси Джеймс.