Когда он уйдет? Стал известен ответ на этот важнейший вопрос. Ведь сроки и способ его ухода определит жизнь на десятки лет вперед.
Когда и как он уйдет, узнаете через минуту, а начну с главного. А главное тут две вещи – это сила его строя, достаточно ли он силен для решения навалившихся на Северную Евразию проблем, а также подсказка из Древнего Рима. Ведь история Древнего Рима содержит в себе все наши современные новеллы.
Для начала махнем на две тысячи лет в прошлое.
1)) Древний Рим. Пакс Романа.
Аналог нынешнего Пакс Американа.
Главный сюжет двух миров – это отношения Центра и Периферии. Периферия дает ресурсы для Древнего Рима, рабов и прочее. Древний Рим чеканит сестерции и технологии.
Понятно, что в этой аналогии Древнего Рима наша Северная Евразия есть глубокая Периферия. Вожди периферии Древнего Рима порой начинали борьбу за суверенитет своих окраинных царств. Так поступил и Митридат Великий – Понтийский. Но финал для всех противников Древнего Рима был один. Только возмечтавший о суверенитете царь слабел, терял бранную удачу, та его сразу ближайшие сановники убирали и отдавали на милость Великого Рима.
Так что сплошь и рядом Великому Риму не приходилось и легионы двигать. Ослабевшего царя сдавали свои же придворные.
Античное право было правом сильного. Кто сильнее, тот и прав. И не важно речь идет о Парфянском царстве или Гренландии.
Вывод?
Слабому царю со слабой армией лучше Великому Риму не перечить. Свои же сдадут.
А теперь оценим силу (слабость) строя Северной Евразии.
2)) Сила строя определена его генезисом. Строй нынешней Северной Евразии создавался крупными мировыми частниками и для крупных частников. Чтобы они могли легко вывозить ресурсы в Центр. Но история уже нам дважды доказала, что крупные частники у штурвала корабля Северная Евразия есть нонсенс. Не умеют они рулить державой.
Для спасения строя крупных частников и был призван капитан от силовиков. Причем от жандармерии. Так в Северной Евразии получился строй жандармского бонапартизма. Бонапарт от жандармерии следил за балансом сил в обществе, балансировал, что-то отбирал у крупных собственников и передавал народу.
Собственно, балансировка между общественными силами и есть функция бонапартизма.
Но может ли жандармский бонапартизм быть сильным?
История ответила отрицательно. И вот почему.
Для сильного строя нужна мощная армия. Народная. Патриотическая. А крупные собственники создание такой силы не допустят. Ведь самые лакомые части собственности Северной Евразии у крупных частников. Капитана они поставили для защиты своих сокровищ. Поэтому капитану остается лишь телеимитировать сильную державу. А вот создавать сильную державу крупные частники не дадут. Ведь сильную державу можно создать лишь за счет недр и богатств некогда уведенных у государства.
Мощную державу можно создать лишь с опорой на народ. А к народу жандармский бонапартизм обратиться и не может. Ведь народные силы тут же потребуют справедливости, возврата сокровищ народу и государству.
Спор с Западом как момент истины для строя крупных частников
Реальные результаты спора периферии Северной Евразии с Центром показал, кто есть кто. Тут красивыми словами не отделаться. Тут дела нужны. А для великих дел требуется мощная держава и умелые кадры.
А при строе крупных частников мощная держава невозможна, так как ее главные недра и ресурсы имеют крупные частники. И новые Суворовы невозможны, так как они под великие дела потребуют большие ресурсы. А ресурсы понятно у кого. Смотрите выше.
Когда он уйдет? Ответ
Все будет по сюжетам Древнего Рима.
Жандармский бонапартизм не может быть сильным. В принципе. Никогда. Значит, и не сможет переспорить западный Центр.
Только элиты осознают, что капитан не в силах победить, они тут же начнут искать способ отодвинуть его от штурвала.
Все по канонам Древнего Рима. Не важно, каким человеком является царь – хорошим или не очень, важно только одно, насколько силен он и его команда. И этот закон и для царей, и для капитанов. Да, капитан всегда прав. Но это до того момента, пока все считают его сильным.
А жандармский бонапартизм не может быть сильным. Поэтому при любом крупном промахе элиты капитана неизбежно отодвинут.
Так всегда было и в истории Северной Евразии, что вспомни великого князя Андрея Боголюбского, что возьми другие сюжеты. Ослабел князь, провел неудачный поход, а вскоре элита тащит князя с коня.
Помните Пушкина? Примешь ты смерть от коня своего? Поэма о вещем Олеге и раскрывает ответ на типичный вопрос нашей истории. Слабых князей всегда убирала элита. От коня своей элиты страдали слабые князья.
Так что ответ мировой истории строг, но справедлив. Или мы построим сильную народную державу, либо элита отодвинет ослабевшего, несправившегося князя с непредсказуемыми последствиями.
Верно?