Мальчишку Сашу Блинова знала вся улица небольшого провинциального городка. Жители беззлобно называли его за глаза «первый блин комом», потому что Сашка был первым внуком Зины и Ивана, живших в самом начале улицы, которая примыкала к городскому рынку.
Мать мальчика принесла родителям Сашку, что называется «в подоле», при выписке отец новорождённого не присутствовал, роженица дала сыну отчество своего отца, а в свидетельстве о рождении мальчика в графе «отец» стоял прочерк.
Старожилы района поговаривали, что Нина была не родной дочерью Зинаиды и Ивана, а приёмной, и якобы девочка была трудной в воспитании, и стала рано самостоятельной, не слушаясь уговоров отца и матери. Ещё в семнадцать лет она уехала в областной город поступать в училище, там и пригуляла сына, а потом, чуть малышу исполнился годик, снова уехала куда-то с очередным кавалером искать своё счастье.
Зинаида Алексеевна ходила бледной и растерянной. Она воспитывала внука, благо не работала при хорошем муже. Супруги имели крепкий частный дом с большим участком в семнадцать соток, где выращивали сортовую клубнику и другие ягоды на продажу. Иван самолично построил прекрасные теплицы, и самый ранний урожай шёл на рынок, благо жили труженики огорода у самого рынка.
Так и повелось у них: Иван работает и помогает Зине в саду и огороде, а в выходные дни жена торгует в сезон ягодами, рассадой, овощами, а в зимнее время предлагает своим постоянным покупателям законсервированные огурчики, помидоры, квашенную капусту.
Поэтому Зинаида не работала на производстве. Её работой был огород и рынок. Но внук свалился на их руки неожиданно. Не думали супруги, что дочка, в которую они старались вложить столько тепла и заботы, так поступит.
Горевали они и когда она уехала, а потом и вовсе перестала звонить, писать и подавать признаки своего существования.
Государство по истечении некоторого времени, не найдя мать Саши, стало выплачивать бабушке и деду пособие. Мальчик рос, не смотря на любовь и жалость деда и бабушки, замкнутым и стеснительным. Это было и оттого, что Саша заикался. Чтобы как-то успокоить малыша и дать ему больше внимания, бабушка Зина закармливала Сашу, и он в детстве был ещё и довольно толстым мальчуганом, отчего его сверстники и дразнили его «блином».
В школе Сашка по причине то ли лени, то ли своего заикания, не блистал успехами. Тройки были его основными оценками, и к большему ученик не стремился.
Бабушка и дед берегли его, защищали от ссор с мальчишками, и не утруждали работой.
Вот только приучила баба Зина его торговать рано. Поначалу малыш сидел рядом с ней, глядя, как довольные покупатели платят деньги за товар с огорода, а потом и сам стал торговать помаленьку, когда уже умел считать деньги, уже учась в школе.
Теперь у Зинаиды Алексеевны появилось больше времени быть на грядках, пока внук управляется с продажей клубники. Она только успевала подносить Сашке новые коробочки с ягодами, и рассаду в ящиках.
Доходы семья имела приличные по меркам маленького города, и на жизнь им хватало, ведь дед Иван работал на фабрике сторожем, а к тому же был и отменным печником.
- Учись, Саня, - всегда наставлял внука дед, - печником будешь – без денег не останешься!
Он брал внука на шабашки по деревням, на которые они ездили на машине деда. На фабрике Иван Иванович работал ради трудовой книжки, чтобы пенсия была, и не каждую ночь, а через две, так что времени свободного у него было достаточно.
Однако на пенсии не суждено было долго жить деду. Он умер от сердечного приступа рано, когда ему ещё не исполнилось и семидесяти лет.
Соседи говорили, что дед много курил, и это стало причиной его слабого сердца, а жена Зина после похорон мужа и сама слегла от нервов. Таким ударом это стало для неё, что две недели лежала она лицом к стене на своей кровати, не понимая, как теперь будет жить дальше.
Саше к тому времени уже было шестнадцать лет. Он закончил девять классов и учился на печника на курсах при строительном техникуме. В армию Саше не надо было идти, его освободили по здоровью. И парень решил идти по стопам деда.
- Ну, что ты, ба… - трогал за плечо Сашка бабушку, - вставай… я ведь у тебя остался…
Эта фраза только и подняла Зину с постели. Она умылась холодной водой, вздохнула, повязала передник и встала к плите, чтобы приготовить что-то поесть для внука.
А Сашка словно повзрослел за этот месяц. Он стал чувствовать себя хозяином дома, главой семьи. Старательно изучая кладку печей, чертежи и разные схемы дымоходов, парень умело показывал экзаменаторам уже имеющиеся у него навыки, которым научил его дед. Скоро у него появились и «корочки» о своём необычном образовании.
Соседи по улице очень жалели Сашку и его бабушку Зину, оставшихся без деда Ивана. Но Саша стал брать шабашки вместо деда, и очень радовался даже небольшим заказам, вроде чистки печей, замены свода топки, так как это были его первые самостоятельные работы. Клиенты были довольны, они угощали обедом молодого печника, поначалу не вселявшего в них уверенность, что работа будет выполнена как надо, но постепенно Саша стал набирать авторитет среди деревенских и даже городских жителей, имеющих печи.
Саша приносил свои кровно заработанные деньги и с гордостью отдавал их бабушке, а Зинаида Алексеевна целовала внука и гладила по плечам, будто ребёнка, приговаривая:
- Вот откладываю тебе на свадьбу, на всякие непредвиденные расходы. Мало ли что? А наши общие денежки, те, что с рынка, мы проживаем.
- Пора бы тебе и меньше горбатиться в огороде, ба. Здоровье там надо немалое… Вон как дед – хлоп – нет человека… - говорил Сашка бабушке.
- Посмотрим. Твоя правда, но столько сил вложено в наш труд! Пусть мне ещё шестьдесят пять, но я пока держусь. А тебе бы надо жену подыскать работящую. Вот и возьмёте в свои руки и клубнику нашу, и всё, что хотите, и сможете. А без деда нам и правда, тяжело… - вздыхала бабушка.
Сашка усмехался, кивал, но не знал, как и подойти к девушкам. Его заикание мешало общению, и он ещё больше нервничал и замыкался.
Шло время. И один случай на их улице сделал Сашку настоящим героем. Как-то соседи напротив ушли всей семьёй в гости к родственникам. Была зима. Сашка разгребал снег на улице, и первым заметил дым в соседних окошках, и полыхающее пламя.
Недолго думая, он закричал, вызывая бабушку, а та уже схватила телефон и вызвала пожарную бригаду. Начали подбегать к возгорающемуся дому и растерявшиеся соседи.
Сашка тем временем выбил окно в горящем доме со стороны двора, где была кухня, и где не было ещё огня, и влез в дом. Огонь охватил комнату, и Саша только увидел, что в доме никого нет. Лишь очумелые две кошки метнулись в разбитое окно на улицу.
Саша выбил ногой входную дверь, и вбежавшие внутрь дома мужики из соседних домов стали быстро выносить из кухни телевизор, холодильник, одежду, висевшую в прихожей, и какие- то вещи – всё, что попадалось под руку.
А Саша уже отстегнул от цепи скулящую собаку, и выводил из скотного двора поросёнка. В огород вылетели и перепуганные куры, побежавшие под навес с дровами у бани, стоящей в углу огорода.
Вскоре пожар был потушен. Дом сохранился в целом, только был основательно залит водой и пеной, лишь комната выгорела. Огонь съел и часть крыши, обрушив её с одной стороны.
Но больше всего жильцы улицы были рады, что никто не пострадал, и спасены были даже домашние животные благодаря смелости Саши.
Конечно, быстро вернувшиеся из гостей погорельцы были ошарашены случившимся. Им позвонили тут же. И после уже рассказали о поступке Саши.
- Вот тебе и блин! Кинулся в огонь, и кошек, и собаку, всех спас, кто живой при доме был. Ай-да Сашка…- говорили соседи, обнимая парня.
Погорельцы уехали на время к своим родственникам в деревню. До весны. Но приезжали в тёплую погоду, чтобы наводить порядок в доме…
Храбрый поступок Саши быстро стал известен всему городу. Бабушка Зина и гордилась внуком, и задним числом ещё долго переживала и молилась.
- А ну, как бы и с тобой что-то случилось, а? – грозила она Сашке кулаком, - не думаете вы с дедом обо мне совершенно! Всё это правильно, конечно, но надо же быть и осторожным, Саша!
Сашка молчал, кивал, видя, как бабушка вытирает самые настоящие обильные слёзы своими ладонями, и успокаивал её:
- Всё же хорошо, ба…
Когда началась весна, Саша посадил торговать на рынке бабушку. Теперь он выполнял самую трудную работу в саду на грядах клубники.
- Что, Алексеевна? Снова в продавцы тебя внук определил? – спрашивали её завсегдатаи рынка, - пора, пора. Ты ведь уже давно пенсионерка.
Теперь рядом с бабой Зиной всё чаще торговала и девушка из села. Как раз из того, куда уехали к родне погорельцы-соседи. Девушка разговорилась с Зинаидой Алексеевной, и познакомилась с Сашей уже зная их историю с пожаром.
- Какой ты смелый… - сказала она Саше при встрече и подала ему руку, - а я вот, трусиха. Так бы ни за что не смогла…
Белокурая девушка так ласково улыбнулась парню, что сердце Сашки растаяло. Он давно уже не было толстым как в детстве. Начав трудиться на шабашках, и в огороде, парень похудел, стал даже стройным, в меру крепким и симпатичным.
Сам не зная почему, Сашка совершенно не стеснялся Наташи. Она так и притягивала его к себе, и он, словно забыв, что заикается, то и дело заговаривал с ней, а она легко отвечала ему, и всё так же мило улыбалась.
- А Сашка-то не дурак. Знает, с кем знакомиться… - подмигивали продавцы Зинаиде Алексеевне.
- Вот бы и хорошо… - шептала та, скрывая улыбку, - давно пора, уже совершеннолетний. В самом расцвете сил.
- Сашуля, пойдите-ка вместе с Наташей прогуляйтесь до нашего дома, принесите мой термос. Я на столе его забыла… Да налей свежего чая туда, если тот уже остыл… И Наташу напои чаем. А я пока за двоих поторгую. Присмотрю за товаром…- попросила баба Зина внука и отпустила Наташу.
Через полчаса ребята принесли бабушке чай и выглядели оба довольными.
- Ой, какой дом у вас хороший! Уютный, большой, а как чисто… - сказала Наташа, - чем-то на наш похож… Теперь вы к нам в гости приезжайте. Обязательно. Саша, пойдём в лес за земляникой. У нас её полным-полно на вырубах. Как созреет – вся наша будет! – улыбалась Наташа.
- Я и раньше приеду. Чего ждать, когда созреет? – нашёлся что ответить Саша. И бабушка одобрила:
- Верно, заодно их печи посмотри. Как там обстоят дела. Не дай Бог пожара…
Дружба с Наташей завязалась быстро. Сашка словно плечи расправил, потому что видел, чувствовал, что нравится он красавице Наташе, что смотрит она на него по-особому, не так как на остальных…
Не мог он дожидаться выходных, когда они встречались на рынке. Стал ездить и по будням к девушке в деревню. У Наташи были ещё две младшие сестрёнки, и добрые родители, которые приняли Сашу, как родного.
Поэтому никто ни из деревенских соседей Наташи, ни из городских приятелей Зинаиды Алексеевны не удивился, что начали молодые готовиться к свадьбе. Осенью, как и положено, когда урожай был в основном собран, играли свадьбу в деревне.
А приехали жить молодожёны в городской дом.
- Что, Алексеевна, теперь молодые будут жить под твоим крылом? – спрашивали соседи бабу Зину.
- Это я у них под крылом… - отвечала Зинаида Алексеевна и с грустью добавляла: - эх, доча моя, доча…и где ты, пропащая душа? Как заноза в сердце навеки застряла… Вот и сын твой в люди вышел, женился. Девушка хорошая, не избалованная, ему – под стать досталась.
Зинаида Алексеевна не вспоминала свою дочку при внуке. Не хотела ему доставлять боль. Ведь Саша и не помнил свою мать. Ему матерью всегда была бабушка Зина.
И теперь она старалась только радоваться за Сашу и Наталью, какие они трудолюбивые, как любят друг друга…
Родила Наташа двух сыновей погодок. К тому времени бабушка Зина перестала работать на огороде, и посвятила себя внукам. А это тоже большая помощь!
Наташа после декретных отпусков стала работать бухгалтером на фабрике, а Саша так и вёл хозяйство, и был незаменимым печником в районе.
Бабушку Зину внук и сноха уважали и любили. И прожила она долгую жизнь, до девяноста с хвостиком лет, сидя под окнами на лавочке, и глядя, как идут горожане в выходной день на рынок, кивают ей в знак приветствия, а кто и рукой машет.
Спасибо за ЛАЙК, ОТКЛИКИ и ПОДПИСКУ! Это помогает развитию канала. Поделитесь, пожалуйста, ссылкой на рассказ!
До новых встреч на канале!