Эта версия кажется невероятной... Но только на первый взгляд. Почему же сам А.И. Сулакадзев на сём никогда не настаивал, более того превратил всю эту историю в шутку, — одну из серии о невероятных приключениях бессмертного "мичмана Дырки" — популярного, ещё со времён Петра I, персонажа морских анекдотов?
Похоже, Сулакадзев полагал, что сие достижение — не важнее его работ в иных областях, прежде всего в области истории и археологии. Более того, дабы пресечь лишние толки (и сохранив тем репутацию), публично о том не заявлял, да и у него — при тогдашней цензуре — и не получилось бы о сём заявить...
О том, кто такой Сулакадзев можно также прочитать в подборке статей:
А кого же ныне принято считать первооткрывателем Северного полюса?
Итак, ныне официально (а именно "Википедией") первым человеком, достигнувшим Северного полюса, почитается американский полярник Роберт Пири. Он заявил об этом 6 апреля 1909 года. Однако его приоритет оспорил Фредерик Кук, который утверждал, что первым достиг Северного полюса ещё 21 апреля 1908 года...
Спор между этими полярниками о том, кто первым воткнул американский флаг на полюсе (и кому, стало быть, принимать полагающиеся премии и почести), дошёл до Конгресса США и был разрешен в 1911 году в пользу Роберта Пири голосованием: четыре голоса против трёх.
Разумеется, никаких весомых доказательств — кроме "честного слова джентельмена", — ни тот, ни другой не предоставили. Да и какие тогда могли быть доказательства? Даже мутное фото некого вырубленного из льда дома и развевающегося рядом американского флага — вполне могло быть сделано где-угодно — даже на заднем дворе какого-нибудь ранчо... Этот флаг можно было бы признать и развевающимся на Луне... Отчего нет? Потом ведь прокатило!
Потому не удивительно, что, например, в России (и не только) сей приоритет так и не признали. И у нас даже вспомнили легендарного «мичмана Дырку», за которым, кроме прочих невероятных подвигов и приключений, значилось также и открытие Северного полюса...
А откуда известно о российском первооткрывателе Северного полюса, т.н. "мичмане Дырке"?
Кстати, а кто такой мичман Дырка? Что значит, этот странный псевдоним? И отчего я полагаю, что за ним скрывается небезызвестный деятель начала XIX века, прославившийся в самых разных областях, — от литературы, драматургии, истории и до аэронавтики — Александр Иванович Сулакадзев?
А тому есть основания. И не сказать, чтоб совсем шаткие... Судите сами.
Первое. Занимательные истории о «мичмане Дырке», в том числе и сказание о покорении им Северного полюса, впервые были опубликованы (в пересказе) Василием Ивановичем Немировичем-Данченко (1844—1936), старшим братом знаменитого театрального деятеля Владимира Немировича-Данченко. (В книге "Хорошая компания". СПб. — М., 1913.)
И взяты были они явно не из передававшихся из уст в уста анекдотов (которые бытуют, между прочим, и поныне), а похоже, заимствованы были из некого литературного первоисточника. То есть, скорее всего, — из оригинальных рукописей Сулакадзева (он же и матрос Сашка — порвана рубашка). А они после кончины Александра Ивановича распродавались его вдовой Софией фон Гоч, и потом перепродавались книгопродавцами на Апраксинском рынке до 1870-х годов... Могли эти рассказы дойти и по-другому... К примеру, через масонское братство "Великий Восток", к коему имели отношение и Василий Немирович-Данченко, основавший ложу "Возрождение", и Александр Сулакадзев, собравший из морских офицеров Кронштадта свою ложу (т.н. "Белое братство") той же юрисдикции. Да и кроме того сугубо театральные архивы содержали рукописи Сулакадзева — ведь он писал и феерии для театра...
Второе. Несмотря на то, что Немирович-Данченко приблизил реалии рассказов о мичмане Дырке к текущему времени, — за ними явно проглядывали события более чем столетней давности. И достаточно какого-нибудь поминаемого между делом Наполеона III назвать самим Наполеоном Бонапартом, как всё становится на свои места и отсылается в начало XIX века.
Да и, к тому же, самое первое, имеющееся в печати поминание легендарного мичмана, мы находим ещё в комедии Гоголя "Женитьба", написанной в 1833 году (напомним, Сулакадзев умер в 1829-м).
В сей комедии к многострадальной Агафье Тихоновне сватается некий флотский унтер-офицер Балтазар Балтазарович (а это, похоже, масонский псевдоним Сулакадзева, ибо так именовались 1) один из волхвов, пришедший с Кавказа и приветствовавший рождение Христа, также 2) демон иллюзий, а ещё 3) известный вавилонский царь, закативший пир).
И сей Балтазар Балтазарович поминает служившего в 3-ей эскадре мичмана с престранной фамилией «Дырка»: «И капитан бывало: "Эй ты, Дырка, поди сюда!" И, бывало, над ним всегда пошутишь. "Эх ты, Дырка эдакой!" — говоришь, бывало, ему...» А что это, кстати, за 3-я эскадра? 1-я — Балтийская, 2-я Тихоокеанская, а 3-я, надо полагать, Черноморская... Уже интересно...
А ещё интереснее т.с. биографические подробности о жизни и взглядах унтер-офицера Балтазара Балтазаровича (т.е. Сулакадзева), данные Гоголем, который был с ним близко знаком и, разумеется, встречался в той же кондитерской Вольфа и Беранже на Невском, где был клуб питерских литераторов...
Ведь Гоголь поминает и о пребывании Бальтазара Бальтазаровича (очевидно, с мичманом Дыркою) и на Средиземном море, — например, у Сицилии, где "итальяночки такие розанчики, так вот и хочется поцеловать..." и т.п.
Средиземноморские приключения "мичмана Дырки".
Итак... Третье. «Но это ещё не всё!..», как говаривал Мюнхгаузен... Не один только Гоголь поминал в печати бессмертного «мичмана Дырку», путешествовавшего у берегов Италии. Похоже, что одна из ранних рукописей А.И. Сулакадзева, писанная от имени легендарного мичмана, попала и в руки писателя-мариниста Бориса Степановича Житкова (1882—1938).
И вот что он о сём написал:
«Мне попалась пожелтевшая тетрадь в переплете (Сулакадзев свои рукописи и тетради аккуратно переплетал, — А.А.), исписанная старинным почерком кофейного цвета литерами, с кудреватостью росчерков. Чем-то петровским повеяло от крючков, титлов, а гусиное перо иной раз пускало лихой нажим и ухарски закручивало "краткий" над "и". ...Я тогда в первый раз понял, зачем дифференциал, зачем ряды. И вот: нахожу тетрадь. Откуда? Батька объясняет, что это его отец получил от кого-то (Между прочим, его отец Василий Степанович был казначеем Черноморского флота, — А.А.). Оказывается — мореходная астрономия. "Сие изрядное явление чрезвычайного феномена", писалось о годовом изменении параллакса. А солнце светило на эту бумагу с кофейным чертежом, и в душе трепетало что-то и рвалось. Принялся читать сначала. Сжато, но с любовью написано..."Мичман Дырка переписывал на Неаполитанском рейде на 30-пушечном корвете"... Скоро перестал уже замечать "феномены" и другие речения, и стал мне близким человеком этот кофейный сочинитель, какую-то преемственность мысли почувствовал. Радость стал испытывать, чуть не восторг. И ему приходило в голову то же, что и мне... И вот опять солнце и книга. Это вот то, что я боюсь потерять в жизни. Если только погаснет этот жуткий интерес и перестанет быть доступным это чувство преемственности — многое для меня погаснет в жизни». (Л.К. Чуковская. "Борис Житков". М., 1955).
***
Ого! А вот подоспели и новые подробности о жизни «мичмана Дырки», да только не выдуманного персонажа солёных морских анекдотов (между прочим, в основном "непечатных", потому и не напечатанных). Нет! Реального человека. В котором мы, конечно же, узнаём А.И. Сулакадзева.
Итак, мичман Дырка (т.е., как мы полагаем, Сулакадзев) служил на 36-пушечном фрегате и переписывал "Мореходную астрономию" на рейде в Неаполитанском заливе — причём где-то в конце XVIII века. Заметим, Житков писал по памяти и спутал фрегат с корветом (или это сделал Чуковская...)... Ну и 36 и 30 тоже легко спутать в старых почерках...
Итак, о чём тут речь?
Ну, конечно же, о Средиземноморском походе адмирала Федора Федоровича Ушакова. В июне 1799 русский флот как раз и стоял на рейде в Неаполитанском заливе. Тогда, а именно 8 сентября, к нему на помощь из Портсмута в Неаполь прибыл 36 пушечный фрегат "Поспешный", приписанный к Балтийскому флоту. Снялся сей фрегат с Неаполитанского рейда 7 октября, а в Севастополь прибыл уже через год. И там он был принят в состав Черноморского флота.
Мог ли на нём служить А.И. Сулакадзев? По имеющимся у нас архивным данным, А.И. Сулакадзев числился с 1788 года унтер-офицером в Преображенском полку, затем с октября 1797 провиантским офицером в чине прапорщика, и тогда, уже в апреле, был уволен с награждением следующего чина 13 класса. Далее — пробел в его официальной биографии до сентября 1802 года, когда он опять таки был уволен по указу е.и.в. за прошением его и за болезнями... (ЦГИА СПб., ф.19, оп. 9, д. 144).
Ну, то есть А.И. Сулакадзев где-то в эти годы — служил. И поскольку после сослуживцами его почитались морские офицеры из Кронштадта (напомню: он составил из них масонскую ложу, согласно сообщению протоиерея А.В. Протасова), то скорее всего — служил на фрегате "Поспешный", приписанном к Балтийскому флоту и Кронштадту (а также к Архангельску).
И потому он участвовал и в походе эскадры вице-адмирала Е.Е. Тета из Архангельска в Англию, а затем и в Средиземноморском походе адмирала Федора Ушакова. Вернулся в Севастополь он 26 октября 1800 года...
Потом, надо полагать, на корабль была набрана новая команда, назначен новый капитан, а Сулакадзев и остальные офицеры отбыли по месту приписки — кто в Кронштадт, а кто и в Архангельск.
И получается, что Сулакадзев мог совершить предполагаемую экспедицию из Архангельска на Северный полюс летом следующего 1801 года, в которой и получил те самые болезни (цинга, обморожения?), из-за коих он и был уволен с флота в 1802 году.
Беломорские приключения "мичмана Дырки" (Сулакадзева). И его экспедиция на Северный полюс.
А что нам известно о деятельности России на Севере в эти годы? Известно, что ещё в 1797 году Адмиралтейств-коллегия под председательством генерал-майора Л.И. Голенищева-Кутузова приказала произвести общую съемку Белого моря, чем и занималась там Беломорская экспедиция. А в 1801 году офицеры, штурманы и матросы (и Сулакадзев с ними?), занимались также подготовкой к обороне Архангельска по случаю разрыва отношений с Англией. И тогда же преподаватель Морского кадетского корпуса Е.И. Абросимов (специальность астрономия и навигация) объехал берега Белого моря для снятия точных координат береговой линии на протяжении 1500 верст, и 2 зимы (sik!) кочевал с ненцами, надо полагать на собачьих и оленьих упряжках.
Прикинем... Уже тогда русские поморы на карбасах каждый год ходили на промысел до Шпицбергена, где и был их посёлок. А может, даже и до Гренландии (по-поморски называемой Грумант, и такое же название носил их посёлок на Шпицбергене)... Знаменитый в будущем ваятель Самсон Суханов (тот самый, что залил гранитом половину Петербурга) там охотился на белых медведей и даже сложил гимн поморов... Далее, от Шпицбергена до Северного полюса — около 1000 километров; туда и обратно — это где-то столько же, сколько прошёл тот же Е.И. Абросимов на собачьих упряжках в том же 1801 году по берегу Белого моря... Ничего невероятного и даже особо героического — это была просто работа.
И кстати, почему Егор Абросимов провёл две зимовки? Работы-то там дай бог на одну... Может, вторая была посвящена открытию Северного полюса?.. Вместе с его бывшим учеником, а теперь командором, да ещё и путешественником, за плечами коего чуть ли не кругосветка (о сём ещё расскажем), — Александром Ивановичем Сулакадзевым. .. Заметим, до Северного полюса и обратно на собачьих упряжках идти там от края льдов — где-то около 50 дней, — столько потратил на сие, например, Нансен...
Неужели кто-то в самом деле полагает, что отважный герой войны, и очень грамотный мореход, владеющий всеми необходимыми навыками и приборами для определения координат, Александр Сулакадзев, да и его завороженный Севером и не менее рисковый учитель Егор Абросимов, решили просто сидеть "в чуме и ждать рассвета", вместо того, чтобы пробиваться к Северному полюсу, который был просто под рукой в тот год — да ещё будучи по сути под эгидой Адмиралтейства и при достаточном финансировании Беломорской экспедиции? Удачно или нет — другой вопрос. Но очень похоже, что попытка всё же была ими предпринята.
А теперь подумаем, используя сообщения Немировича-Данченко (который и сам вообще-то не смог поверить в реальность прочитанного и потом иронически пересказанного), как могла проходить та забытая и в то же время легендарная первая экспедиция к Северному полюсу шкипера карбаса (скажем, шхуны "Матёра" — популярное у поморов название) командора Александра Ивановича Сулакадзева...
Но об этом будет рассказано уже в следующий раз.
++++
Подписывайтесь на Дзене, а ещё на резервные каналы:
В Ютубе; в Rutube; во Вконтакте; в Телеграме
Заказать книги Александра Асова можно в Wildberries или в Ozon, а ещё в Читай-городе . Отдельно там же Велесову книгу и Веды Руси, а также "Сказания славян".