Родители скончавшейся от наркоза девушки заявили, что документы не подписывались

24-летняя Анастасия из Черемхово Иркутской области проживала с гражданским супругом, ее ребенку было 6 лет. У молодой матери были большие планы на жизнь, однако их нарушила внезапная трагедия.

В сентябре девушка столкнулась с резкими болями в животе. Как потом рассказала ее мама, и раньше нечто подобное происходило. 5 лет назад у девушки удалили аппендицит, послеоперационные спайки периодически беспокоили нее. После наступления болей она проконсультировалась со знакомым медиком, тот порекомендовал принять обезболивающее и подождать.

Но легче не стало, поэтому Анастасия отправилась в частную клинику на УЗИ. В ходе обследование вскрылась гинекологическая проблема, с которой девушку отправили в больницу. Последний раз семья общалась с ней перед экстренной операцией. Она позвонила, чтобы рассказать о проведенной пункции и ожидании подтверждения разрыва яичника.

Была серьезная проблема: внутривенный наркоз ей строго противопоказан из-за хронических проблем с сердцем. И муж, и мать не раз уточнили, рассказала ли она об этом врачам. Анастасия заверила их, что сообщила и можно не беспокоиться.

Прошло несколько часов после операции, но семья так и не получила известий от Анастасии. Сначала близкие думали, что она приходит в себя, затем начали волноваться, но получить информацию из больницы не удавалось, пока не поступил звонок от следователя. Было 00:45, когда прозвучали слова о том, что она скончалась от остановки сердца. Оказалось, что ее пытались реанимировать в операционной с 20:15, но безуспешно, передает «КП-Иркутск».

В больнице утверждали, что операция даже не началась и анестезия не применялась. При этом представители медучреждения почему-то упомянули, что об аллергии на наркоз они не знали. В справке о смерти заявлено о «неизвестной причине смерти».

Спустя 41 день после трагедии вскрылось, что медики не сказали всей правды. Результаты судебной экспертизы показали анафилактический шок, вызванный внутривенным введением анестезии. То есть было выполнено то, что ни в коем случае нельзя было делать. Родители Анастасии сомневаются, что подпись в документах на согласие на наркоз принадлежит их дочери. Для сверки почерка СК был предоставлен ее дневник.

Особенно тяжело сейчас приходится маленькой дочери Анастасии. Она часто плачет, обнимает и целует портрет матери.