“И что бы этакое мне загадать, - Маня размышляла, - чтобы желание непременно исполнилось? А то ведь загадаю желание, а оно странновато исполняется. Или вовсе не сбывается. Ведь раз в год такая возможность человеку предоставлена Вселенной. И нужно постараться нынче особенно: сконцентрироваться тщательно, сформулировать грамотно. И верить в исполнение скорейшее”.
А Мане, действительно, с желаниями везло через раз. И даже сбудется вдруг желание - а потом уж так события развиваться начинают, что лучше бы не сбывалось это желание никогда. Не жили хорошо - нечего и начинать, как говорится.
И читала Маня советы бывалых людей, которые в желаниях разбирались профессионально. Экстрассенку Эдгардию читала. Эта Эдгардия обещала предупредить читателей своих - когда специальная энергетическая линия над городом пройдет. "С северо-запада, - экстрассенс писала, - пойдет она, линия эта. Или с юго-востока. Пока плоховато видно из-за низких температур".
И надо тут ушами не хлопать, а успевать в миг прохождения желание свое на клочке бумажном записать. И сжечь клочок. А пепел в форточку выдуть. Губами дуть как следует. И тогда пепел тот во Вселенную прямиком направится. И Маня чутко ждала отмашки Эдгардии.
Но чего загадать? Кругосветного путешествия? Сорок второго размера фигуры? Вечной любви? Богатства? Сразу и не сообразить. Всего ведь хочется - и размера с богатством, и путешествия, и любви вечной.
Ранее-то Мане попроще было с новогодними желаниями. Десятилетие целое Маня головы вообще не ломала. А одно лишь желание имела - чтобы ипотека чудесным образом для нее побыстрее окончилась. Президент граждан поздравляет, куранты бьют, а Маня - как заведенная - все десятилетие бормочет: “ипотека, ипотека, провались ты, ярмо ипотечное до самой пенсии”. Но ипотека не проваливалась, а жила и здравствовала.
Три года назад Мане даже директор конторы их помочь с вопросом вызвался. Давно он имел близкие отношения со Вселенной. Йогой увлекался и всяким таким. Пригласил Маню в кабинет к себе. Была у директора привычка такая - сотрудников в кабинет вызывать накануне Нового года. Поздравлять с Наступающим, хвалить за трудовые подвиги. Улыбаться по-отечески.
- Мария Сидоровна, - директор Мане отечески улыбнулся, - знаю я, что старый вы ипотечник. И в космос заслал персональное пожелание - чтобы быстрее вы, Мария Сидоровна, с ипотекой расквитались. Понимаю я, что с такой зарплатой шансы вы скромные имеете. И поможет тут только космос. С Наступающим!
И Маня директору поверила, конечно. И ждала космической помощи. Ждала, ждала. А потом уволилась из этой конторы и в другую устроилась. На космос расчитывай - но и сам не плошай. И так ей с зарплатой повезло, что за год Маня с ипотекой завязала. И перестала быть старым ипотечником. А стала невестой на выданье - с жилплощадью. И пожелала немного любви.
“Пусть у меня, - в записочке она тогда накорябала, - появится любимый человек. И пусть он любит меня крепко”.
И прямо через пару дней человек такой появился. Но любимым он был три месяца, а потом такая натура из человека выглянула, что с большим трудом Маня от любви избавилась. Буквально в дверь любовь выставляла, а она в окошко лезла. И по сей день - нет-нет да и лезет любовь к Мане из телефона. Бойся, как говорится, некоторых желаний своих.
Похудеть еще как-то Маня желала. “Пусть-ка, - загадывала, - стану я худее Ольки Борисовой, подружки моей”.
А Олька Борисова возьми да сделайся беременной. И поправься на тонну. И сбылось желание - худее Маня Ольки, но радости от этого не сильно много испытывается.
В позапрошлом году Маня снова любовь всей жизни пожелала. Пора бы уже. И чтобы Иннокентием непременно любовь звали. Был у нее роман с человеком под таким именем. И роман положительно к замужу шел. А потом как-то замер роман, затрепыхался и помер.
Зато в ноябре, сразу как роман помер, полосатый кот к Мане жить с улицы попросился. На руки к ней кидался, глаза таращил, уши топорщил, орал басом. Назвала Маня кота Кешей. И Иннокентий, действительно, Маню полюбил от всей души.
А в декабре Маня вновь решила любовь с помощью космоса заиметь. Коли один роман помер, то логично начать следующий. “Хочу, - в записке обозначила, - не быть одинокой с котом на Новый год”.
И желание исполнилось. Иннокентий женщиной оказался. К тому же, в положении. И к завершению новогодней ночи одарил Маню четырьмя прелестными котятами. Полосатыми и тоже они басом орут.
И вот надо как-то в этом году не подкачать. Как-то сконцентрироваться на нормальном желании. И лучше бы сразу несколькими методами тут действовать. И в форточку подуть. И под подушку бумажек накрутить. И под бой курантов, конечно, бокал с шампанским опрокинуть. И отмашку Эдгардии не проспать. Только даст она клич - сразу же бежать, желание загадывать заветное. От космоса еще помощи ждать. Но и самому не плошать.
А я желаю вам мирного неба над головой! Здоровья, удачи, будьте счастливы!