Единственное, чего я не понимаю в требованиях России – это некие «юридические гарантии». Гарантии безопасности, невступления, нерасширения.... Что это вообще такое?
Как должны выглядеть эти гарантии и кто их может дать? Это подпись Трампа? Трампа и госсекретаря? Или сразу всего конгресса, обеих палат плюс какой-нибудь Жан-Пьер в придачу? Или что?
Или это, может, подпись глав государств всего ЕС, включая Латвию, плюс всех еврокомиссаров во главе с Урсулой? Подпись генсека ООН? Подписи всех тамошних миллиардеров? Ну, и что мы будем с этими подписями делать?
И чем подписи? Чернилами? Или, может, кровью? Или они зуб должны дать? Мамой поклясться?
Ну вот что они должны сделать, чтобы Россия могла сказать «Ну всё, мы получили юридические обязывающие гарантии»? Кого обязывающие? К чему обязывающие? Кто-то может мне, бестолковому, это объяснить?
Ребята. Ну мы же отлично знаем, что никакие подписи, никакие гарантии запада ничего не значат. Они не стоят того листа бумаги, на котором стоят какие бы то ни было подписи и печати. Это ноль. Они вам этих подписей наставят хоть миллион, и руку пожмут, и по плечу похлопают. И что мы с этим всем будем делать? Куда засунем? (гусары, молчать!). Мало мы с ними соглашений подписывали, и где теперь это всё? А ведь там подписи стояли, ручкой с золотым пером, и папочка красивая такая была. А как они широко улыбались!... Ну и куда всё это делось? Кому мы эти папочки можем предъявить? В какой суд пойти? В лондонский, что ли? А адвоката в Амстердаме наймем?
Мы хотим получить гарантии от кидал насчет того, что они нас не будут кидать. Именно так это и звучит на обычном языке. Пустая затея, согласитесь. Даже нелепая какая-то. Есть только один способ заставить кидал не кидать....
Давно, еще со времен античности, известно, что единственная гарантия выполнения заключенных соглашений – это баланс сил. Соглашения фиксируют сложившийся на момент их заключения баланс, как бы ставят процесс на паузу. Но как только баланс сил изменяется, тут же та сторона в чью пользу он изменился, перестает их соблюдать. Во всяком случае, в отношениях с западом так было всегда. Исключений нет. Почему ялтинские договоренности соблюдались? Потому что у нас было чем их обеспечить, был баланс. Как только он нарушился – нарушились и договоренности.
И пока мы не перетянем, не пережмём этот баланс в свою пользу, никто с нами говорить ни о чем не будет, а тем более, подписывать. А если и подпишут – выполнять точно не будут, проверено. Как только мы баланс пережмём – они сами прибегут и предложат подписать какую-нибудь бумагу. С единственной целью: взять паузу и попытаться отыграть ситуацию в свою пользу. Отыграют – бумага тут же полетит в мусор, не отыграют – они и без бумаги не будут рыпаться. Не было случая, чтобы запад соблюдал невыгодные ему подписанные договоренности. Подписать он может, это пожалуйста, а вот соблюдать, если понимает, что за нарушение ему ничего не будет – этот шиш с маслом.
Поэтому все наши призывы, обращения, предложения о каких-то «гарантиях», не подкрепленные чем-либо реальным, вызывают на западе лишь кривую усмешку. Для них это (пока) звучит, как просьба слабого к сильному, что лишь придает им уверенности. Мне кажется, надо поменьше говорить и побольше делать. Так будет солидней и убедительней. Пусть они сами спрашивают «Чего вы хотите?». Рано выдвигать условия, дело надо делать....
========================================