Предыдущая глава
Ева не находила себе места. Она привыкла, что папа всегда рядом, что папа любую проблему решит и в трудный момент успокоит. А теперь его нет. Нет и никогда не будет! Как жить дальше? Без него?
-Деточка, нужно крепиться. Ты уже столько времени в депрессии после похорон.
Ангелина Витальевна приехала поддержать невестку. Ну нельзя же так убиваться! Да, жалко, конечно, Вячеслава Сергеевича, но что поделать. Такова его судьба. Жизнь-то теперь после его смерти не замерла. Дальше нужно жить, к чему-то стремиться. Вон, Павлик вот-вот диплом получит. В Европу поедут. Новое место, знакомства. Уж родители Ангелины Витальевны, несмотря на свой довольно пожилой возраст, сумеют жену внука вывести из тоски, в которую она впала.
-Я всю жизнь буду в депрессии, и никого это волновать не должно, - холодно произнесла Ева - зачем вы приехали, Ангелина Витальевна? Я вас не звала.
-Ну как же ... - Ангелина даже растерялась - ты же одна совсем, поддержки нет, друзей ты к себе не подпускаешь ...
-А у меня их нет. Даже те пара подруг, что были, ушли в свободное плавание - заявила Ева - не обязательно обзаводиться кучей друзей, чтобы чувствовать себя значимым. Обычно слабые жмутся к толпе. Сильные выживают в одиночку. Это слабым нужны слова утешения, лесть и лживые слова сочувствия. Не в количестве суть. Это всего лишь цифра, либо просто толпа лицемеров, которые при удобном случае тебя предадут, как Иуда Христа. Читали? Ангелина Витальевна? Евангелие? Я читала. Не потому что верю сильно, а просто по психологии была тема предательства. И я выбрала предательство Иуды. Мой отец умер, и на следующий день о нём все забыли. Это естественно. Человека больше нет, а другие живы, и у них свои дела, заботы. Не забуду лишь я. Его дочь. Потому что он был всем миром для меня. И мне не нужно утешение от кого бы то ни было, Ангелина Витальевна. Я прекрасно справлюсь сама. Время ... Оно не вылечит, но притупит мою боль.
Ева отвернулась к окну. С недавних пор она стала курить. И сейчас это желание только обострилось. Но при свекрови она себя сдерживала. Та не поймёт. Да и никто не поймёт. Еве самой с собой трудно было порой. Ей стало известно, что отец в последнее время болел. Последняя стадия. Шансов ноль. Он давно знал. Но почему-то не сделал операцию, не стал продлевать себе жизнь. Ей не рассказал. Ото всех скрывал тщательно.
Почему, папа? Мысленно спрашивала Ева. Только разве ж она получит на это ответ? Отец теперь там, на небе. Его душа зато бессмертна, и когда придёт черёд Евы, она соединится с ними. С мамой и папой. А пока она будет жить дальше. Как бы больно ей ни было. Отец слишком многое после себя оставил. Если бы она смогла ребёнка хотя бы родить, но ей и этого не дано. Не дано! Тогда какой смысл в её жизни?
Временами Ева впадала в страшное отчаяние. Но старалась держаться. На ум приходил лишь один человек. Кристина ... Придётся обращаться к ней. Ведь она была правой рукой и знает компанию отца изнутри. Как бы Ева ни относилась к ней, а её помощь ей пригодится.
-Евочка, я к тебе как-нибудь в другой раз загляну - Ангелина засобиралась домой, посчитав мысленно, что её невестка чуть ли не умом тронулась. А ведь такая умная девочка была. Но всё равно, для Павлика теперь перспектив ещё больше, как и для Валеры. Распрощавшись с Евой, она направилась к Валерику на работу. Когда такая мысль в голову пришла, зачем откладывать до вечера?
-Дорогой, мне нужно с тобой поговорить, - безапелляционным тоном заявила Ангелина, смерив молоденькую секретаршу презрительным взглядом. Крутятся тут всякие, пятой точкой вертят. С какой стати на ней такая короткая юбка? А лиф у блузки почему так нагло расстёгнут, что видно приятные юные округлости? Валера совсем спятил? Или Ангелина сама бдительность всю свою растеряла?
-Геля, до дома не потерпит? - поморщился Валерий, взглядом отпуская свою помощницу, Ольгу. Девушка работает у него уже полгода, но показала себя весьма способной и ответственной. Чтобы он без неё делал только, забывал бы всё и терял.
-Не потерпит - отрезала Ангелина - как ты знаешь, наш уважаемый Вячеслав Сергеевич Бородин, упокой Господь его душу грешную, оставил после себя немалое наследство. И мне очень любопытно, как Ева собралась управлять таким богатством, если они с Павликом скоро отбывают в Европу?
-Ну тебе какая разница, Геля? Своего богатства мало? - Валерий налил себе полный стакан воды. В присутствии жены у него во рту всегда почему-то пересыхало. Ты посмотри, как действует на него! Прям цербер в юбке. Будто не он бывший военный, а Ангелина Витальевна его. И как в ней только уживаются интеллигенция и вот эти вот диктаторские замашки?
-Богатства много не бывает, дорогой. Я хотела бы тебя попросить быть с нашей сношенькой поласковей, по-отечески прям. Глядишь, и перепадёт тебе временное исполнение обязанностей. А что? Своя рубашка к телу она ближе. Кому ещё Ева сможет компанию своего отца доверить, как не уважаемому тестю?
Валерий покраснел. Компания Бородина - это не его фирма. Там посерьёзней дела крутятся, но и перспективы ого-го какие. Тут сразу такой резкий скачок в обществе будет, что все двери для него распахнутся любезно, чего раньше никак не могло бы быть.
-Ну не знаю ... - заскромничал Валерий - как сама Ева решит. Вдруг она с Павликом не поедет никуда?
-Поедет, - отрезала Ангелина - ещё как поедет. Она жена нашего сына. Куда он, туда и она. А мы тем временем тут сами управимся с её делами. Точнее, с делами её папочки. Мне дома сидеть надоело, я готова тоже подключиться к процессу. А то, смотрю, тут пташки разнопёрые летают вокруг тебя, как бы не увели в своём хитром клювике.
-Ну что ты, Геля ... - Валерий платок носовой достал из кармана, промокнул им взмокший лоб - я не в том возрасте уже, чтоб за пташками летать.
-В том не в том, а случаев таких миллион. Значит так, - Ангелина встала - дома чтобы как штык был, и не дай тебе Бог опоздать. Это я пока анонс тебе предоставила, а саму суть обсудим в родных стенах, где нет наглых ушей всяких коротеньких юбочек.
Последнюю фразу Ангелина произнесла нарочито громко и ещё дверь при этом так резко распахнула, что секретарша Ольга едва успела отскочить в сторону. В руках у неё наготове был маленький полевок, из которого она якобы цветочки в приёмной вспрыскивала.
-До свидания - пролепетала девушка. До этого она жену шефа могла лишь себе представлять, а теперь увидела воочию. И увиденного ей хватило, чтобы понять: на этом поле пастись нельзя, затопчут.
***
Игорь гладил Леру по волосам.
-Ну что ты так раскисла? Раньше не могла ко мне обратиться?
Лера комкала носовой платок в руках. Она не любила своих слишком личных эмоций показывать посторонним людям, но Игорь вроде как друг, и сейчас на него вся надежда. Может, придумает что?
-Откуда я знала, где тебя искать. Мама твоя вряд ли мне дала бы номер телефона.
-Мама ... - Игорь сжал зубы. Он запретил ей вмешиваться в его личную жизнь и Настю разогнал в пух и прах, не оставив ей ни единого шанса. Не любит он её и не любил. По дурости переспал, по пьяни. Пожалел потом сто раз.
-Скажи, можно ли подать дело на пересмотр? Мама в тюрьме такой срок просто не выдержит. Я её не увижу, не дождусь! А она после Саньки единственный близкий человек для меня. И в деревне уже невыносимо стало жить. Эти взгляды косые, перешёптывания за спиной, сплетни. Уже все кости нашей семье перемыли. Я бабушкин дом продала, а у самой сердце кровью обливается, когда мимо него прохожу.
Игорь молча смотрел на слабый огонёк потухшей сигареты. Они с Лерой вышли на задний двор, на крыльцо. Середина апреля была тёплой, и воздух пропитался ощущением ранней весны. Скоро май зацветёт, дни станут длиннее.
-Всё решим. Санька пускай восьмой класс окончит, совсем чуть осталось. А потом видно будет, куда его. На меня положись только, - Игорь встал. Ему так хотелось прижать Леру к себе, но пока рано. Спугнуть можно. Пусть привыкнет, доверится ему для начала.
-Ты уже поедешь? - Лера тоже неловко поднялась. А на душе-то всё-таки легче стало, как только с Игорем поделилась. Он другой какой-то приехал. Лера пока не понимала, что в нём изменилось за столь короткий срок, но определённые изменения всё же есть. Она проводила его до машины.
-Поеду. Не буду тебя компрометировать с ночёвкой. Жди меня с новостями, через пару недель приеду. Всё, что смогу, сделаю.
Игорь повернул ключ зажигания и, окинув Леру долгим взглядом, тронулся в путь. Девушка чувствовала, как у неё всё лицо полыхает. Игорь не может стать для неё чем-то бОльшим, и кроме дружеских чувств она не сможет к нему испытывать что-то ещё. Только вот вариантов у неё не осталось. Он единственный, кто хоть как-то сможет ей помочь.