Хочу искренне поздравить митрополита Тихона Шевкунова с защитой кандидатской диссертации. По сообщениям центральных новостных агенств:
"Митрополит Симферопольский Тихон защитил кандидатскую диссертацию о причинах крушения Российской империи. Одним из факторов стала «поразительная внушаемость» жителей империи и вера в то, что очерняло власть, указал Шевкунов".
Я хотя и не знаком лично с уважаемым митрополитом, но все-таки способен сопереживать ему, так как сам когда-то защищал диссертацию, а затем участвовал в многочисленных защитах моими студентами и выпускниками их докторских диссертаций, связанных с религией и обществом. Именно такую, чрезвычайно близкую мне тематику, поднял в своей диссертации и уважаемый митрополит. И я от души поздравляю его с защитой и с таким важным этапом в жизни. Слава Богу!
С другой стороны я не могу не размышлять и как участник многих диссертационных защит - о главных тезисах защищаемой диссертации. Я хотел бы подробнее ознакомиться с материалом диссертации, но пока у меня есть вопросы уже к тем тезисам, которые СМИ представляют всвязи с этой работой:
"Митрополит Симферопольский и Крымский Тихон (Георгий Шевкунов) 24 декабря защитил диссертацию на соискание степени кандидата наук, следует из картотеки диссертаций МГУ.
Диссертацию Шевкунов написал на тему «Крушение Российской империи: факторы взаимоотношений власти и общества». Защита прошла на факультете государственного управления МГУ, возглавляет который депутат Госдумы Вячеслав Никонов. Он выступил научным руководителем Шевкунова. Оппонентами стали научный руководитель Государственного архива, член-корреспондент РАН Сергей Мироненко, доктор наук Руслан Гагкуев и доктор наук Ольга Павленко.
В аннотации к кандидатской диссертации указано, что в ней рассматривается система взаимоотношений государственной власти и общества, существовавшая в Российской империи в начале ХХ века и оказавшаяся под комплексным воздействием ряда факторов, разрушающих ее существование.
В автореферате работы ее актуальность объясняется тем, что «сегодня, когда нарастают угрозы нашей государственности, исходящие в первую очередь из-за рубежа», вопрос о жизнеспособности российского общества вновь становится чрезвычайно актуальным, заставляя внимательно изучить опыт прошлого, события 1917 года.
Определяющим фактором революционных потрясений Российской империи, указано в кандидатской работе, явилось психоэмоциональное состояние общества, ожидавшего улучшения своего существования от перемены государственного устройства. Длительное внедрение в общественное сознание идеалов европейского либерализма вызывало пренебрежительное отношение к реальным приобретениям политических свобод, ограничения которых в годы Первой мировой войны вполне сопоставимы с другими воюющими странами, написал Шевкунов. Оппозиция, по его словам, видела в условиях войны возможности для ущемления прерогатив власти, не обращая внимания на опасность государственному существованию России.
Психоэмоциональное состояние общества автор изучил по научным трудам психологов и философов начала ХХ века, материалам средств массовой информации предреволюционных и революционных лет, текстам газет и журналов того периода, среди которых указаны газеты «Коммерсант» и «Биржевые ведомости», «Новгородские епархиальные ведомости» и выпускавшийся в эмиграции «Архив русской революции».
Одним из признаков сложного эмоционального состояния общества автор называет «тотальную, поразительную внушаемость», которая царила во всех слоях и классах — от крестьян и рабочих до интеллигенции, деятелей культуры, науки, дворянства, аристократов, промышленников, духовенства. «Но была одна немаловажная особенность: верили только тому, что очерняло, бросало тень в первую очередь на власть в любой ее ипостаси. С каким-то безумным упоением верили в то, что оказалось нелепыми слухами, беззастенчивой клеветой», — утверждает Шевкунов.
Спешу согласиться с этими и другими тезисами работы. Но при этом у меня настойчиво возникает один крайне важный вопрос: "А рассматривал ли уважаемый исследователь наряду с факторами газет и психологии самый большой, определяющий идеологический фактор того времени - РПЦ - и роль церкви в революционных настроениях и свержения Российской империи"? Из опубликованных тезисов работы следует, что на этот фактор диссертация по какой-то причине не уделяет внимания. Создается даже впечатление, что вся работа была написана. чтобы обойти этот главный фактор и равномерно распределить вину и ответственность за падение государства, террор и хаос на (1) западную пропаганду, на (2) газеты, на (3) экономическую ситуацию и (4) на чрезмерную внушаемость толпы. Я, конечно, соглашаюсь со всеми этими факторами.
Но разве инагенты и подподьные революционеры определяли в целом народные настроения? Я думаю, что было бы очень странно, если в работе не учитывался главный фактор идеологического развития и состояния общества, который был так же велик, как государство, и на который тратились баснословные средства - Церковная организация. Неужели такая громадная и дорогая организация оказалась так бессильна против нескольких дешевых подпольных газет?
Мне было бы очень интересно задать несколько вопросов. И я очень сожалею, что на защиту не был приглашен, пожалуй главный специалист, авторитет в области исмысления факторов Революции, доктор исторических наук, профессор Российского государственного гуманитарного университета Михаил Бабкин. Я цитировал некоторые его тезисы прежде, в публикации "Верные и неверные", посвященной людям, оставшимся верным государю. Эти люди представляли все социальные, интеллектуальные и духовные слои общества - все, кроме церкви.
Я лично догадываюсь, какой вопрос задал бы оппоненту Михаил Бабкин. Он и задал его, давно уже:
"Как правые партии могли агитировать за царскую власть, если Церковь запретила даже молитвенный звук о царе? Монархистам действительно оставалось лишь разойтись по домам. Короче говоря, члены Синода не плелись за паровозом революции, а, напротив, были одним из ее локомотивов.
Именно Церковь сыграла ключевую роль в свержении царской власти как института. Если бы не позиция членов Синода, занятая ими в мартовские дни, исторические события пошли бы — это совершенно очевидно — по другой траектории. Кстати, семь из 11 церковных иерархов, являвшихся на тот момент членами Синода (а это в том числе будущий патриарх Тихон) причислены к лику святых. Либо в РПЦ, либо в РПЦЗ, либо и там и там.
— Чем же царь не угодил духовенству?
— Они видели в нем харизматического конкурента: царская власть, так же как и власть священства, обладала трансцендентальной, харизматической природой. Император как помазанник Божий имел огромные полномочия в сфере церковного управления.
Целиком интервью с одним из самых смелых и честных академиков России Михаилом Бабкиным (который, кстати, одного со мной возраста) вы найдете по ссылочке Московского Комсомольца за 07.12.2017. Не стоит обвинять ни его, ни меня в "нелюбви" к церкви. Именно из любви к народу России, к правде и к тому институту, который должнен быть хранителем правды, и трудятся такие исследователи, как Михаил Анатольевич.
Почему все это важно? Почему бы просто взять и не "замять" всю эту неприятную историю с церковью, свергшей царя? А правда: почему бы и нет? Приведу ту часть интервью с доктором Бабкиным, которую я из деликатности не привел в моей стетье "Верные и неверные". Но всвязи с защитой диссертации о причинах крушения Российской империи обойти эти вопросы нвозможно:
— Насколько могу судить, сегодня Церковь не очень любит вспоминать о своей роли в революционных событиях. У вас такое же мнение?
- Это еще мягко сказано! Тема «Церковь и революция» сегодня в РПЦ является попросту запретной. Лежит она на самой поверхности, источниковая база огромна, но до меня этим, по сути, никто не занимался. Да сегодня желающих, мягко говоря, немного. В советские времена у табу были одни причины, в постсоветские появились другие.
Я довольно часто общаюсь с исследователями, занимающимися историей Церкви. Среди них довольно много светских историков, но и они в большинстве случаев так или иначе связаны с РПЦ. Человек, допустим, преподает в МГУ, но одновременно возглавляет кафедру в Православном Свято-Тихоновском университете. И он не сможет там работать, его просто-напросто выгонят, если будет писать свои труды без оглядки на материалы архиерейских соборов, причисливших Тихона и целый ряд других архиереев той эпохи к лику святых.
Доминирующая сегодня версия истории РПЦ — это чисто церковная версия. Все церковные и близкие к Церкви историки мои труды знают, читали, но ссылок на них — фактически ноль. Опровергнуть меня они не могут, согласиться со мной тоже не в силах. Остается замалчивать.
— Анафеме вас еще не предали за ваши исследования?
— Нет, но угрозы физической расправы от некоторых, скажем так, представителей духовенства получать приходилось. Трижды.
— Неужели так все серьезно?
— Да. На протяжении нескольких лет я, откровенно говоря, ходил и думал: сегодня получу топором по голове или завтра? Правда, это было уже довольно давно. Пока они собирались, я успел опубликовать все, что хотел, и мотив, надеюсь, отпал. Но я до сих пор периодически слышу вопрос: «Как тебя до сих пор не грохнули?!»
— Как бы то ни было, нельзя сказать, что Церковь не сделала выводов из событий 100-летней давности. Сегодня она занимает очень четкую политическую позицию, не колеблется в вопросе, кого поддерживать, власть или оппозицию. И государство платит Церкви полной взаимностью, практически вернув привилегии, утраченные ею столетие назад...
- Церковь находится в гораздо лучшем положении, чем до Февральской революции. Епископат РПЦ переживает сегодня даже не золотой, а бриллиантовый век, добившись в итоге именно того, за что боролся тогда: статус, привилегии, дотации, как при царе, но — без царя. И без какого бы то ни было контроля со стороны государства.
И пусть вас не обманывают разговоры о предпочтительности монархии, которые периодически слышны в церковных или околоцерковных кругах. Патриарх никогда не помажет на царство российского президента, потому что это автоматически будет означать предоставление помазаннику огромных внутрицерковных полномочий, то есть умаление власти патриарха. Не для того духовенство свергало в 1917 году царскую власть, чтобы реставрировать ее спустя 100 лет.
— Тем не менее, судя по вашим выступлениям, вы не из числа тех, кто считает, что «бриллиантовый век РПЦ» будет длиться вечно.
- Да, рано или поздно, я считаю, маятник пойдет в противоположную сторону. Так уже бывало в нашей истории. В Московской Руси Церковь тоже пухла и пухла, прирастая богатствами и землями и живя параллельной государству жизнью. Тогда многим тоже казалось, что это будет длиться вечно, но потом на трон сел Петр I — и процесс развернулся едва ли не на 180 градусов.
Что-то подобное Церкви предстоит пережить и в ближайшие десятилетия. Не знаю, дойдет ли на этот раз дело до упразднения патриархии и появления синода с обер-прокурором или же, как в советские времена, Совета по делам религий, но контроль государства над Церковью, прежде всего финансовый контроль, я уверен, будет введен."
Выводы ОС
И все же мы искренне поздравляем митрополита Тихона Шевкунова с защитой кандидатской диссертации! Она, конечно, не ответила на самые главные вопросы. Но будем ждать теперь его докторской диссертации. Наступает время новых вопросов и новых, принципиально новых ответов!