Выжить, глава 4.
Квартика была маленькой и грязной. Пока Майкл носил из машины коробки с вещами, каждый раз при открытии двери в нос ему бил запах пролитого пива, карри на вынос и клубничных презервативов. Вероятно, скоро он привыкнет и перестанет замечать подобные мелочи, но пока что приходилось инстинктивно задерживать дыхание.
К его превеликому облегчению, Симона первым делом открыла все окна, надела жёлтые резиновые перчатки и принялась методично чистить поверхности смесью соды и яблочного уксуса. Делала она это молча, будто они с Майклом прожили вместе целую вечность, и им уже давно было не о чем поговорить друг с другом.
Парень занёс последнюю коробку и небрежно толкнул дверь ногой. От сквозняка она хлопнула о проём, и Симона с укоризной подняла взгляд.
— Давай я займусь ужином? — попробовал он задобрить девушку.
За последние несколько лет, работая помощником повара, парень научился неплохо готовить и втайне надеялся, что биф бургиньон и пара бокалов мерло помогут развязать напарнице язык. Говяжью вырезку он предусмотрительно купил в мясной лавке около часа назад и положил в холодильник вместе с бутылкой вина.
— Если ты собираешься готовить мясо, то делай только на себя, — бросила Симона через плечо. — Я веган.
Майкл открыл от удивления рот, мысленно перебирая свои коронные блюда.
— Ты не ешь мясо? — уточнил он на всякий случай.
— Мясо, рыбу, яйца и молочные продукты, — перечислила девушка, пытаясь оттереть въевшееся пятно на кухонной столешнице. — Также я не употребляю алкоголь.
На этих словах парню показалось, что он ослышался, и ему даже захотелось себя ущипнуть. Симона продолжила уборку, не считая нужным ничего объяснять.
— Почему? — спросил Майкл через пару минут абсолютного молчания.
Девушка внимательно посмотрела на него и передёрнула плечами.
— У меня есть на это право, — спокойно ответила она. — Ты ведь не собираешься меня переубеждать?
Уши Майкла зарделись стыдом.
— Прости, — кашлянул он. — Я не хотел тебя обидеть.
— Я не в обиде.
Симона отвернулась и принялась начищать раковину. Казалось, ей было абсолютно всё равно, кто и что мог про неё подумать.
— Давай я помогу с уборкой? — Майкл подошёл к ней чуть ближе. — Что ещё нужно сделать?
Девушка остановилась и наморщила лоб.
— Придумай что-нибудь с кроватью, — указала она на маленькую комнату слева.
Внутри, прямо на полу, лежал старый матрас, весь в жёлто-коричневых разводах. Никакого количества свежего воздуха не хватило бы, чтобы заглушить вонь, исходящую от него. Единственное, что стоило сделать, это чиркнуть спичкой и сжечь эту мерзость до тла. Однако, легенда, которой они должны были придерживаться, совсем не предполагала покупку нового спального гарнитура.
Майкл вздохнул и нашёл в одной из коробок широкий скотч. Он тщательно обмотал матрас со всех сторон, запаковав его гнилое нутро, а сверху набросил чистую хлопковую простынь и плетёное покрывало. Им придётся быть поаккуратней, чтобы не соскользнуть ночью на пол, но, по крайней мере, о вони и грязи теперь можно не волноваться.
Когда он закончил в спальне, Симона уже помешивала что-то у плиты. Пахло жареным луком, грибами и соевым соусом.
— Почти готово, — бросила девушка через плечо. — Сейчас освобожу тебе место.
Майкл закусил губу и осторожно приблизился к своей напарнице.
— Я бы с радостью попробовал твоё блюдо, — мягко сказал он. — Если ты не против.
Симона кивнула и продолжила перемешивать содержимое сковородки.
— Дай, пожалуйста, рис, — попросила она.
В следующие десять минут Майкл вошёл в свою привычную роль су-шефа, помогая девушке с готовкой и украдкой посматривая на неё. Когда они сели за стол и запустили вилки в еду, Симона наконец-то встретила его взгляд своим.
— Давно тебя завербовали? — парень решил начать с безобидного вопроса.
— Около года назад.
Майкл выждал короткую паузу в надежде на продолжение, но его не последовало. Так быстро, однако, он не готов был сдаться.
— Чем ты занималась… раньше?
Симона насадила на вилку пару кубиков тофу и отправила их в рот.
— Скоро ты и сам всё поймёшь, — отстранённо прокомментировала она.
Майкл с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза к потолку. В игре в молчанку эта девушка уделала бы любого.
Он подцепил на вилку еду и осторожно попробовал непривычное блюдо. Строго говоря, в нём не было ничего необычного — рис, грибы, тофу и овощи — и оттого парень вдвойне удивился, когда его рецепторы атаковала целая волна вкусов. Желудок довольно заурчал, и Майкл взялся за свою тарелку с самыми серьёзными намерениями.
Когда аппетит обоих едоков был удовлетворён, они откинулись на спинки стульев, украдкой поглядывая друг на друга.
— В тот день в коридоре… — парень чуть подался вперёд. — С тобой правда что-то случилось?
Симона опустила взгляд, а затем кивнула.
— Я повредила ребро, пытаясь отбиться от Феррейры. Потом Мэдлин перевела меня к другому тренеру.
— От Феррейры? — щёки Майкла побелели.
Амелия тоже говорила ему про Феррейру, и всё оказалось ложью.
«Лучшая ложь растёт из правды», — прозвучал в его голове голос Йоргена.
Симона внимательно посмотрела на своего собеседника.
— А что ты имел в виду про «тест-драйв»? — спросила она.
Майкл открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент в дверь с силой постучали.
— Открой! — лязгнул мужской баритон. — Я знаю, что ты там!
Симона закатила глаза, как будто ожидала нечто подобное, и быстро пересекла их крошечную прихожую. Когда её пальцы повернули замок, внутрь ввалились двое. Долговязый парнишка лет 20 заметно пошатывался и прижимал ладонь к животу. Сквозь его пальцы сочилась тёмная кровь. Его приятель, круглолицый и крепко сколоченный, дышал ему в подмышку, пытаясь удержать их обоих на ногах.
— Сделай что-нибудь! Быстрее! — взмолился второй, укладывая раненого прямо на обеденный стол.
Тарелки с остатками еды полетели на пол, но Симона не обратила на это никакого внимания.
— Давно это случилось? — уточнила она, приподнимая футболку на парне и пальпируя участок вокруг раны.
— Минут пятнадцать назад, не больше, — ответил второй незнакомец, нервно жестикулируя руками. — Я говорил ему не ходить туда! Но он и слушать меня не хотел! Чёрт возьми, всё плохо, да?
Симона не ответила, сосредоточенно осматривая рану.
— Майкл, мне нужны ножницы, горячая вода, иголка и нитки, - скомандовала она.
Рекрут стоял, как вкопанный, не в силах отвести взгляд от лица, корчившегося в агонии. Кровь застучала у него в ушах, и мысли захлестнули воспоминания.
— Майкл! — крикнула Симона.
Он вздрогнул — и тут же пришёл в движение, не особо отдавая себе отчёт, что делает. Каким-то чудом его руки выполнили всё, как надо: поставили воду на плиту, выудили откуда-то иголку с ниткой и протянули Симоне.
— Возьми фонарик, — добавила она.
Его пальцы заметно дрожали, выхватывая резким белым лучом зияющий разрез. Кровь изливалась наружу тёмным пурпуром, и невозможно было отвести от неё взгляд. Рана казалась небольшой, но и её было достаточно, чтобы приблизить человека к смерти.
Симона разрезала футболку на пострадавшем, подержала иглу над огнём из включённой плиты и продела нить. Одним уверенным и быстрым движением она вонзила раскалённый металл под кожу. Мужчина закричал и принялся извиваться, как уж, хаотично размахивая руками.
— Майкл, выруби его, — приказала Симона ледяным, безапелляционным тоном.
Он облизал пересохшие губы и растерянно посмотрел на неё.
— Ну же! - повторила она.
Действуя, словно по заученной программе, Майкл схватил мужчину за волосы и с силой ударил его затылком об стол. Раненый тут же потерял сознание, и его тело безвольно распласталось по столу. Симона зашила рану в считанные секунды и закрыла место бинтом. Её маленькие проворные пальцы ни разу не дрогнули.
— Он в-в-выживет? — спросил второй мужчина, едва держась на ногах.
Всё это время он стоял, вжавшись в стену, и бормотал под нос ругательства.
— Нужны антибиотики, — сообщила Симона.
Мужчина кивнул и выбежал из квартиры. Его грузные торопливые шаги эхом раздались в коридоре. Майкл закрыл за ним дверь и повернулся к своей напарнице. Тонкая струйка пота стекла у него с виска.
— Так вот чем ты занималась раньше… — сказал он, едва ворочая языком.
— Отец научил, — Симона повела плечами и принялась собирать с пола разбитые тарелки.
***
Полчаса спустя Майкл сидел в баре и потягивал пиво из бутылки. Компанию ему составлял тот самый мужчина, который бесцеременно ворвался к ним в квартиру вместе с раненым и который теперь пытался залить свои воспоминания алкоголем. Майкл его не винил: он бы и сам с радостью заглушил некоторые свои ощущения, но мозг должен был оставаться трезвым ради миссии.
— Как тебе удалось подбить клинья под Симону? — спросил Билли с усмешкой. — Раньше она никого к себе не подпускала! Мы с ребятами даже как-то поспорили, кто первым залезет к ней в трусы. Я поставил сто баксов на одного парня, от него все девки на районе просто млели. Но Симона и ему дала отворот поворот!
Билли громогласно рассмеялся — и тут же подавился пивом, забрызгав рубаху. Майкл лишь пожал плечами и загадочно улыбнулся.
— Видимо, тебе просто повезло, — заключил Билли, прокашлявшись. — Тёлкам нравятся французы. Но, как по мне, у наших бруклинских ребят стоит ничуть не хуже!
Мужчина снова зашёлся хохотом, совершенно не замечая, что над его шутками смеялся только он сам.
Майкл отхлебнул пива и выждал несколько минут. Его так и подмывало спросить ещё что-нибудь про Симону, но нужно было направить разговор в другое русло.
— Что случилось с твоим другом? — вкрадчиво спросил он.
Полчаса назад они с Билли отнесли раненого в крошечную квартиру в подвальном этаже и напичкали его антибиотиками.
— Да я говорил ему не ходить… — протянул Билли. — Но он не послушал. Совсем свихнулся от любви…
— От любви? — удивился Майкл.
— Не стоит мне об этом болтать, чувак, — пробормотал мужчина, уставившись на свои трясущиеся руки.
— Мы помогли вам, — напомнил парень своему собеседнику.
Билли повёл плечами и неуверенно пожевал губу.
— Ладно, так уж и быть, — он придвинулся поближе и понизил голос почти до шёпота. — Такое дело, на днях тут была стрельба в одном тату-салоне. Погибли трое, в том числе девушка. Её звали Элис, а Чарли… Чёрт возьми, да он всё готов был отдать ради неё! Только о ней и говорил, с тех пор как дрочить научился — хочешь верь, а хочешь нет!
— Что сказали в полиции? — Майкл сдвинул брови и сделал обеспокоенное лицо.
— В этом вся суть, чувак! — Билли ударил ладонью по столу. — Полиция не сделала ни-ху-я! Замели всё под ковёр, как и всегда. Кому какое дело до девчонки из Бруклина?.. А Чарли… Ну, я же сказал, любил он её до безумия и не мог всё спустить на тормозах. Он знал, что у Элис были какие-то тёмные делишки с чужаками. Они не отсюда, странные какие-то ребята, если хочешь знать моё мнение. И выглядят опасно. Но Чарли было наплевать. Он просто пошёл к ним и устроил потасовку. Кричал им в лицо, что это из-за них Элис умерла. Сам нарвался, короче говоря. Ему ещё повезло, что они его только один раз пырнули. И что вы с Симоной переехали именно сегодня. Золотые всё-таки у неё руки!..
Майкл кивнул, допил остатки своего пива и решил, что с Чарли нужно будет познакомиться поближе.
В следующие два часа Билли влил в себя столько алкоголя, что Майклу пришлось тащить его до квартиры на себе. Избавившись от ноши, парень рассеянно побрёл по улице. В четыре утра Бруклин был так же оживлён, как и днём, только подростков на скейтах сменили женщины в леопардовых мини-юбках. Из подворотен вырывались агрессивные биты хип-хопа, лязг ругательств и одиночные хлопки, подозрительно похожие на выстрелы.
Ноги будто сами принесли парня в квартирку, где им с Симоной предстояло провести ближайшие несколько дней. Он снял обувь и босиком прокрался в спальню. Девушка лежала под покрывалом, свернувшись в комок и укрывшись до самого подбородка. Её дыхание было ровным и чистым, а лицо походило на фарфоровую маску. Майкл с трудом понимал, как — в таком шумном квартале — ей удалось вырасти такой тихой и скрытной. Представится ли ему шанс узнать её получше?..
В футболке и джинсах он лёг на самый край, опасаясь случайных соприкосновений.