В стране, ударными темпами строящей коммунизм, больше половины деревень стояли с заколоченными избами. Валерий Гаврилин искренне не понимал, как можно двигаться вперёд, забывая о прошлом, истоках, национальных традициях? Он писал статьи, выступал по радио, рассказывая о своём крестьянском детстве на Вологодчине, о соседе-гармонисте, виртуозно играющем на трёхрядке, о старушке, помнящей обряды ещё свой прабабки. Коллеги называли Гаврилина отсталым композитором и сторонились. Лучшими его друзьями были книги.
Однажды ему попался на глаза рассказ Василия Шукшина «Сельские жители». С первых страниц Гаврилин понял, что в своих устремлениях он не одинок, и принялся за хоровое сочинение, давно обещанное тогдашнему руководителю Ленинградской певческой капеллы Владимиру Минину. Услышав произведение на концерте, композитор понял, что оно не закончено. Поспешил сообщить дирижёру, что будет продолжение, и… пропал. «Я, как собака по следу ходит, ходит, ищет… нужное, так и я… пока у меня не родился замысел масштабного действа „Перезвоны“, — рассказывал Валерий Александрович.
Название отсылает к древнему свидетелю народного быта — церковному колоколу, оповещавшему людей о войне и мире, свадьбе, рождении первенца, смерти, казни… Сама жизнь с её непрерывной цепью сменяющихся событий подсказала сюжет сочинения, поделённого на двадцать частей. Многие тексты композитор написал сам одновременно с музыкой.
В кульминационную сцену «Молитва» включил фрагменты из «Поучения Владимира Мономаха», кладезя духовных истин. Как человек верующий, регулярно посещающий храм, Гаврилин счёл правильным изложить предсмертную исповедь главного героя монологом чтеца. Хористов же заставил изрядно потрудиться над скороговорками на «птичьем языке»: кукарекать петухами, будя честной народ на зорьке, каркать воронами перед грозой, бухтеть кукушкой в лесу, ведя счёт отмеренным судьбой годам. Однажды Гаврилин признался, что номер «Вечерняя музыка» сочинил как реквием самому себе, полагая, что ничего подобного по мощи и силе воздействия на людей ему больше не написать. Работа над «Перезвонами» заняла 15 лет. После премьеры в Ленинградской филармонии Владимир Минин получил из зала от слушателя записку: «России нужны колокола, как нош-па с валидолом».