- Мам, а ты можешь мне ещё немного денег перевести? Понимаешь, препод попался вредный, ну никак зачёт не ставит, г а д, все ему платят, а у меня нет.
НАЧАЛО ЗДЕСЬ:
- А сколько нужно, Леш? Дорого?
- Да нет, пару тысяч всего. Просто если я этот зачёт не сдам, сессию не закрою, буду кандидатом на отчисление, - Алексей тяжело вздохнул.
- Хорошо, сынок, я что-нибудь придумаю, - Лидия Викторовна достала свой старенький потрёпанный кошелек, пересчитала имеющуюся у нее наличность, - Только я попозже тебе отправлю, дойду до банка. Что-то голова кружится с утра.
- Ну, мам, я сколько раз тебя просил, ну купи ты уже себе нормальный телефон! Установили бы приложение и никуда идти было бы не нужно! - раздражённо ответил парень, - Ладно, только ты не затягивай, хорошо? А то он до обеда сегодня будет.
- Хорошо, сынок. А ты на Новый год-то так и не надумал домой приехать? Посидели бы с тобой, как раньше, потом гулять сходили, к тете Нине бы зашли...
- Нет, мать, я же говорил, на каникулах подработать хочу. Друг у меня курьером устроился, говорит, на праздники много заказов, отлично можно денег срубить. Ладно, все, некогда мне, потом позвоню. Ты с переводом не затягивай только, жду!
Он сбросил вызов и отправился дальше жить свою молодую, полную эмоций, планов и идей жизнь, а Лидия Викторовна долго ещё сидела с телефоном в руке.
На душе у женщины было тяжело. Она понимала, конечно, что Алексей вырос, что нужно отпустить его, не мешать идти своей дорогой, но как же это оказалось трудно! Вот уже два года, как он уехал из родного дома, поступил в колледж при университете в областном центре, а она до сих пор не могла привыкнуть к своему одиночеству, к этой звенящей тишине, воцарившейся в их скромной квартирке с его отъездом.
Нет, он не забывал ее, звонил регулярно, делился новостями, но было заметно, что эти разговоры в тягость ему. Да и каждый такой звонок обычно заканчивался просьбой перевести денег, а где ей их взять, итак каждый лишний рубль ему отсылает, во всем себе отказывает.
В последнее время, правда, с полгода где-то, денег почти не просил сын, даже странно. Да и сам как будто изменился, мягче как-то стал, заботливее. Она сама, конечно, посылала все равно, как же иначе? Один в чужом городе. Но в душе радовалась: взрослеет ее мальчик, становится самостоятельным. Оказалось, рано радовалась, вот, снова понадобились деньги.
Эх... А ещё и лекарства не выдали в этот раз, нет в наличии перед праздниками, появятся только после середины января. Хотела было купить сама, да теперь, вот, Лёше срочно деньги понадобились, иначе отчислят ещё, не дай Бог, как тут откажешь?
Вздохнув, женщина встала и пошла одеваться: нужно было идти в банк, пока ещё не стемнело, а то скользко на улице, гололёд.
****
- Тёть Нин, слушай, а у мамы какой размер?
- Для начала, здравствуй, Леша, и тебя с наступающим.
- Да не обижайся, тёть Нин, не до этого пока, время поджимает, на последний автобус хочу успеть.
- На какой автобус? Лида сказала, что ты не приедешь вроде.
- Да сюрприз хочу сделать ей. Не говори только, ладно?
- Сюрприз - это хорошо, а то она так ждёт тебя, все глаза проглядела уже.
- Так размер-то какой у нее? Я в этом не понимаю ничего.
- Пятьдесят шестой, вроде, а тебе зачем?
- Платье хочу купить ей. Приглядел в магазине, очень красивое. Подарок, на Новый год.
- Ты бы телефон ей лучше купил, - проворчала Нина Игоревна, давняя, и, по большому счету, единственная близкая подруга его матери, - А то ходит с этим антиквариатом...
- Да телефон я купил, купил, вот ещё платье хотел. Мне сон недавно приснился, как будто я маленький ещё, и Новый год, и мы у нас дома, и мама... Такая молодая, красивая, в платье, смеётся. И так ей идёт это платье! А потом я на подработку вышел, мимо витрины шел - а там оно, платье! Понимаешь?
- Сон, говоришь? Ну ладно, если так. Молодец, Лешка, за ум взялся. А то я уж думала, никогда ты не исправишься. Ты не забывай о матери, она ведь все для тебя...
- Да знаю, знаю, тёть Нин, не начинай, а? Самому тошно. Я ведь, здесь, пока учусь, за эти два года много чего осознал и переосмыслил. Да, д у р а к был, не ценил ее, а ведь родителей не выбирают.
- Это что это с тобой произошло такое, что ты так свои взгляды резко поменял? - удивилась женщина.
- Да, много всего, долго рассказывать. Ладно, в общем, побегу, а то не успею ничего. Увидимся в праздники!
- Платье... - задумчиво пробормотала Нина Игоревна, положив телефон на стол, - И как только додумался?
Она дружила с Лидией Викторовной давно, так давно, что кажется, как будто всю жизнь вместе. Много общего у них. Родились и выросли в деревне, семьи были у обеих бедные, неблагополучные. У Нины родители пили, Лиду, так вообще, бабушка растила, не нужна она была матери с отцом.
Когда-то они, совсем юные девушки, приехали поступать после школы, провалили вступительные экзамены в университет, вместе решили ни за что не возвращаться назад, домой, остаться в городе. Вместе и работать устроились, в одной комнате служебного общежития жили. Чего только не было за годы их дружбы! Нина успела дважды замужем побывать, да только деток не дал Господь, из-за этого и распались оба ее брака. Так и живёт одна до сих пор, привыкла уже.
А Лида... У нее, в отличие от подруги, кавалеров не было - некрасивая она была, крупная, неуклюжая, не смотрели парни в ее сторону. Она уже и отчаялась счастье свое найти, когда вдруг, за тридцать ей уже было, познакомилась с Виталием.
Мужчина сумел за неказистой внешностью разглядеть удивительную душу Лиды, был покорен ее добротой, наивностью и какой-то удивительной чистотой. И года не прошло, как позвал он женщину замуж, а потом и Алексей у них родился. Нина крестной стала мальчишке, естественно, больше-то и не было никого на эту почетную роль.
Жили хорошо Лида с мужем, он ее любил, баловал, подарки дарил, наряжал. Хорошо зарабатывал, мог себе позволить. Платья ей покупал, некоторые даже на заказ шили. Золото дарил, шубу норковую.
Поначалу-то Лида, к таким вещам непривычная, отбрыкивалась, а потом понравилось ей. И в платье, с прической, с макияжем она совсем другой становилась - красавицей настоящей. Вот правильно говорят, не бывает некрасивых женщин!
А потом... Потом не стало Виталия - разбился на машине. Остались Лида с сыном вдвоем в целом мире.
Не успела бедная женщина отойти после похорон любимого мужа, как ещё одна напасть на нее обрушилась - заболел Алеша. Серьезно заболел.
Как боролась Лида за сына, наверное, сможет понять только мать, которая сама чуть не потеряла единственного ребенка. Квартиру, что от мужа осталась, продала, драгоценности, шубу, даже платья свои ...
Купила однушку старенькую на окраине, а все остальные деньги на лечение Алёши направила. Спасла мальчика, с того света вытащила. Вот только и ее здоровье пошатнула череда бед, совсем изменилась Лида. Улыбаться перестала, жила тихо, скромно, ни к чему не стремилась особо. Единственным желанием ее было - вырастить и поставить на ноги сына, а остальное...
Не сон тогда Алешке приснился, не сон. Воспоминания это, из далёкого, счастливого ещё детства, где жив отец, где улыбается мама, где все счастливы, где все у них хорошо.
Нина Игоревна помнила тот Новый год, вспомнила по описанию и то самое платье, которое увидел Алексей. Любимое это было платье у Лиды, носила редко, только по праздникам надевала. Ох, и обрадуется подруга, вот счастье-то будет! Молодец, Лешка. Хорошим парнем вырос, несмотря на все закидоны подростковые. Она, уж, грешным делом, думала, что пропал мальчишка, испортился вкрай, ни во что мать не ставит, а вот гляди ж ты!
****
- Женщина, не подскажете, который час? - Лидия Викторовна обернулась на молодой мужской голос, и тут же почувствовала, как кто-то резко дёрнул из ее рук сумку.
- Да что ж вы делаете, окаянные? - закричала женщина, и вцепилась в тонкий ремешок, - Отдайте, там же последние деньги у меня!
Что-то тяжёлое, твердое опустилось сзади на голову, женщина разжала ослабевшие пальцы, упала, и наступила темнота.
****
- Это я виноват! - Леша сидел возле простого, обитого красной тканью г р о ба, и по щекам его, одна за другой, катились слезы, - Попросил деньги скинуть мне, на платье не хватало, не рассчитал чуть-чуть! Ну зачем, зачем я ее попросил?!
- Не вини себя, Лёш, никто не виноват, - устало сказала Нина Игоревна, положив руку ему на плечо, - Так бывает, нелепое стечение обстоятельств.
- Как же так? Не успел, ничего не успел! - парень положил свою ладонь на холодные, сложенные вместе руки матери, - Ну почему? За что? Она же всю жизнь и не жила толком, ничего не видела, и я... Я ещё... Я хотел прощения у нее попросить на этот Новый год, а теперь...
Лидия Викторовна лежала, словно живая, в своей квартире, рядом с близкими и родными людьми. На ней было надето то самое платье, которое вез в подарок единственный сын.
Гримёр постарался на славу: на щеках женщины играл лёгкий румянец, губы чуть подкрашены, на лице застыло спокойное, умиротворённое выражение. Казалось, что она просто уснула, и вот сейчас откроет глаза, увидит сына, платье...
- Прости, мам, - тихо, едва слышно прошептал Алексей, бережно поправляя оборки на ткани, - Прости...
Веки п о к о й н о й чуть дрогнули, а по щеке медленно покатилась прозрачная слезинка.
- Что это? - воскликнул пораженный Алексей, сжимая руку крестной.
- Она услышала тебя, Леша, - не отрывая взгляда от лица подруги, прошептала женщина, - Она тебя простила.
Друзья, если вам понравился рассказ, подписывайтесь на мой канал, не забывайте ставить лайки и делитесь своим мнением в комментариях!
Копирование и любое использование материалов , опубликованных на канале, без согласования с автором строго запрещено. Все статьи защищены авторским правом