- П-представляешь, ик! Они взяли, и, и… Ик! Поймали уходящий год луч-чше, ик, меня! Да на что я вообще годен! – горько жаловался на жизнь бармену Пэр-Ноэль, опрокидывая в себя очередной бокал чего-то горячительного. Или горького, или и того, и другого, в общем, чего-то с буквы «г».
Бармен, молодой сообразительный парень, только своевременно кивал, изредка предлагая повторить заказ.
Пока в бар не ввалились они. Весьма представительный алхимик и семенящая за ним миниатюрная учительница.
- Эй, приятель, нам нужна твоя помощь, - с ходу заявил Шлейфрих, лихо перекидывая бороду через плечо.
- Заварили кашу, а мне теперь расхлёбывать? – мутно глянул на него охотник. – Вы меня не уговорите.
- Мы, возможно, нет, а вот она… - интригующе протянула Фрида и повернулась к двери.
- Ваша хвалёная Волшебница ничего не сможет предприня… - начал Пэр-Ноэль, но его перебил знакомый голос.
- А я не волшебница, я фея, дорогой мой, - ухмыльнулась Бефана, стоя руки-в-боки в дверном проёме.
- Кого я вижу, - мигом протрезвел охотник и кинулся приветствовать старую подругу.
Когда они обнялись и расцеловались, Бефана заявила с энтузиазмом:
- Ну, а теперь пойдём спасать твою карьеру…. И Новый год, заодно!
***
Как авторитетно заявил Пэр-Ноэль, чтобы переманить зверька от Волшебницы, где бы та ни была сейчас, им нужна ещё более привлекательная приманка, чем глинтвейн. Охотник рассказал, что уходящий год очень любит вещи, которые вызывают у людей приятные ностальгические воспоминания. После чего вся честная компания, заскочив домой а такими вещами, собралась в лавке Бёзара Гайста, так как у него барахло, связанное с прошлым, всё ещё оставалось, пусть и в небольших количествах. Да и само место пропиталось атмосферой старины, что должно было понравиться маленькому бирюзовому негоднику.
Каждый притащил что-то своё. Вим откопал у себя дома старые комиксы с пожелтевшими страницами. Ивон, скребя сердце, внесла свою лепту альбомом с раритетными марками. Шлейфрих выделил один из дедовских трактатов. Адалхад пожертвовал бутылку древнего вина, что ему подарили на прошлый Новый год родители Хэди, а та, в свою очередь, пристроила к общей куче своего детского плюшевого мишку-обнимашку. Фрида же, виновато потупив взор, предъявила тетради по химии, но из времён, когда она сама училась. Ивон с удивлением отметила, пролистав, что поначалу даже у их учительницы бывали плохие оценки.
Все приманки они сложили в одну кучу и расселись вокруг, подкарауливая свою добычу.
- И теперь мы просто ждём? – с сомнением изогнул бровь Вим.
- Ну, да, мальчик, а что ж ещё нам делать? – развела руками Бефана.
- А представляете, вдруг старый год убежит сам, а Новый наступит прямо сейчас? – предположила вдруг Хэди.
- И что с того? – полюбопытствовала Ивон.
- А ты вот представь, что как Новый год встретишь, так его и проведёшь, - ответил за ученицу господин Альта. – И вот посмотри, где ты? В какой-то вонючей лавке…. Без обид.
- Обид никаких нет да и не бывает, я просто отобедаю вами, - фыркнул Крампус.
- Вы хотели сказать, «с вами»? – попыталась помочь ему Хэди, памятуя о плохой речи нового знакомого.
- Да-да, разумеется, - оскалился господин Бёзар Гайст.
- А посмотри, с кем ты? - меж тем продолжал разговор Адалхад. – С толпой каких-то странных незнакомцев, с чудищем…
- Со своей учительницей, - подсказала Фрида и мило улыбнулась, надеясь сгладить ситуацию.
- О, ещё хуже, - господин Альта только и делал, что нагнетал. – И, наконец, что ты чувствуешь
- Разочарование… - помедлив, вздохнула Ивон. – И тревогу.
- И как, скажи на милость, ты проведёшь будущий год, если он сейчас наступит? – торжествующе хмыкнул Адалхад, завершая объяснение.
- Да ладно вам! – не выдержал Вим. – Глупости это. Пустые суеверия! Т-так ведь?
Он робко покосился на молчавшего алхимика.
- Не уверен, - честно пожал плечами тот. Вздувшаяся жилка на лбу у него пульсировала. – Это поверье родилось не на пустом месте, и очень может быть…
- Не верю в это! – вскочил с места мальчик. – А если так всё и обернётся, то Волшебница непременно придёт и нам поможет!
- А если она не захочет? – задал резонный вопрос охотник. – Ведь она эту кашу и заварила. Вы не думали, зачем? Может, она решила наказать вас всех за что-то? Может, она не захочет вам помогать? Или, может быть, она пожертвует вашим счастьем ради счастья остальных горожан? Лебен – далеко не деревня…
Повисла пронзительная, тягостная тишина.
Прервал её звон разбившегося стекла. Благополучно пробравшийся в лавку пёсодракончик спихнул с полки одну из старых игрушек Хэди и господина Альты, что Крампус выкупил себе в магазин.
Балаган тут же поднялся несусветный. Уходящий год ловили все, в какой-то момент вся лавка превратилась в громыхающий кричащий тайфун. В конце концов, Пэр-Ноэль своим супер-сачком накрыл зверька… вместе с Волшебницей.
- Могу я спросить, что происходит? – строго спросила она, поглаживая разместившегося у неё на руках зверя, отчаянно ищущего защиты в складках её пальто.
И все наперебой заголосили.
- Да я не могу уже, я согласна на дополнительные занятия в каникулы, это всё равно лучше, чем бесконечная школа!
- У меня лавка почти битком пустая, мне продавать в следующем месяце что?!
- Это невозможно просто, нам уже жить негде, башня вся завалена моими тетрадями!
- Милочка, у меня ведь и другие города есть, там столько ребятишек подарочков ждут, я и так к ним совершенно опаздываю!
- Нет, это просто возмутительно! Моё драгоценное, хрупкое время, которого всё меньше и меньше, бессовестно украдено! А если я не протяну долго, я что же, Нового года никогда не увижу?
- Это просто воз-му-ти-тель-но! Я пожалуюсь на ваш городок начальству, они предпримут меры!
- Пока всё замерло, у меня совсем нет вдохновения, и все мои стеклянные птички и зверушки выходят злыми и перекошенными!
- Я так с семьёй Ивон хотел отпраздновать Новый год, а он всё не наступает и не наступает…
- Но вы же хотели… - робко замечает Волшебница, пятясь назад по битому стеклу.
И тут терпение Шлейфриха лопнуло. Он заставил всех замолчать взмахом руки, и стал надвигаться на Волшебницу.
- Нет, мы хотели чего угодно, только не этого кошмара. Может быть, ты и волшебница, но ты явно не фея, исполняющая желания, - прошипел он. – Ты никогда не думаешь о последствиях, и в этот раз твои «чудеса» слишком далеко зашли. Просто оставь нас в покое и позволь самим разобраться со своими жизнями, нам всем было бы значительно лучше, если бы…
- Меня не было, - растерянно прошептала Волшебница и осторожно передала пёсодракончика Шлейфриху.
- Что? Нет, я вовсе не это имел ввиду! – воскликнул алхимик, понимая, что перегнул палку и обидел подругу. Но извиниться он не успел.
- Я поняла вас, - тихо произнесла Волшебница. В зеркале, стоящем рядом с дверью, отражались очерченные её силуэтом переплетения улиц, на которых поднимался буран. – Я хотела как лучше.… Простите. Счастливого Нового года.
И она исчезла с глухим хлопком, не оставив и следа. Входная дверь тихо заскрипела и приоткрылась, будто от сквозняка.
Шлейрих потерянно осел на пол, не осознавая, что порезал колени.
- Ну, что ж, позвольте откланяться. Мне ещё объяснительную обо всех этих плясках писать, - неловко переминаясь с ноги на ногу, Пэр-Ноэль забрал зверька из рук алхимика и вылетел наружу, спешно засовывая свой сачок в портфель.
Фрида подошла к своему любимому и положила ему ладонь на плечо. Хэди с Адалхадом встревоженно переглянулись, Крампус отправился за метлой и совком, Бефана приняла их и взялась подметать осколки, Ивон застыла, хмуро уткнувшись в телефон.
Вим кинулся к двери, но почти сразу же заскочил обратно, словно ошпаренный.
- Там метель лютая, не видно практически ни шиша, машины тормозят и аварийки зажигают, одним словом…
- С наступившим Новым годом, господа, - только и смогла выдавить Ивон, показав всем дату на экране: «1-е января, среда».