Шансов не упасть у меня не было! Так как выйдя из храма после праздничного ночного богослужения, я оказалась поставленной перед фактом, что весь город за каких-то пару часов превратился в сплошной каток!
Единственным живым местом выглядела дорога, но прихожане начинали разъезжаться на машинах, и идти по ней мне казалось не совсем правильным.
На противоположной стороне улицы светилась белая полоска снега. По нему я могла передвигаться, не боясь упасть, но…к сожалению, до земли я так и не добралась. Сразу же, как только моя правая нога вступила на покатый (в темноте этого не было видно) тротуар, она поехала, и я со всей силы шлёпнулась на левое колено.
Боль была такой сильной, что ноги не выдержали, и я рухнула на оба запястья. Правое поехало вслед за правой ногой, и кто кого кромсал в той схватке – лёд кожу или кожа лёд – мне сказать сложно.
Встала, я, впрочем, быстро. Наверно от того, что уже была в ужасе от увиденного ещё до падения. Всё же не каждый день ты оказываешься в обстоятельствах, которые раньше приходилось наблюдать только в фильмах-катастрофах. Но одно дело – фильмы, и совсем другое – жизнь!
Как-то сразу стало понятно, что я дико, до одурения, хочу домой! И пойду я по проезжей части, присыпанной грязным НЕСКОЛЬЗСКИМ снегом. Риск быть задавленной больше не казался существенным. По тротуарам, два часа поливаемым сильным ледяным дождём, по-моему, даже ползти было невозможно.
Засунув кровоточащую руку в карман и прихрамывая на полыхающую болью левую ногу, я бы всё равно не смогла этого сделать. И я пошла прямо на автомобили, надеясь, что моя красная шапка делает меня хоть немного видной на проезжей части.
К счастью, машин было немного. И до дома я добралась без приключений. Но перед тротуаром встала. Так как он тоже не был ничем посыпан. Когда я уходила в храм, тротуары были ещё нормальные. Необходимый мне песок был за ним. Дома.
Какой-то несчастный метр я преодолевала после пяти минут разглядывания льда на предмет обнаружения в нём слабого места, которое мне пришлось пробивать больной ногой. За ворота я смотрела с нескрываемым ужасом, но, кое-как справившись с покрытым льдом замком, оказалась… в настоящей сказке: кругом был снег, который нам не приходит в голову чистить до голого асфальта, и я смогла пройти по нему, ни сантиметра ни скользя, до самого дома!
Первый час я пыталась не упасть в обморок. Запястья пульсировали. Нога болела и распухала. Рана же на правой руке и вовсе затянулась… красным льдом. Руки, впрочем, удалось тщательно промыть хозяйственным мылом. Именно на этом моменте я и стала отключаться.
Второй час я потратила только на то, чтобы вымыть заплаканное лицо, выпить обезболивающее, наложить тугую повязку на ногу и сделать чай к приготовленному с вечера салату «Оливье». Есть хотелось страшно!
И так как спать было совершенно невозможно, то уснула я только в семь. Ну, как уснула? Стабильно, раз в два часа, меня что-то будило: то задетая во время сна рана, то вновь налившаяся болью нога, просящая очередную порцию мази, то общий фон ноющих мышц и почему-то… костяшек пальцев, на которые я, похоже, вставала, чтобы подняться со льда.
Ближе к вечеру попробовала снять с начавшей цвести синяками ноги эластичный бинт, но мне тут же стало дурно. Замоталась по новой, думая, а не путаю ли я сильный ушиб с закрытым переломом? Поговорила с мамой, которая в одну из зим падала на ту же часть ноги, что и я. У неё тоже был ушиб, и нога выглядела гораздо хуже (впрочем, для синяков – ещё не вечер). Немного успокоилась. Сняла бинт, так как мама сказала, что их нельзя носить сутками. Кое-как промыла правое запястье хозяйственным мыло. Пока бродила туда-сюда, в основном, по Интернету, поняла, что без бинта не могу. Вот прямо не могу и всё тут! Прочитала, что при ушибах тугие повязки накладывают на срок до 48 часов. Вернула бинт на место.
Рождество – удалось! Не иронизирую. На Пасху, во время Крестного хода ночью, я уже падала. Теперь у меня полный комплект! Рада, что не ударилась головой, не повредила мобильник и, велик шанс, что отделалась лёгким испугом, хотя полежать несколько дней мне наверно всё же придётся. Морально не могу заставить себя выйти из дома – даже ко врачу, если вдруг решу, что он мне нужен. Всё кажется, что вокруг – сплошной лёд, и я там просто погибну. Психологическая травма – не иначе.