На чёрном, усыпанном миллионами ярких звёзд, небе появилась красная луна. Полупустая деревня, состоящая из сотни небольших деревянных домиков, этой ночью ожила. Во дворах зажгли большие костры, пламя которых взвивалось ввысь, разбрасывая снопы искр. Селяне выкидывали в огонь старую утварь, письма и фотографии – всё, что хотели оставить в прошлом. Всё, что хотели навсегда забыть.
Из года в год жителей становилось всё меньше и меньше. Кто-то умирал от болезней или несчастных случаев, а кто-то уходил, не возвращаясь. Деревня постепенно исчезала с земной поверхности. Пустующие дома катарактами забитых выбеленными досками окон смотрели на чистую гладь прохладного вечернего озера.
Но в этот раз в полночь всё ещё достаточное количество жителей собралось на большой пыльной площади. Они встали в круг. Старшие вывели детей в центр. Их было всего трое. Рядом с ними стояли двенадцать старых потрескавшихся столбов высотой с человеческий рост с горящими факелами наверху. Огонь наверху меланхолично разбрасывал тени, играющие в свои игры на сухой земле.
Гиму в этом году исполнилось восемнадцать. Щупленький паренёк с большим носом и тонкими, еле заметными усами смотрелся нелепо на фоне остальных жителей, выросших плечистыми и сильными на свежем воздухе, приученные к физическому труду с малолетства. Он знал, что сегодня ему дадут набор для резьбы и заставят сделать то, что он делать не хотел. Но избежать этого было нельзя. Через этот обряд проходили все.
А его с детства привлекало сочинительство. Строки, написанные шариковой ручкой, так хорошо ложились на старые пожелтевшие листы бумаги. Насыщенный сладковато-терпкий аромат чернил будоражил его ноздри. Возможно, он был простым графоманом и всё, что было исписано и спрятано под кроватью не имело никакого смысла. Пока остальные избавлялись от воспоминаний, он, наоборот, пытался их сохранить. Никто в деревне его не понимал.
На импровизированную сцену вышел старейшина, седой длинноволосый старик в длинном красном одеянии, и прокричал:
- Люди слушайте! Время пришло и время ушло. Вы это знаете… Люди смотрите! Из года в год мы проходим этот ритуал. Мы идём вперёд, оставляя прошлое позади… Люди чувствуйте! Обретите своё новое я. Без боли, без прошлого. Так пускай наша память останется только морщинами на лице! И теперь… Жеба из рода Ткачей будет первым.
Зрители восторженно смотрели на своего лидера. Год назад он говорил тоже самое, но все восхищались его речью, как будто слышали её впервые.
Из небольшой группы детей вышел долговязый юноша с рыжими волосами. Его лицо было всё покрыто веснушками. Он неловко оправил нарядную льняную рубаху, подтянул пояс с красным узором в виде повторяющегося ромба, разделённого на четыре части. Пальцы его немного дрожали, но сам Жеба старался выглядеть уверенным.
- Я готов! – громко произнёс он.
После этих слов к нему вышел его отец и присел на колени. Он скрестил руки на груди. Лицо его было обращено к красной луне. В уголках его закрытых глаз застыли две небольшие капли.
Рыжий юноша взял карандаш и начертил на коже отца линии под глазами, вдоль рта и носа. Потом аккуратно достал инструменты и краем отлогой стамески пошёл по нарисованному контуру, слегка постукивая деревянным молоточком. Тонкие щепки кожи отскакивали от лица, оставляя неглубокие борозды. На лице отца, стоявшего на коленях, стали появляться первые морщины.
- Прости меня, пожалуйста, - еле слышно прошептал Жеба.
В красном свете полной луны, казалось, что юноша работает над деревянной маской. И только подёргивание век, и неловкое сокращение мышц под кожей являлось доказательством того, что перед ним живой человек.
- Ничего, сынок… продолжай, - сквозь слёзы улыбнулся его отец.
«Зачем мы это делаем? - с досадой подумал Гим, наблюдая со стороны. - Что, если отказаться? Сказать, что я не буду этого делать?».
Закончив с кожей, Жеба аккуратно взял пальцами несколько пучков волос своего родителя и с благоговением протёр их лоскутом ткани, который был смочен специальным раствором. Волосы обесцветились. Больше морщин и проседь в волосах – вот результат работы сына.
Соседи аплодировали и поздравляли. Юный, но теперь официально ставший мужчиной, он, скромно улыбаясь, отошёл в сторону.
- Благодарим тебя, Жеба! Ты заслужил своё место среди нас! – прокричал старейшина, а потом назвал следующее имя, - Гим!
Люди громко заулюлюкали и неодобрительно засвистели. Следующий кандидат в мужчины был им не по нраву. В тайне каждый из них надеялся, что парень не сдаст и его выгонят. Даже его братья.
Отец Гима давно умер, и осталась только мать, которая с каждым взрослеющим ребёнком становилась всё старше и грустнее. Она заплетающимся шагом вышла к нему в центр. Подросток всмотрелся в её лицо и не нашёл место, где можно было бы нарисовать новые линии. Несколько лет назад его старший брат, Шекул, оставил ей полголовы седых волос и изрезал некогда красивое лицо глубокими морщинами, а ещё через год и средний брат Нана. Теперь наступила его очередь.
- Мальчик, выходи. Пришло время стать мужчиной, - снова прокричал старик.
Мать понуро смотрела на него.
- Я не хочу! – прокричал он в ответ.
- Ты не можешь не хотеть! – вкрадчиво произнёс вождь, слегка смущённый необычным ответом.
- Почему? - закричал он, - как же легко вы всё забываете. У вас нет прошлого, а значит и нет будущего. Нельзя мечтать и строить будущее, пребывая в забвении. Жеба, помнишь ли ты, что у тебя была мать?
Жеба ни на шутку испугался, и прокричал ему в ответ:
- Какая мать? Ты о чём, Гим? У меня всегда был только отец.
- В прошлом году, ты сжигал её фотографии и письма в большом костре. Она умерла от заражения крови. Как мог ты её забыть? На её лице ещё не было морщин. А ты, Шекул, помнишь ли нашего отца?
- Брат, прекрати! Ты нас позоришь! – спокойно ответил он, - у нас не было отца.
- Нана, помнишь ли ты нашу маленькую сестру, которой больше нет? А ты, мать?
Мать с грустной улыбкой нерешительно покачала головой.
- Мы делаем зарубки на коже, чтобы забыть, - продолжал Гим, - и я знаю, что нужно, чтобы мы все вынырнули из забвения. Чтобы мы смогли вернуть память и обрести мечты. Вы разве не видите? Наша деревня умирает! Совсем скоро не останется никого. Те, кто уехал, не хотят возвращаться. Да и зачем? Взгляните на себя. Увидьте, кем вы стали!
Гим схватил факел со столба и побежал к озеру.
- За мной! – кричал он, схватив мать за руку. Она поплелась, спотыкаясь, за ним словно сомнамбула.
Вождь попытался было остановить их, но не смог подобрать нужных слов. Остальные на почтительном расстоянии озадаченно последовали за возмутителем спокойствия.
Берег озера, освещался кострами. Юноша подвёл мать к воде и, подсвечивая факелом её отражение, прошептал:
- Смотри!
И она взглянула в своё лицо, как будто видела его впервые. Морщины заговорили с ней потерянными воспоминаниями. Она вспомнила своего мужа и то чувство, что напоминало о нём. А потом всё исчезло и превратилось в тупую ноющую боль.
- Зачем ты мучаешь меня? – спросила она, превратившись из бледной тени, в живого человека, - я не хочу страдать, я не хочу помнить. Просто будь как все, вырежи новую морщину на моём лице и забудем об этом.
- А что дальше? – спросил он её.
- Просто будем жить…
Люди вокруг стали растворяться вместе с угасающим огнём костров. Наступил розовый рассвет, который прогнал луну прочь.
- Оглянись, никого не осталось. И тебя тоже. Коварная луна подарила всего одну ночь прошлого, - обращаясь к своему отражению в воде, сказал он.
Гим стоял в одиночестве посреди пустынного берега, по которому были хаотично раскиданы заброшенные домики вымершей деревни. Он продолжал старательно записывать в блокнот всё, что приходило на ум, но его память сдувалась словно дырявый воздушный шарик. В его голове помещалось всё меньше и меньше воспоминаний. В озёрной глади он был уже стариком. Почему так вышло? Видимо, кто-то приходил к нему по ночам, вырезал на лице новые морщины и забирал прошлое. И, как ни старался, Гим никак не мог поймать этого незнакомца, чтобы заставить вернуть ему всё, что тот украл. Кто это был? Может это пропавшие жители деревни мстили за то, что он когда-то нарушил правила? Или красная луна забирала свою дань?
Ответа не было. Только спокойная поверхность воды, тихая свидетельница былого, бесстрастно наблюдала за ним, не испытывая никаких эмоций. Скоро и он тоже перестанет что-либо чувствовать и помнить.
Одинокий старик, теряющий память…
Автор: Вадим Березин
Источник: https://litclubbs.ru/duel/2657-pamjat.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Подписывайтесь на наш второй канал с детским творчеством - Слонёнок.
Откройте для себя удивительные истории, рисунки и поделки, созданные маленькими творцами!
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: