Мы попросили одного из со-авторов книги «Эндшпиль Европа. Почему потерпел неудачу политический проект Европа – и как начать снова о нём мечтать» (2022), доктора Хауке Ритца коротко представить эту книгу. – Д-р Ритц, прошу Вас!
- Спасибо! Для начала хотелось бы коротко рассказать о том, как возникла идея «Эндшпиля Европа», как складывалась работа над ней и, далее, о том, какие реакции на нее, в первые месяцы после ее публикации, последовали в Германии. Но сначала скажу пару слов о себе. Защитив докторскую диссертацию по философии в Гумбольдтовском университете в Берлине, в ходе своих исследований по философии истории я стал всё более интересоваться к историческим переломным моментам в нашей современности. С 2007 года мое внимание сконцентрировалось на экспансионистском характере внешней политики США и я начал понимать, что происходящее подготавливает новую «холодную» или даже «горячую» войну между США и Россией. И осознание этого значительно повлияло на мои исследовательские интересы, отодвинув на второй план «чисто академические» вопросы. Я стал независимым исследователем, сосредоточившись, преимущественно на изучении проблем мира и опубликовав ряд эссе и статей по этой проблематики, а также работал как публицист, преподаватель и издатель. С 2014 года я регулярно посещал Россию, некоторое время, при поддержке Германской службы академических обменов (DAAD) проработал в РГГУ, после чего, летом 2022 г., вернулся в Германию; и где-то через месяц по моему возвращению я встретился с Ульрикой Геро, с которой уже пару лет был знаком и время от времени контактировал, в частности, по поводу одной написанной мною статьи. Мы с ней поговорили и она упомянула, что в 2022 году исполняется 30 лет Маастрихтскому договору, т.е. основанию Европейского Союза, появившемуся через несколько недель после распада Советского Союза, и о ее плане написать книгу о причинах провала этого проекта Европейского Союза. А этот провал имеет, с одной стороны, внутриполитическое измерение – провал демократии и республиканизма во внутренних структурах ЕС; но также у этого провала имеется и внешнеполитическое измерение, которое сильнейшим образом проявляется в плане ухудшения отношений между Германией, соответственно – Европой, «Западом», и Россией и, конечно же, в войне на Украине.
В этом «внешнеполитическом» аспекте она считала, что сама недостаточно хорошо разбиралась, и спросила меня, не могу ли я ей помочь в совместной проработке и написании соответствующих глав книги. И затем, очень быстро, из этой «помощи» развилось наше со-авторство. К тому же издательство очень четко обозначило дату, к которой книга должна была выйти в свет. – Мы приступили к написанию книги 7 августа 2022 года, а в сентябре, нам уже предстояло предоставить ее текст издательству, То есть времени у нас было лишь шесть недель.
Уже через 3 недели нам удалось определиться со структурой книги, т.е. все ее главы были прописаны. Еще три недели было уделено редактуре и корректуре текста, после чего издательство Westend [Frankfurt] отправило книгу в печать. (Относительно издательства Westend можно сказать, что само оно, будучи сравнительно небольшим, работает с актуальными “пограничными” темами и, в частности, поэтому, имея очень хороший PR-отдел, является одним из самых заметных среди многочисленных небольших немецких издательств.) И нам удалось сделать действительно хорошую презентацию книги на Франкфуртской книжной ярмарке, так что она сразу попала в списки “бестселлеров”, добравшись в нем до тринадцатой “позиции”.
Однако уже через неделю после публикации книги Боннский университет, где работала Ульрике Геро, начал дистанцироваться от нее. Впрочем, мы сами, конечно же, осознавали, что после публикации книги на нас обрушатся потоки критики. Однако мы надеялись, что через нее нам удастся завязать дискуссию о будущем Европы и ЕС. У книги появилась “собственная” wiki-страничка{1}, на которой были собраны критические по отношению к ней публикации, появившиеся в «нормальных» медиа. – Посвященные «политическим» темам wiki-страницы почти всегда оказываются «партийными», односторонними, что также проявилось и на этой страничке, вовсе не упоминающей положительные отклики на «Эндшпиль Европа».
Наша книга, помимо прочего, показала, что внутри немецкой общественности существует определенный раскол, поскольку практически все «альтернативные» медиа отзывались на нее положительно, тогда как «мэйнстримные» медиа говорили о ней исключительно негативно. Но, так или иначе, за несколько месяцев книга привлекла к себе внимание. А потом Ульрике уволили из [Боннского] университета. Причем, конечно же, на «Эндшпиль Европа» или на предыдущую книгу Ульрики «Кто молчит – тот соглашается» (2022){2}никак не указывалось как на причину увольнения – заявленным основанием увольнения был вмененный Ульрике «плагиат» в одной из ее более ранних книг.{3} Однако, если внимательно просмотреть то первой издание этой ее [обвиненной в плагиате] книги, то в нем обнаружится куча опечаток, поскольку издательство тогда очень торопилось с ее публикацией, причем как раз эти опечатки, например – пропущенные кавычки, были проинтерпретированы как “плагиат”. <…>
Почему нападки на “Эндшпиль Европа” оказались столь "жесткими"? – С одной стороны, в этой книге объединялись, так сказать, две разные“среды”. Потому что люди, обычно занимающиеся “европейскими проблемами”, вопросами ЕС, - они никогда не занимаются внешней политикой; а люди, занимающиеся Россией или расширением НАТО на восток, как правило, не интересуются делами ЕС. А “Эндшпиль Европа” как раз объединяет эти два проблемных поля, т.е люди специализируюшиеся в одном проблематике здесь обращаются и к другой. Кроме того, в этой книге мы публикуем информацию, которая является очень, так сказать, “неприятной” для сегодняшней “западной” политики. Например, в середине книги дается список всех маневров и активностей НАТО на Украине. Их перечисление занимает 4-5 страниц книги, и по их прочтению уже невозможно верить что НАТО никак не было причастно к войне на Украине. Помимо этого, наша книга постоянно обращается к восстановлению контекста, взаимосвязи между событиями 1989/90 года, «падением Стены», и сегодняшними реалиями. Т.е она коротко излагает всю история отношений Восток-Запад по окончанию Холодной войны. И отсюда становится ясно, что «горячий конфликт» на Украине случился не на пустом месте, что он имел предысторию, ответственность за которую также несет и «Запад».
Еще одним фактором, приводившим к нападкам на книгу, выступала фигура самой Ульрики Геро, известной, «публичной» персоны в Германии, которая как политолог на протяжении многих лет по приглашению различных медиа часто выступала в роли эксперта и, кроме того, имела хорошие связи с немецкими, французскими и, отчасти, американскими политологическими элтами. Первоначально она училась в Париже на отделении «советские и восточноевропейские исследования» у Элен Каррер д’Анкосс. Затем, поработав в качестве научного сотрудника в немецком Бундестаге, она сразу получила непосредственное представление о том, как делается «европейская политика» (Europapolitik). Далее, с 1996 года, последовала ее работа в Институте Жака Делора «Наша Европа» (Notre Europe) в Париже. С 2000 года она возглавляла европейский отдел Немецкого совета по международным отношениям (DGAP), а затем с 2004 по 2007 год работала в Немецком фонде Маршалла (GMF) в Вашингтоне. Тогда она познакомилась со многими неоконсерваторами, такими как Уильям Кристол, Роберт Каган, Кристофер Колдуэлл, Пол Вулфовиц, Энн Эпплбаум, Фиона Хилл, Рональд Асмус, Радослав Сикорский и др. Однажды она даже участвовала в подиумной дискуссии вместе со Збигневом Бжезинским. Занимаясь европейскими проблемами, она не имела никакого прямого отношения к геополитическим планам неоконсерваторов. планирует делать напрямую. Однако, конечно же, эти планы и их обосновывающая риторика становились ей известны, и время от времени она сталкивалась коллегами, отстаивая европейскую перспективу. Она дистанцировалась от неоконсерваторов, но вместе с тем надеялась на возможность изменить что-то изнутри. В 2007 году она вернулась в Европу и начала работать в Европейском совете по международным отношениям (European Council on International Relations), деятельностью берлинского бюро которого она руководила. В этой должности ей также довелось поработать с Джорджем Соросом, чьи идеи общей европейской финансовой политики она поддерживала, поскольку выступала за создание европейского сообщество солидарности, из которого позднее смогла бы возникнуть Европейская Республика. Однако как раз этот ее идеализм в отношении создания Европейской Республики оказался «неудобен», так что в 2013 году она потеряла свой пост в Европейском совете по иностранным делам. После этого в 2014 году она основала Лабораторию европейской демократии (European Democracy Lab), деятельность которой направлена на продвижение демократизации Европейского Союза, и разработала [вместе с австрийскм писателем Робертом Менассе] арт-проект провозглашения Европейской Республики{4}. Это вызвало новый интерес к ее работе и, в частности, привело к приглашению занять должность профессора в Кремсе (Австрия), а затем в Боннском университете... Учитывая всё это, понятно, почему исходящая от нее критика была воспринята иначе, нежели критика за авторством кого-либо из «диссидентов», никогда не занимавших «заметных» позиций. Этими двумя книгами - сначала о корона-кризисе, а затем об «Эндшпиле Европа» в свете войны на Украине) – Ульрике, в понимании «этих людей», совершила две «серьезные» ошибки; поскольку если ты некогда находился в «их лагере», а потом открыто выступил против – «их» сторона воспримет это как некий афронт, публичное оскорбление. Ну и «для острастки» - чтобы какие-либо другие ученые или политэксперты даже не задумывались повторить что-то подобное – против книги вообще и, в особенности, против Ульрики Геро была проведена жесткая кампания: появилось около 180 статей в прессе, сообщавших о ее «ошибках», написанных против нее. Дело дошло даже до того, что попытались устроить скандал по поводу «проблем со здоровьем» у Ульрики Геро...
ВОПРОС: Относительно последовавших нападок на «научность», или «ненаучность», книги – каким образом критики из мэйнстримных медиа обосновывали эти свои упреки?
- В этой связи я напомню, что книга «Эндшпиль Европа» была написана за 3 недели, т.е. на весь процесс ее создания, от формулирования идеи до сдачи текста «в печать», ушло лишь 6 недель. Естественно, она не делалась как «диссертация на соискание докторской степени». И уже в самом начале книги, в «Предисловии» к ней, мы говорим, что это «эссе», цитируя слова философа Теодора Адорно [из его текста «Эссе как форма»] о том, что «эссе начинается не с Адама и Евы, а с того, что хочется сказать. Оно говорит то, что кажется уместным, и обрывается там, где чувствуется необходимость завершения...».
Так что эти упреки [в «ненаучности»] в адрес нашей книги неуместны, поскольку она не имела каких-то высокихпретязаний на «академическую научность». – Принципам «научности» мы, конечно, стремились соответствовать, но не тем критериям «академичности», что необходимы при написании докторской. В избранной нами для книги форме «эссе» мы хотели дать обозрение того трагического пути, который прошла Европа за последние 30 лет, со времени «падения Стены» и основания Европейского Союза.
Книга называется «Эндшпиль Европа», потому что мы действительно считаем, что политические процессы последнего тридцатилетия ведут к концу Европы как одного из «мировых центров» или как важнейшего актора в мировой событийности. В середине книги мы приводим карту 1534 года, одну из старейших карт Европы, на которой Европа представлена как женская фигура [«королевы»], чья голова - это Испания, руки – Италия и Дания, грудь – Германия, а основанием которой выступает, с одной стороны, Греция и Константинополь, а с другой – Россия.
Этот образ показывает, что Европа является неким единым целым. Отдельные страны, конечно же, отличаются друг от друга, имеются различные государства. Однако динамика развития истории искусства, игровые формы являются общими для всей Европы. Европа – это единое пространство культурного резонанса, где во взаимном влиянии развивались различные национальные литературы: Гёте быстро переводили на французский, немцы читали английскую литературу, немецкая философия распространялась по всей Европе, Достоевский и русская литература и классическая музыка имела огромное влияние. Если какой-нибудь путешествующий сегодня «азиат» сначала приедет в Санкт-Петербург, а потом пропутешествует в Рим и Лиссабон – он увидит единое архитектурное пространство
И в своей книге мы аргументируем, что если это пространство культурного резонанса, являемое Европой, окажется пресечено по его географически наиболее широкой части, то Европе будет нанесен ущерб во многих аспектах. Во-первых, Европа пострадает экономически, если ее отрежут от ресурсной базы Сибири, как и от растущих рынков на востоке: России, Китая, Индии, азиатских стран. Если Европу разрежут в самой ее широкой части – она превратится в зависимый от Америки полуостров.
Наша книга ушла в печать еще до того, как оказался разрушен газопровод “Nord Stream 2”, но это разрушение определенным образом уже предвосхищалось в нашей аргументацией.
ВОПРОС: Несколько возвращаясь назад, к упрекам о “ненаучности” вашей книги (исполненной в очень достойной и требовательной, на мой взгляд, форме “эссе”) со стороны ее “мэйнстримных критиков”: исходя из каких образцов “политологической научности” предъявлялись эти упреки? Что или кто, по мнению критиков, выступает образцом такой “полиической научности”? Может быть, тот же Бжезинский с его “Великой шахматной доской”? Или – не менее политически “заряженный” - Фукуяма с его “Концом истории”?..
- Упреки в “ненаучности” сегодня применяются произвольно. Если кто-то аргументирует в пользу НАТО – ему оказывается позволительным приводить сами безумные статистические выкладки и цифры, оперировать расистскими клише, упрощенчески преподносить историю, и при этом никто и не подумает упрекать его в ненаучности. Но если кто-то решится поставить под вопрос интересы НАТО или интересы США, то упреков в “ненаучности” ему не избежать – не важно, сколь много обосновывающих сносок ты приведешь. И в нашей книге имеется множество ссылок, без малого триста.
ВОПРОС: Имела, имеет ли эта книга для вас самих, Хауке, для Ульрики Геро, характер личного свидетельства? Была ли у вас какая-то личная подоплека, основания для ее написания?
- Как Ульрике, так и я чувствовали потребность высказаться о возникшей ситуации. Ульрика хотела, чтобы 30-летний юбилей Европейского Союза не оказался замолченным, я же хотел, чтобы через полгода после начала войны, когда “официальная” немецкая общественность находилась под своего рода гипнозом, была бы наконец честно рассказана ее контр-история (die Gegengeschichte), альтернативная к повсеместно утверждаемой, без расхожей лжи и умолчаний. Поэтому в книге говорится и про обнаруженные на Украине тайные био-лаборатории или ставится вопрос о том, какой смысл и предназначение имеет для США “Ракетный щит”, система ПРО, наращиваемая ими в Восточной Европе.
Я нигде никоим образом не пытался сгладить аргументацию книги, чтобы как-то способствовать ее публикации, продвижению. Большей частью я занимался написанием той главы книги, которая разбирает историю немецко-российских отношений, отношений “Западная Европа”-Россия, и относительно возобладавшей сегодня политики у меня всегда было такое чувство, что она - не надолго, так что нет риска в том, чтобы говорить правду.
ВОПРОС: Почему вы считаете, что политики, сегодня отвечающие за развитие проекта Европейского Союза, неспособны справиться с его актуальным кризисом через какие-то его изменения и преобразования к лучшему? Почему полагаете, что он обречен на провал?
- Спасибо за вопрос – он дает мне основания обратиться к представлению 2-й части книги, о которой я пока не говорил. – Выше я, преимущественно, говорил о содержании тех частей книги, к написанию которых сам был причастен, - о России и Украине и о планах США по отношению к Европе. Ульрике же писала о культуре Европы и о провале политического проекта Европейского Союза.
Когда учреждался Европейский Союз, были провозглашены два базовых обещания. Первое обещало создание в Европе долгосрочного мирного порядка, который положит конец долгой цепочке войн XX века: от Первой и Второй мировых войн до «холодной». – В нашей книге мы говорим, что с 1914 года Европа пребывает в состоянии гражданской войны и что война на Украине представляет собой лишь актуальную манифестацию этой уже «столетней» европейской гражданской войны.
Что касается Европейского Союза, то его первой значимой неудачей было то, что он не сумел установить прочные и устойчивые отношения с Россией. Вторая его неудача заключается в невыполнении первоначально озвученного обещания о том, что ценности республиканизма и демократии утвердятся как европейские ценности. – Но Европейский Союз сегодня – он просто недемократичен. Европейская комиссия сейчас подобна ЦК КПСС: никакие ее решения не легитимируются демократическим образом! Известно, что в Брюсселе пребывают и функционируют 40’000 лоббистов, которые оказывают большее влияние на европейскую политику, нежели все граждане или даже отдельные государства Европы. А для обычных людей Европейский Союз предстает как некая технологическая структура: они никак не могут повлиять на принимаемые в нем решения и процессы. И это, естественно, приводит к росту популярности критичных по отношению к европейскому проекту партий и движений.
В нашей книги мы описываем историю неудач в принятии Европейской конституции. Когда выстраивался ЕС, был определен ряд задач, которые предстояло исполнить: сначала следовало устранить границы [между государствами внутри ЕС], а затем создать общую валюту. Эти две вещи были достигнуты, однако, вопреки планам, не была принята Европейская конституция, которая укоренила бы граждан Европы в Европейском союзе. В 2000-х был сверстан проект такой конституции, который был вынесен на национальные голосования, но на референдумах во Франции и Голландии в 2005 году он провалился. Тот конституционный проект не был удачным, поскольку, по большому счету, он был прописан с неолиберальных позиций, но тем не менее, будь он утвержден, им задавалась бы объединенность граждан стран ЕС (Bürgerverbindung). При всех ее несовершенствах было бы лучше принять ее, нежели так и остаться вообще без конституции.
Но та конституция не была принята и ее заменили «Договором». И «благодаря» этому Договору Европа сегодня оказалась просто райскм местом для капитала и международных концернов. Через лоббистскую деятельность можно влиять на любые политические процессы в Европейском Союзе. Можно играть на противоречиях между отдельными государствами и размещать свои фабрики и заводы в любом месте, где налогообложение наиболее низко. То есть Европа оказалась «свободной», прежде всего, для движения капитала, рабочей силы и товаров, однако Европейский Союз оказался неспособен защитить своих граждан от развертывания сил глобализации. За последние 30 лет в Европейском Союзе резко выросло количество бедных, мы видим, что возникли монополии – прежде всего, таких цифровых гигантов, как “Microsoft”, “Apple”, “Amazon”, “Google” - продавливающие свои интересы на политическом уровне. А американские (транснациональные) инвестиционные компании, такие как “BlackRock Inc”, “Vanguarde”, “State Street”, - они могут скупать и распродавать европейские промышленные предприятия, как им заблагорассудится.
Несмотря на это, судя по актуальным опросам, большинство европейских граждан практически во всех странах ЕС и сегодня по-прежнему выступают за единую Европу. Однако эту идею «единой Европы» они уже не связывают с Европейским Союзом. Большинство опрашиваемых сегодня отвергают «Европейский Союз» - но не идею «единой Европы»!
И, кстати, критика на нашу книгу поступала не только из мэйнстримных медиа, но и из альтернативной медиа-сцены, откуда нас упрекали в том, что мы «слишком доверяем» ЕС. Но... в пояснение, почему «Европейский Союз» воспринимается столь негативно: он ассоциируется с ценностями, которые не являются собственно европейскими. Допустим, европейские банкноты – на них изображены какие-то мосты, окна, но это не реальные мосты и окна – все они выдуманы! По какой-то причине Европейский Союз считает непозволительным соотнестись с [архитектурной] историей стран, которые он объединяет. А если посмотреть, какие НПО финансово поддерживаются ЕС, какая у них культурная политика – это всегда американская культурная политика. Например, ЕС тратит миллионы, если не на миллиарды, евро на различные проекты по продвижению "LGBTQ-ценностей" в Европе и мире. Но где, собственно, возникли эти ценности? - В Калифорнии, а не в Европе. Или, другой пример, американское общество имеет отяжеление историей рабства, и отсюда, как реакция на эту историю, возникло движения BLM [«Жизни чёрных имеют значение»]. Но у Европы нет такой истории рабства. Однако мы в Европе постоянно говорим и слышим про эти "BLM-ценности", словно мы – те же американцы.
Все эти ценности защиты прав меньшинств, борьбы с дискриминацией и пр. – они являются реакцией на противоречия американского общества, но они экспортируются в Европу. А ЕС даже не в состоянии защитить культурное наследие Европы. Где сегодня европейское кино, которое еще в 1950-60 годы было столь мощным и влиятельным? Ведь Европа всегда ассоциировалась с искусствами, литературой, философией, с отличением высокой культуры от массовой культуры развлечений. Но сегодня ЕС ориентируется только на развлекательные форматы и «калифорнийские ценности». Сегодня во многих странах просходят скандалы в связи с продвижением "ценностей" LGBTQ-движения* в школьные учебники. Школьникам объясняют, что смена пола – это “нормально”. Но в тот момент, когда на страницы европейских школьных учебников заносится идея о том, что “мужчины могут забеременеть” – в этот момент наследие европейского Просвещения оказывается преданным.
То есть главная проблема Европейского Союза заключается в том, что он не является европейским. А это произошло потому что сам ЕС возник при гегемонии США, он был выстроен в соответствии с “американским миром”. Если же этот “американский мир” оказывается несостоятельным, то и Европейский Союз становится “излишним”. Впрочем, “излишний” не совсем подходящее слово – ведь если завтра распустить ЕС, то, поскольку сегодня национальные экономики настолько срослись друг с другом, это окажется не менее катастрофичным, чем распад Советского Союза. Поэтому мы в нашей книге занимаем ту позицию, согласно которой, несмотря ни на что, следует попытаться спасти ЕС!
Мы совершенно несогласны с культурной политикой, проводимой Евросоюзом, критикуем его за недемократичность, но мы против того, чтобы его распускать. Следует его выстроить заново, причем выстроить изнутри. Если ЕС развалится, что, к сожалению, очень даже вероятно, то геополитические акторы, соседствующие Европе, растянут ее пространство по частям. И в таком случае, возможно, такие страны как Франция, Германия и Италия еще продолжат существовать как суверенные национальные государства, но такие маленькие страны, как Дания, Бельгия, Португалия, Греция – они просто подпадут под влияние какого-то другого гегемона. Как то и произошло с большинством постсоветских стран
Мы же нашей книгой пытаемся этому как-то воспрепятствовать. Я считаю, Европейский Союз следует сохранить, возможно, в уменьшенной форме, в его «ядре». И этот Европейский Союз должен-таки добиться своей суверенности. – Ведь сегодняшний Евросоюз не суверенен, причем в двух отношениях. Во-первых, он не суверенен потому, что нет никакой общеевропейской идентичности, т.е. она не развивается и не поддерживается. И, во-вторых, потому что определение векторов его стратегического мышления относительно будущего происходит в американских аналитических центрах (think tanks).
Европа нуждается в хороших отношениях с Россией, потому что у нас нет ни собственной нефти, ни собственного газа. Кроме этого, создание культурного единства Европы возможно лишь при включении, а не исключении России. Поэтому нам нужно соединение с евразийским пространством. Однако, поскольку у американцев другие интересы, мы вынуждены следовать американской политической линии. Хотя то, что Европейский Союз в случае Украины поддерживает позиции США, - с его стороны это составляет предательство Европы.
Вопрос: Почему такое жесткое название книги – “Эндшпиль Европа” – а не, допустим “Миттельшпиль…”? И, далее, по первому поверхностному просмотру вашей книги, мне не хватило в ней большей («научной») объективности в оценках актуальных российских реалий...
- Почему мы назвали нашу книгу именно «Эндшпиль Европа» (а не, допустим «Миттельшпиль...»). – Если вспоминать Европу 1950-х или 1960-х годов, периода начала холодной войны, и сравнивать ее с образами сегодняшней Европы, особенно жизни в ее метрополиях, в Лондоне, Берлине, Париже, - то начинаешь осознавать, что произошло с Европой за 70 лет подстраивания под культурную политику США.
И если Европа и следующие 20 лет будет оставаться в зависимости от США, не станет суверенной, то все европейские культурные традиции окажутся настолько ослаблены, что потом вообще не смогут восстановиться. Не будет ни европейского кино, ни европейской литературы. Также и европейская концепция солидарного, сплоченного, «сцепленного» (kohärente) общества навсегда уйдет в прошлое. Ведь у США концепция общества совершенно другая. Для США совершенно нормально, если треть или даже большая часть населения живет в бедности, - главное, чтобы у другой половины, у остальных были «шансы преуспеть». Однако в Европе на протяжении 150 лет было действенно рабочее движение; Европа вышла из революции; для нее значима концепция солидарного общества, внутри которого поддерживается и развивается «сцепленность» и равенство. Раньше в Германии был «рейнский капитализм»{5}, во Франции и Италии – сильные профсоюзы и коммунистические партии, и еще в 1970-е годы Европа сохраняла собственную экономическую политику. Но где-то с конца 1980-х годов, и еще более выраженно с 1990-х годов мы полностью переориентировались на американскую философию хозяйствования и их модель общества. Подобно американскому обществу, европейское общество становится всё более поверхностным, его сотрясают скандалы, всё сексуализируется, огрубляется. Если пройтись по сегодняшним европейским столицам, по Берлину или Парижу, невозможно не заметить картины бедности, людей, ночующих под мостами. Еще лет двадцать такой американизации – и с Европой будет покончено...
Относительно же характера представления в нашей книге «актуальных российских реалий» - мы считаем, что внешнеполитическое развитие России является зеркальным отражением соответствующей политики «Запада». Например, если бы предложения, сделанные В.Путиным в его речи в Бундестаге [25 сентября] 2001 года (произнесенной на немецком языке), были восприняты и поддержаны, то, возможно, были бы выработаны гораздо более тесные культурные и экономические связи между Европейским (на деле «европейским»!) Союзом и Россией и, соответственно, политические действия В.Путина оказались бы совсем другими. Схожие положения дел мы наблюдаем и в других странах, например, Латинской Америки. <...>
Для того, чтобы Россия смогла стать демократией, должна уже возникнуть мировая, европейская система («архитектура») безопасности. А кроме того, желал ли «Запад» действительно демократического развития России, или, наоборот, предпочтительным для него являлось как раз ее «недемократическое» развитие – чтобы было легче демонизировать Россию? В свете этого для меня политическое развитие России предстает зеркальным отражением процессов, происходивших на «Западе».
Примечания:
{1} [См. https://de.wikipedia.org/wiki/Endspiel_Europa - Прим.ред.]
{2} Ulrike Guérot. Wer schweigt stimmt zu. (Über den Zustand unserer Zeit. Und darüber, wie wir leben wollen). F/M, Westend, (07.03)2022). [См. https://www.westendverlag.de/buch/wer-schweigt-stimmt-zu/ - Прим.ред.]
{3} [Ulrike Guérot. Warum Europa eine Republik werden muss! Eine politische Utopie. J.H.W. Dietz Nachf., Bonn 2016. - Прим.ред.]
{4} [О проекте #Europeanbalconyproject (2018-11-10) cм.: https://www.deutschlandfunk.de/europaeisches-balkonprojekt-koennen-wir-jetzt-mal-zusammen-100.html ; https://tdz.de/shop/produkt/d9df2384-c785-435c-8576-b7c62c030a34 (Изд.: «The European Balcony Project, or The Emancipation of the European Citizens» (Berlin, Theater der Zeit, 2020)) – Прим.ред.]
- Признано экстремистским и запрещено на территории РФ.
{5}[См.: Альбер М. Капитализм против капитализма [= Michel Albert. Capitalisme contre capitalisme (1991)]. — СПб., 1998. – Прим.ред.]