– По-твоему за пять лет брака я совершенно ничего не нажил? – Гришка в недоумении уставился на Олю.
– Ну почему же, вот, сковородку можешь забрать, которую ты мне на день рождения подарил, – пожала плечами уже почти бывшая жена.
Она протянула явно разочарованному супругу дешевенькую посудину, в которой, откровенно говоря, и готовить-то было невозможно, потому что к ней все прилипало.
***
– Это ты куда намылилась? – Ирина Игоревна с любопытством наблюдала за дочерью. Та битый час крутилась перед зеркалом. Прихорашивалась.
– Куда надо, – весело пропела дочь и улыбнулась своему отражению.
– Ой, вы погляньте на нее! А то не вижу, что на свидание собираешься, – усмехнулась матушка.
– И что в этом такого? Мне двадцать два. Ходить в этом возрасте на свидание – сам бог велел, – заявила Оля и поправила перед зеркалом платье. – Как я выгляжу?
– Сюда нужно еще брошь подцепить и будет отличненько, – всплеснула руками мать и полезла в тумбочку за своей шкатулкой с бижутерией.
– Мам, ну какие броши? Ты как из девятнадцатого века! Сейчас такое не носят, – возмутилась девушка.
– Не спорь, вот увидишь, тебе понравится, – она извлекла из шкатулки красивую брошь в виде цветка. – Вооот!
Оля посмотрела в зеркало. Брошь и в самом деле пришлась к месту.
– Какая ты у меня взрослая, – грустно улыбнулась мать и обняла дочь.
– Мамуль, ты чего? – Оля обняла маму в ответ.
– Переживаю, ты же у нас невеста с приданным. У тебя вон, и квартирка своя есть, – женщина вздохнула.
– Мам, не переживай, Гриша хороший. Он меня точно не из-за жилплощади любит, – Оля улыбнулась, нежно чмокнула матушку в щеку и побежала на свидание.
Гриша был старше своей избранницы на три года. Он служил в одном госучреждении и чрезвычайно гордился этим фактом.
Их бурный роман очень быстро перерос в более прочные отношения. Девушка и опомниться не успела, как на ее безымянном пальчике оказалось обручальное колечко.
– Сначала купим машину, а потом уже будем о детях думать, – деловито заявил супруг вскоре после свадьбы. – И еще, все деньги будешь отдавать мне. Вы женщины – транжиры, не умеете правильно бюджет распределять.
Оля покривилась, но с таким положением вещей согласилась.
– Ты цену на это печенье видела? – сердито шипел Гриша на Олю.
– Конечно, одна пачка стоит семьдесят восемь рублей, – удивилась девушка.
– Ну, – не отступал супруг. – А рядом точно такое же, но без глазури сверху, но по акционной цене в два раза меньше!
– Гриш, я не хочу без глазури! – рассердилась Оля. До свадьбы она не замечала, чтобы любимый был таким скаредным.
– С твоими хотелками мы так отродясь на машину не накопим, – буркнул Гриша, вытащил из тележки Олино печенье и положил несколько пачек акционного.
Через полтора года после свадьбы Оля засобиралась в декрет. Такая вожделенная машина была куплена, можно было подумать и о потомстве.
Вскоре на свет появилась Юлька.
– Доча, привет, дорогая. Как твои дела? – не проходило и дня, чтобы мать не позвонила Оле.
– Мам, Юлька сегодня первый шаг сделала, – представляешь!? – возбужденно крикнула девушка в трубку.
– Ой, как здорово! – обрадовалась бабуля. – А папаня-то ваш, поди, опять все пропустил, – с явным осуждением в голосе заметила женщина. – Он, кстати, где сейчас? – как бы между прочим спросила она.
– Мам, у них там на работе аврал какой-то, комиссия за комиссией, проверяющие толпами пошли последние месяцы. Гриша звонил два часа назад, сказал, опять поздно будет.
– Олечка, а ты ему вот прямо сейчас позвони, – вдруг попросила мать.
– Так, мам, говори начистоту, что происходит? – Оля начинала сердиться.
– Ты только меня внимательно выслушай. Я сейчас была в торговом центре и видела твоего Гришку, он был не один…
– Мам, ты не могла видеть моего мужа. Я же тебе говорю, он на работе! У них аврал!
– Да, да, именно этот аврал и шел с ним рядом, такой блондинистый с накачанными губками, – Ирина Игоревна начинала выходить из себя.
– Ты обозналась. Мам, я своему мужу доверяю и даже слышать не хочу про твои подозрения. И оставь уже эту тему!
– Да как же оставь! У нее мужик не скрываясь налево гуляет, а она «оставь эту тему», – сердилась женщина. – Вот поговоришь сейчас со мной и позвони ему. Он в ресторане сидит и спокойно вино пьет со своей блондинкой.
– Так, мам, если тебе в свое время муж изменил, это вовсе не значит, что все мужики изменяют своим женам!
– Дай-то бог, – вздохнула женщина. – Но ты у своего Гришки телефончик-то проверь на всякий случай, – посоветовала она.
– Мааам! – рассердилась Ольга и отключилась.
***
– Привет, солнышко! – Гриша нежно чмокнул жену в щеку.
– Чего так поздно? – больше для порядка проворчала жена.
– Да так, проверка на проверке. Никак продохнуть не дают, – отчитался супруг.
– Ужинать будешь? Голодный, поди, после своих комиссий?
– Ты знаешь, я по дороге забежал, пирожок купил, так что совершенно не голоден, – беззаботно заявил супруг.
«А может ты и в самом деле в ресторане отужинал?» – промелькнула предательская мысль.
«Нет, мой муж меня любит. Нелюбимых жен солнышками не зовут!» – сама себя пристыдила Оля.
– Гриша, а вот я из декрета выйду, давай мы в отпуск на море слетаем, – мечтательно предложила Оля.
– А Юльку куда же? – удивился муж.
– Оставим с бабушками. Их, слава богу, у нее две, – улыбнулась жена.
– Давай, а почему нет? – улыбнулся супруг и нежно обнял жену.
«И все-таки муж меня любит», – окончательно убедилась Оля и умиротворенная уснула.
***
– Гришань, отведешь сегодня Юленьку в садик? А то у меня первый рабочий день после декрета, переживаю, как бы не опоздать, – Оля суетилась перед зеркалом.
– Без проблем, – отозвался супруг.
Два с половиной года декретного отпуска пролетели как один день.
Домой девушка шагала в приподнятом настроении, первая рабочая неделя был за плечами. Мама забрала Юльку к себе на выходные и они с мужем могут побыть вдвоем.
– Ой, чего-то Гришаня сегодня так рано? – удивилась Оля, увидев в окне кухни свет.
Она спешно вбежала в подъезд и засеменила по ступенькам.
– Как прошла рабочая неделя? – поинтересовался муж, помогая жене снять пальто.
– За-ме-ча-тель-но! – отчеканила Оля и рассмеялась. – Слушай, я и не подозревала, что настолько соскучилась по всем! – воскликнула она.
– Оль, я хочу с тобой серьезно поговорить, – Гриша присел на диван и увлек жену за собой.
– Гриш, что-то случилось? На работе неприятности?
Оля давно не видела супруга таким напряженным.
– Нет, на работе все хорошо, я не об этом. Понимаешь… я хочу развестись!
Оля слушала и не верила своим ушам. Она ждала, что муж вот-вот рассмеется и закричит: «Шутка!», но тот молча ждал ее реакции.
– Гриш, ты серьезно? – на всякий случай уточнила она.
– Я понимаю, ты удивлена... – совершенно спокойно заявил супруг.– Видишь ли, пока ты была в декрете, я не мог от тебя уйти. Я же ответственный человек, понимаю, нехорошо бросать женщину, которая на данный момент не в состоянии сама себя обеспечивать.
Оля слушала мужа и не верила ушам.
– Ты сейчас о чем? – она помотала головой, как будто пыталась отогнать от себя наваждение.
– Я же говорю русским языком. Как порядочный человек я не мог уйти от тебя, хотя у меня давно уже есть любимая женщина…
– Кто-кто у тебя есть? – Оле очень хотелось, чтобы все происходящее было ничем иным, как дурным сном.
– Успокойся! Я понимаю твою реакцию, вы женщины такие эмоциональные. Вот и Мила тоже давно теребит, мол, разводись, мы друг друга любим. Но я не такой! – с пафосом заявил Григорий. – Я не могу оставить женщину в декрете.
– А обманывать женщину в декрете ты мог?
Оля постепенно начала приходить в себя. И если муж был уверен в благородстве своего поступка, то сама женщина его таковым не считала.
– А что такого? Я всегда ночевать приходил домой, ни разу тебе не нагрубил, всегда был чуток к тебе и дочке! – воскликнул супруг, вздернув подбородок.
Гриша искренне недоумевал, отчего жена недовольна, ведь он вел себя по отношению к ней как настоящий джентльмен. Другой бы уже давно хвостом вильнул да и переехал к любовнице, а он нет, поддерживал жену, ждал, пока она выйдет из декрета и начнет зарабатывать.
– Я не поняла, мне теперь тебе нужно спасибо сказать и в ножки поклониться? Это сколько времени у вас с твоей Милкой шуры-муры? – Оля уже не сидела на диване. Она расхаживала по комнате взад-вперед.
– Ой, уже точно не помню, но примерно полтора года, – Гриша насторожился. Реакция жены его удивила.
– Аааа, это как раз с тех пор, как у вас на работе всякие проверки начались да комиссии?
– Ну, надо же было мне как-то объяснить свое отсутствие? – изворачивался Григорий.
– Дура, ведь говорила мне мать, «гуляет твой Гришка»! А у меня как будто глаза заволокло, не видела ничего вокруг себя! Да тебе, муженек, Оскара в пору давать! – воскликнула женщина и бросила на супруга яростный взгляд.
– Оль, ты это… давай… успокойся, – занервничал мужчина. – Мы же взрослые люди! В конце концов, и ты могла за это время в кого-нибудь влюбиться.
– Ты с больной головы на здоровую не перекладывай, – осекла Оля мужа.
– Слушай, давай будем вести себя как цивилизованные люди, – Гриша решил взять инициативу в свои руки. – Ну ведь понятно, что наши прежние отношения мы уже не вернем. Так давай хотя бы разведемся без скандалов и истерик.
Оля задумалась. В словах мужа был определенный здравый смысл.
– Ты прав! Предлагаю тебе прямо сейчас собрать свои вещички и умотать из моей жизни. Машину можешь оставить себе, но половину стоимости за нее будь добр верни.
– Ну с машиной-то все понятно. Это совместно нажитое имущество, а с квартирой-то что делать будем? – Гриша стоял посреди комнаты воткнув руки в бока и осматривался по сторонам.
– А что с квартирой? – не поняла Оля и тоже осмотрелась?
– Так мы в ней уже пять лет живем, я считаю, что имею право на половину квадратных метров.
У Оли глаза полезли на лоб от такой наглости.
– Ты, случайно, не забыл, что это моя квартирка? Добрачная!
– Ну и что? Мы с тобой женаты пять лет. Половину из этого срока ты просидела в декрете. И ты хочешь сказать, я ни на что здесь не имею права? – Григорий вытаращил на жену удивленные глаза.
– О каких правах ты говоришь? Ты содержал своих жену и ребенка, это нормальное явление для мужчины!
– Так мне уже тридцать, а я, получается, ни на что, кроме половины машины права не имею? – брови Григория взлетели вверх.
Он искренне полагал, что жена тихо-мирно отрядит ему половину квартиры, и он с кругленькой суммой в кармане отправится в свою новую жизнь. На деле же выходило препаршиво.
– Нет, дорогуша! Так дело не пойдет! – возмущался он.
Оля готова была наброситься на мужа. Как он вообще смел претендовать на ЕЕ квартиру?
***
– Как ты здесь, родненькая? – ранним утром на пороге Олиной квартиры объявилась Светлана Александровна, свекровь.
За все годы брака у невестки с матерью мужа сложились ровные отношения. Они не стали подружками, но и вражды между ними не было.
– Нормально, – спокойно ответила невестка, наливая свекрови чай.
– Олечка, я хочу, чтобы ты знала, я Гришку не оправдываю, он, конечно, виноват.
Невестка молча слушала.
– Но, с другой стороны, все мы люди, каждый из нас имеет право влюбиться, – проникновенным голосом вещала гостья. – Я же ему тогда сразу сказала, расскажи все жене! Но нет, Гришка у меня – парень благородный!
Не скрывая гордости за сына, заявила женщина.
– Погодите, так это что же получается? Все всё знали, но из меня делали дуру? – Оля была ошарашена этим открытием.
– А что здесь такого? Он мне сын. Или ты думала, я сразу прибегу к тебе и все вывалю? Да и потом, Гришка попросил ничего тебе не говорить, чтобы нервы тебе не мотать, ведь он уже тогда твердо решил сперва дождаться, когда ты из декрета выйдешь!
– Ты поглянь, сколько благородства, даже не знаю, чем теперь отблагодарить такого душевного человека! – воскликнула Оля.
– А ты не язви! Гришка и в самом деле поступил честно, а вот ты, – свекровь ткнула в невестку пальцем, – хочешь его облапошить! Отпиши моему сыну половину добрачной квартиры, он поступил с тобой благородно.
– Это как? – не поняла Оля.
– Гриша хотел все вопросы между вами решить тихо-мирно. Да и правда, к чему в ваши личные дела вплетать чужих людей, тем более юристов… – свекровь многозначительно посмотрела на невестку и, взяв из вазочки печеньку, откусила от нее.
– Каких юристов? – прошептала Оля. Свекровь ее удивляла.
– Ой, не включай дурочку. Ты же прекрасно понимаешь, что обвела моего сынка вокруг пальца и теперь в дураках оставить хочешь. Он-то с тобой по-хорошему хотел обойтись, мирно все имущество разделить, но ты-то сама на скандал нарываешься.
Оля смотрела на свекровь как на инопланетянку.
– Светлана Александровна, говорите прямо, чего ходите вокруг да около? – потребовала сноха.
– Хочешь прямо? Хорошо же, слушай! Ты два с половиной года дома сидела? Сидела. Кто тебя все это время кормил? Правильно, Григорий! Кто за коммуналку платил? Кто дитё одевал, обувал?
Свекровь склонила голову набок и с напором продолжала.
– Теперь что же получается? Он в тридцать лет остался без кола, без двора с половиной машины!? А куда ему молодую жену вести? Ко мне нельзя, у меня самой квартирка маленькая. Зато ты, дорогуша, хорошо, смотрю, устроилась!
Светлана Александровна сердито хлопнула ладошкой по столу.
– И это еще Гриша не обмолвился про материнский капитал. А ведь он имеет полное право на его долю. Так-то ребенок у вас общий! – злобно сверкнула глазами свекровушка.
От такой наглости у Оли пропал дар речи. Она молча смотрела на свекровь и хлопала глазами. Вот только свекровь неверно истолковала это молчание.
– Что, правда глаза колет!? – ликовала женщина, считая, что ей удалось сломить невестку.
– Встала! – тихо прошипела пришедшая в себя хозяйка квартиры.
– Чего? – не поняла свекровь.
– Встала и мотай отсюда по добру, по здорову, – у Оли стучало в висках, руки сами собой сжались в кулаки, лицо побелело.
Девушку учили уважать старших, но после услышанного она уже была не в состоянии сдерживаться.
– Хамка, – орала свекровь, натягивая в спешке пальто. – Учти, мы в суд подавать будем. Вот тогда ты и попляшешь! Тебя все равно заставят квартиркой поделиться!
Свекровь выскочила из квартиры и посеменила по ступенькам.
– А я еще, дура, пришла к ней, хотела спокойно все решить, – кричала она по пути, оборачиваясь в сторону квартиры снохи. – Да по тебе психушка плачет! – не унималась гостья, вываливаясь из подъезда. Бабули на скамейке недоуменно смотрела на нее.
Оля закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Куда смотрели ее глаза? почему раньше не замечала, что вышла замуж за ничтожество? Может, и в самом деле нужно было хотя бы время от времени «шерстить» телефон мужа?
Ее не тяготила мысль о предстоящем разводе, просто хотелось быстрее все решить. Она уже поняла, просто так разойтись не получится, муженек и его мамочка еще потреплют ей нервишки.
Гриша и в самом деле написал заявление в суд, чем немало удивил повидавших виды судей, прокуроров и адвокатов.
Муж составил длинный список того, что, по его мнению, подлежало «распилу». В него вошла не только квартира, но и вся мебель, которая, к слову, стояла в той квартире задолго до знакомства Гриши и Оли.
Не забыл он и про свои «права» на часть материнского капитала.
Суд был коротким и весьма неприятным для Гриши и его мамаши. Когда он понял, что ему полагается лишь часть машины и алименты на дочь, он сразу сник.
Позже Оля узнала, что блондинка Мила как по мановению волшебной палочки исчезла из жизни Григория. Видимо, алиментщик без недвижимости был ей не нужен!