Начало читаем тут 🔽
-Уфф! Какая Вы быстрая! Спортом занимаетесь? - Никита поправил шапку и протянул ей кефир. Странно, где он его нашел, не было же бутылки нигде, она сама смотрела.
-Где Ваш дипломат? - машинально уточнила она, глядя на пустые руки.
-Чтоб его! Возле молочной кухни забыл, видимо, так хотел за Вами успеть. Почему Вы побежали? А Вас обидел? Или напугал? - глаза смотрели так искренне, с настоящим не наигранным интересом. На Лику давно так никто не смотрел. И по улице не бегал. Да что там давно, почти никогда, если не считать одноклассника Димку. Но его цель была закидать соседку по парте снежками , закопать в снег портфель, а потом долго хохотать, наблюдая, как девчушка его выкапывает и отряхивает. Портфель был старенький, снег попадал внутрь, и учебники потом приходилось долго сушить на батарее. Но все равно странички сморщивали и скручивались. В такие моменты Лика всегда думала, что вот бы бы у нее папа, он бы заступился, навалял бы приставучему Димке и тот бы оставил ее в покое. Но папы не было. И мама ничего о нем даже не рассказывала. Вроде как его и не было никогда. А когда дочка сильно настаивала, начинала сердиться.
Все эти воспоминания вихрем пролетели в голове. Папы никогда не было, теперь и мамы нет. Ещё и дом куда-то попал. Лика неожиданно даже для себя села на сугроб, аккуратно утрамбованный возле бордюра и зарыдала. Горько и от души. Она не плакала ни пока болела мама, ни на ее похоронах. Боялась, что просто сойдет с ума. Отодвигала от себя мысли о см.ерти, повторяя «потом, все потом». Кажется, ее «потом» наступило. Все невыплаканные слезы устремились на волю, стекая горячими дорожками по щекам, капая на рукавички и снег у ног.
Глава 2
Никита сел рядом, прямо на снег, обнял ее одной рукой и прижал к своему мягкому воротнику, пахнущему одновременно какой-то зверушкой и одеколоном. Таким холодным острым шипром. Так пах папа ее подружки. Иногда он подвозил их в школу на своей красивой красной машине. Лика тогда зажмуривалась и представляла , что это и ее папа тоже.
Сейчас этот запах заставил слезы течь в два раза сильнее. И слава Богу, что ее новый знакомый не спрашивал причину этой истерики. Ведь она все равно не объяснит. Слишком всего много накопилось. И одиночество это проклятое, когда даже поговорить не с кем! Хотя она сама себя на него обрекла.
Наконец слез стало меньше. Бурные реки превратились в тоненькие ручейки, а потом и в одинокие неуверенные слезинки.
-Ну вот, так то лучше! - одобрительно похлопал ее по руке Никита, - а теперь идем ко мне домой пить горячий час с вареньем и есть мамины пироги.
-А ты точно не маньяк? - прохлюпала Лика. То ли страх прошел, то ли есть очень хотелось.
-Кто?
-Ну маньяк, тот, кто убивает девушек темной ночью и разрубает на куски.
-Фуу, ну и фантазия у тебя! Постой, ты тоже видела этот фильм? Мне друг дал кассету посмотреть. "Кошмар на улице Вязов", даже запомнил название. Там парень в шляпе с лезвиями вместо пальцев всех крошил в капусту. Признавайся, видела? Страшно было?
-Не то слово! Я три дня свет потом выключать боялась, - засмеялась Лика. Как это он вспомнил? Они с подружкой смотрели классе в седьмом, так потом тряслись от страха, не знали, как в темный подъезд шаг сделать, везде Фредди мерещился. А мама никак в толк взять не могла, чего это они зажигалкой кухонной во все углы светят, духов что ли вызывают.
-У меня, кстати, еще кассета осталась, можем посмотреть вместе. И бояться будем тоже вместе, - заговорщически предложил Никита, - все идем, ты вся дрожишь, как будто Фредди Крюгера увидела. Только дипломат заберем, он у меня ценный, от отца остался.
Лика покорно вложила ладонь в протянутую руку, и побрела, стараясь успевать в такт его шагам. Она старалась не думать, куда и зачем идет. Куда делся целый дом и как магазин превратился в молочную кухню. Просто сжимала в кармане странным образом попавшую к ней красную шишку, от которой до сих пор шло непонятное едва ощутимое тепло, и верила, что когда-то же должно быть в ее жизни что-то хорошее. Почему не сейчас? Тем более, что верить в это хотелось очень сильно. Сильнее, чем когда либо. Она так устала бояться.
Дипломат покорно ждал их возле ступеней. Никита подхватил его и уверенно зашагал вдоль дома, который еще утром был ярко голубым. А сейчас странно серым. Куда-то делся ювелирный магазин на углу и смешная фигурка Санта Клауса, взбирающегося по лестнице на второй этажу. Вместо длинных увесистых неоновых гирлянд по всему фасаду, на углу дома красовалась одинокая живая елка, пестрящая бумжными фонариками и мохнатой мишурой не в попад. Так просто, но так мило. Она давно такого не видела. Чтоб не в цвет, а как душа попросила. Она машинально вытянула руку и потрогала ветку.
-Живая! - ахнула от неожиданности.
Никита засмеялся и крепче сжал ее ладошку.
-Такая холодная, давай вот так, - он засунул обе руки, свою и ее, в карман своей куртки. Так и правда было теплее. И на душе тоже. Как будто кусочек внутри оттаял самую малость.
Они молча преодолели длинный проспект. Редкие прохожие кивали и улыбались, подходя мимо них. Здоровались. Забавная парочка похожих на колобков мужчины и женщины в меховых шапках с отвернутыми ушами, весело крикнула в унисон:
-С наступающим, молодёжь! Счастья вам!
-И вам - прокричал в ответ Никита.
-Кто это? Соседи?
-Нет, не знаю, просто люди, - пожал плечами парень, - праздник же скоро!
У Лики на кончике языка покалывала фраза, которую она хотела произнести, и одновременно боялась. Потому что не была уверена, что готова услышать ответ. Может она вообще ударилась головой и впала в кому? Спросит, и сразу вернётся к себе. А возвращаться очень не хотелось. Здесь ей было… хорошо.
-Мама очень обрадуется. После смерти папы у нас редко бывают гости, - прервал новый знакомый ее размышления.
-Это ужасно - терять близких. Моя мама тоже недавно от меня ушла, - поделилась она. Хотя в обычной жизни никогда бы так не сделала.
Никита молча пожал ее пальчики, словно говоря «я понимаю». Она была ему благодарна за такую молчаливую поддержку, потому что при упоминании мамы к глазам привычно подступили слезы.
-Ой, надо же, наверное, позвонить. Предупредить, - встрепенулась она, - а то как снег на голову. Неудобно.
-Да тут до автомата дольше идти, чем до дома. Ещё не факт, что трубка на месте окажется. Молодежь их то и дело на память забирает себе. И потом, мама будет очень рада. Мои друзья - ее друзья.
-А я - твой друг? - усмехнулась Лика недоверчиво, - у тебя что, сотового нет? Ты из этих что ли, которые против гаджетов? Староверов?
Никита сдвинул шапку на затылок и растерянно посмотрел на нее:
-Ничего не понял, ты так странно говоришь. Каких сот у меня нет? Это из фильма какого-то? Ой, ничего же, что на "ты"?
-Давно пора! Кто из фильма? Сотовый? Мобила! Трубка! Скажи еще, что не слышал ни разу! - разозлилась она, - попридуривались и хватит. Сейчас у любого малыша в коляске телефон свой.
-У меня дома только. У мамы, - извиняющимся тоном ответил Никита, - на работе рабочий.
-Все, я поняла. Стиль восьмидесятых, да? Поддерживаешь аутентичность? Ну давай еще поиграем, это даже забавно, тем более, что свой телефон я тоже потеряла. И в какой год мы играем?
-Тысяча девятьсот восемьдесят восьмой. Через три дня уже восемьдесят девятый будет. Мы пришли, прошу, - он распахнул перед ней дверь в подъезд, обитую смешными желтыми реечками. Просто взял и открыл. Ни домофона, ни замка. Она думала, такого уже нигде нет.
На батарее под лестницей сидели два кота: рыжий с пушистым хвостом и серый потрепанный жизнью. Увидев гостей, они встрепенулись. Серый грациозно потянулся и уставился на девушку своими огромными желтыми глазищами. Потом резко попятился и зашипел.
-Эй, Гулливер, ты чего? Тише, брат, свои, - Никита пропустил гостью перед собой по лестнице, - второй этаж направо.
Лика стянула с головы шапку, тряхнула волосами, провела по ним руками, чтоб немного пригладить. Даже если она в коме, стоит выглядеть прилично.
-Ты очень красивая, как я и думал, - послышался голос над ухом.
-Ты все таки маньяк, - она повернула голову и увидела совсем рядом лучащиеся карие глаза, цвета ореховой скорлупы. И пухлые губы как с картинки. У нее всегда была слабость к мужчинам с такими губами. Хотя уже начала забывать, что на свете вообще существует второй пол. А что, если... Лика не дала себе долго размышлять и просто коснулась своими губами его. Никита видимо не ожидал такого поворота, замер на секунду, не отстраняясь, но и не проявляя инициативы.
Щелкнул дверной замок. Они шарахнулись друг от друга как подростки. Дверь распахнулась:
-Ну наконец, я уж думала, что заблудились!