Жаворонок. СССР, 1965. Режиссеры Никита Курихин и Леонид Менакер. Сценаристы Михаил Дудин, Сергей Орлов. Актеры: Вячеслав Гуренков, Геннадий Юхтин, Валерий Погорельцев, Валентинс Скулме, Бруно Оя и др. 27,4 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Леонид Менакер (1929–2012) поставил 12 полнометражных игровых фильма разных жанров, четыре из которых («Жаворонок», «Не забудь… станция Луговая», «Завещание профессора Доуэля», «Молодая жена») вошли в тысячу самых популярных советских кинолент.
Режиссер Никита Курихин (1922–1968) прожил короткую жизнь и успел поставить только пять полнометражных игровых фильмов, но три из них – «Последний дюйм», «Жаворонок» и «Не забудь… станция Луговая» – вошли в тысячу самых популярных советских кинолент.
Многие молодые зрители, посмотревшие не так давно фильм «Т–34», даже не догадываются, что это ремейк популярной в середине 1960–х военной драмы «Жаворонок».
Разумеется, в «Жаворонке» не было впечатляющих спецэффектов и победительной лихости «Т–34», но зато была куда большая достоверность действия и правда характеров.
В год выхода «Жаворонка» на экраны советская пресса отнеслась к нему неоднозначно.
К примеру, кинокритик Валентина Иванова (1937-2008) писала, что «фильм «Жаворонок» рассказывает о невероятном. О том, что, казалось бы, не могло случиться. Но случилось. Эта история четырех танкистов, ставшая легендой, основана на подлинном факте. В 1942 году советский танк «Т-34», вырвавшийся из плена, совершает глубокий рейд по фашистской Германии. Невероятность происходящего и есть та поэтическая гипербола, та основа, которая держит фильм. Здесь нужно искать причины того, почему именно поэты должны были создать картину о мятежной «тридцатьчетверке». … [но] Фильм, несмотря на поэтический замысел, не сумел перешагнуть эту границу обычной реальности, не смог заставить нас мыслить другими категориями. Утратил главное, что помогло бы нам до конца поверить в невозможное. … Где, когда было написано или установлено, что в поэзии, в поэтическом кинематографе в том числе, должны действовать знаки характеров вместо характеров? В фильме «Жаворонок» француз — просто француз со всеми вытекающими последствиями: галльским темпераментом, цветком на пилотке... Здесь Алеша — лишь наивный и трогательный парень с круглыми глазами и взлохмаченной шевелюрой. Здесь Петр — просто Петр, которого режиссеры трактуют в противопоказанном замыслу сценаристов ключе. И наконец — командир Иван. Русский, белокурый, крепкий — знак мужества. Но этот образ хотелось бы видеть более глубоким… Да, «Жаворонок» мог бы стать памятником, до неба «зарытым в шар земной». К сожалению, этого не случилось. … О «Жаворонке» уже многие писали. И мне близки и понятны те добрые слова по адресу фильма, которые звучали в каждом выступлении. Он действительно волнует, привлекает своей необычностью. Но именно поэтому мне и хотелось разобраться в сложных и противоречивых порой связях поэзии и экрана» (Иванова, 1965: 19).
Уже в постсоветские времена кинокритик Денис Горелов писал, что «Жаворонок» «был снят КАК НАДО. Как положено было снимать в середине 60–х. С покатым земным шаром, каруселью сосен, бликами солнца в студеных ключах, с колокольным звоном и березняками, клавишными ноктюрнами над земляничными кустами и принципиально скособоченным диагональным кадром. С чадом у лица, проволокой, застящей небо, и ромашковыми полями в отпечатках гусениц» (Горелов, 2018).
С другой стороны Д. Горелов показал, почему этот фильм сюжетно не вписался в «оттепельные» тенденции советского кино: «он был снят не про то, ПРО ЧТО НАДО», вернее, принято было снимать тогда в фильмах на военную тему, «не про седого мальчика–разведчика, съеденного войной. Не про младенцев, описавших гору оружия. … не про гонимых на убой ост–фронта балагуров–итальяшек, не про вдов, геноцид, бессмысленность и беспощадность, гуманизм, пацифизм и ужасы лихолетья, а совсем наоборот — про экстаз и азарт войны, про сладкое бешенство выжатых до отказа фрикционов, про последнюю психическую пляску танковых камикадзе: сдайся, враг, замри и ляг!» (Горелов, 2018).
«Жаворонок» и сегодня вызывает интерес зрителей, и их мнения, как это часто бывает, разделились на «за» и «против»:
«За»: «Такие фильмы надо показывать нашим детям – как доставалась Победа» (Смирнов). «Потрясающий фильм! … Безупречная режиссёрская работа! Драматургия – высший класс! Оператор–мастер! И игра актёров – замечательнейшая – то, что нужно! Душу переполняет гордость за наших людей – и тех, которые были там, тогда в Германии, и за тех, кто создал этот фильм!» (Ольга).
«Против»: «Фильм хорош только игрой актёров... Остальное всё фальшивое. У немцев вооружение советской армии 1960–х годов. Немцы все карикатурные, фальшивые» (Альшатр).
Киновед Александр Федоров