Остановилось... Отдышалось немного и снова пошло
У тебя золотое сердце, Лиза. Это семейное.
Помните "Полароид" - такой фотоаппарат, мгновенно выдающий снимки? У нас был, и долго после того, как отщелкали первый картридж, лежал в шкафу - все не доходили руки купить новый, хотя вернее сказать "не поднималась рука" выложить приличную сумму за следующий - всего-то на десяток снимков. Потом появились кодаковские "мыльницы" и возможность печатать фото между делом - буквально в каждом магазине образовался отдел. После все сменила цифра, и чудо моментальной фотографии я забыла лет на 25. Пока в начале декабря не оказалась, с другими финалистами блогерского конкурса, на церемонии награждения Большой книги, куда Ника с канала Nika`s Tsundoku Club пришла с таким фотиком. Так вот, в книге Клариссы Сабар полароид тоже есть, хотя ни механизмом остановки прекрасного мгновения по Гете, ни способом найти утраченное время. вроде прустовой "мадленки" он не служит, а вовсе даже заново запускает время, остановившееся для героев когда-то давно.
Переводчица Лиза живет с сынишкой в провинциальном Берри и Тим знает родственников лишь со стороны мамы. Несколько лет назад по нелепой случайности погиб любимый, а через пару недель девушка поняла, что беременна. Отношений не регистрировали, его семья и слышать о ней ничего не пожелала, справиться с горем Лизе помог ее дед Лулу: купил для нее эту развалюху (в Берри недвижимость была сказочно дешева), нанял рабочих, да она и сама, начав вить уютное гнездышко для будущего младенца, не то, чтобы успокоилась. но острота боли притупилась. По-прежнему одна, думает о сыне, о работе, о Лулу (немолод и здоровье оставляет желать лучшего), о маме (в токсичных отношениях с крайне неприятным мужиком, которого нашла, уйдя от папы - дед не простил дочери разрушенной семьи и перестал с ней общаться).
Лизе хватает забот, чтобы не заморачиваться любовями-морковями, и вообще, как говорила Тося из "Девчат": "Хорошо одной, хочу халву ем, хочу - пряники". Размеренное течение жизни прерывается двумя событиями: дед затеял у себя ремонт, который намерен переждать у Лизы, и одновременно мама ушла от своего абьюзера, там все было не в водевильном, а скорее в криминальном стиле, и деваться ей тоже особенно некуда, а эти двое, мы помним, не ладят. Вдобавок рабочие находят под крышей дедова дома потайную каморку, а в ней - о ужас! - эсэсовскую фуражку, стопку фотографий и дневники какой-то Аурелии. О родственнице с таким именем они ничего не знают, впрочем, мама вспоминает, что как-то в детстве назвала так одну из своих кукол и Лулу пришел в ярость, потребовал дать пупсу другое имя, иначе грозил выбросить.
Вторая сюжетная и временная линия романа связана с историей той самой Аурелии, дочери знаменитого шансонье и родной тетки Лизиного деда. Стилистический прием не то, чтобы оригинальный, но если его использует каждый первый, это скорее говорит о том, что хорош, правда? Не менее традиционна манера французской литературы делать героев бойцами сопротивления - что ни француз тех времен, то маки или, на худой конец, связной. Неясно, как при таком количестве героев (не в литературном, а в житейском смысле) Франция сдалась без боя. Но оставим эту тему, в нашей истории не меньше страниц, которые хотелось бы забыть или переписать.
А полароид как со всем этим связан? Да вы почитайте и узнаете. Или послушайте, читает Наталья Кратович хорошо.