Давайте поговорим, как мы победили в той Великой Отечественной войне и какие особенности экономики, модели экономики тогда работали. Что из этого сегодня важно помнить, использовать или, может быть, адаптировать под сегодняшнее время, чтобы создать возможность развиваться дальше, жить, побеждать невзгоды и сложности сегодняшнего дня.
Я над этими вопросами размышлял добрых лет 20, как минимум. Впервые эта тема ко мне пришла в тот период, когда в Украине бушевал жесточайший экономический и финансовый кризис, когда останавливались предприятия, люди были без работы, нищенствовали. И именно в тот период я стал думать, читать, спрашивать, потому что были живы еще те люди, которые работали в ту эпоху, в то страшное время. Действительно, это было страшное время с точки зрения Великой Отечественной войны и окружающей страну обстановки.
Еще тогда я стал задумываться, когда стал работать и руководить экономикой Украины, направлять ее основные задачи, ставить, решать их, тем более стал все больше и больше вникать в те моменты. Хочу сказать, что на эту тему в последнее время вышло много хороших книг. Поэтому я хотел бы сразу же рекомендовать книгу, которая вышла буквально на днях, это прекрасная книга Евгения Юрьевича Спицына, называется она «Ложь и правда про советскую экономику».
Она у меня стала настольной книгой, я её сейчас читаю, это громаднейший материал документальный. И я читаю ее с большим удовольствием, потому что именно то, о чем в ней говорится, основывается на большой работе над архивными документами. Еще книга «Кристаллы роста» А. Галушка, которая вышла 3 года назад.
В ней тоже, правда, без упоминания имени Сталина, но достаточно подробно разбираются все моменты, которые позволили сделать невозможное, прямо скажу. Отчасти свои размышления я тоже высказал в книге «Украина на перепутье», которая вышла в 2016 году в России. Там можно тоже почерпнуть определенные мои размышления на эту тему.
Вернемся к теме. Сталинская экономика, ее особенности, почему именно она помогла не только выстоять в Великой Отечественной войне, но и вывести Советский Союз на передовые позиции в мире. Надо же говорить так, что Советский Союз находился на самых передовых позициях в мире по множеству направлений. Само по себе название «сталинская экономика» оно обобщающее. Под этим, как сейчас модно говорить, брендом Сталина работала огромная группа специалистов высочайшего класса, энтузиастов, людей, которых называли сталинскими наркомами, сталинскими конструкторами.
Но сейчас, когда размышляешь о том, что каждый из них внес громадный вклад, то понимаешь, что эту работу организовывал Иосиф Виссарионович Сталин, будучи на своих руководящих постах. Поэтому, говоря о сталинской экономике, нужно иметь в виду, что это действительно работала огромная группа специалистов, команда работала.
Теперь возьмем еще такой момент, если размышлять об экономике. Она не сразу сложилась и не сразу сформировались те каркасы, на которых держалась эта экономика. Достаточно сказать, что до 1930-го года председателем Совнаркома работал Рыков. Это человек, который сменил Ленина на посту председателя Совета народных комиссаров в 1924-м, после смерти Ленина он формально был назначен, хотя до этого уже года два фактически руководил правительством. Это был умный, грамотный человек, энтузиаст своего дела, но у него были совершенно другие подходы к восстановлению народного хозяйства тогдашнего Советского Союза, к его развитию. Например, он отрицал коллективизацию, не считал, что надо проводить индустриализацию такими темпами, какими предлагал Сталин и его команда. Считал неправильным сворачивание НЭПа, которое было неизбежным в тот период времени. Идеологические расхождения были достаточно серьезные. И это нельзя не учитывать. И когда говорят, что Сталин с 1923-го года управлял страной, этого на самом деле не было. В партии, а тогда ведущую, ключевую роль играл Совнарком, замечу. Ведь Ленин был председателем совнаркома и лидером страны, но Рыков не сумел так на себя перетянуть эти полномочия. Тем не менее, Совнарком был ключевым органом, который управлял всей советской страной, а партия была органом политического руководства. И в самой-то партии были, как мы с вами помним, правые уклоны, левые уклоны, и чего там только не было. Единства не было, а годы уходили. Начиная, скажем, с 1917-го по 1927-й прошло 10 лет. Да, НЭП помог восстановить потребительскую часть экономики Советского Союза. Восстановилось денежное обращение, но серьезных подвижек-то не было. Начал работать план ГОЭЛРО. Но первая пятилетка, которую все-таки удалось пробить команде Сталина, началась в 1928-м году и закончилась в 1932-м году. То есть, первый элемент сталинской экономики – плановая система, с нее я и хочу начать рассуждение. Госплан был создан еще при Ленине и Ленин, рассуждая об этой системе управления государством, даже написал статью о предании законодательных функций Госплану. Госплан возглавлял Крыжановский, это был чрезвычайно опытный, грамотный инженер, который был одним из разработчиков плана ГОЭЛРО. И план ГОЭЛРО реализовывался в те годы и достигал определенных успехов. Электрификация, как один из главных элементов последующей индустриализации, был уже заложен до первой пятилетки. Первая пятилетка начиналась, имея определенный ресурс с точки зрения электрификации. И начиная говорить об основных элементах сталинской структуры экономики, не могу не сказать, что в начало всей этой огромной работы я бы на первое место поставил культурную революцию. Именно революцию, именно культурную, потому что выполнение даже первых заданий пятилетки, не говоря уже о второй и третьей пятилетке, невозможно было бы, если бы она не была осуществлена, начиная с моментов взятия власти большевиками. Прежде всего, это образование огромной массы неграмотных людей. Я не хочу сейчас вступать в перипетии дебатов между Рыковым и Сталиным с точки зрения скорости индустриализации, ресурсов для индустриализации. Но скажу только одно – где-то в 1930-е годы Сталин на одном из пленумов ЦК сказал пророческие слова: «если мы не пробежим за эти 10 лет 100-летнее отставание от развитых европейских и западных стран, то нас сомнут». Я, может, цитирую не совсем точно, но смысл такой. То есть необходимо было взять такие темпы индустриализации, такие темпы развития технологического страны, чтобы за эти 10 лет выйти на уровень всех окружающих нас высокоразвитых стран Европы.
Почему он такую задачу поставил? Потому что он лучше других, того же Рыкова и других деятелей крупных, понимал, что война с западным окружением неизбежна, что война эта обязательно состоится, обязательно будет, и будет эта война на уничтожение. Отсюда такая жесткая фраза: «иначе нас сомнут». А война на уничтожение требовала создания такого военного потенциала, который позволил бы выстоять с точки зрения технического обеспечения. Уже было ясно, что ни конница, ни пехота не будут обеспечивать итоги войны. Уже было ясно, что результаты войны будут обеспечивать технологические и производственные возможности страны. Именно поэтому были заложены такие достаточно жесткие нормы.
Культурная революция – это огромнейший блок вопросов. Это не только образовательные моменты, но это еще и создание научно-технологической базы своей. Все одно за другое цепляется, одно с другим связано.
Второй момент чрезвычайно важный, какая главная задача была поставлена, и которая вылилась в такой емкой фразе – это вопрос обеспечения безопасности страны. Совершенно не случайно в первую пятилетку были введены в эксплуатацию Челябинский и Магнитогорский металлургические комбинаты. Казалось бы, основной театр военных действий на западе, а комбинаты вводятся на востоке страны. Представляете, какое надо было иметь предвидение. И здесь мы подходим к такому важнейшему моменту сталинской экономики, как план, планирование, структура планирования.
Я, как человек, который работал достаточно долгое время администратором, в определенной степени приглядывался к стилю Сталина, как администратора, как организатора. Стиль у него был уникальный. Это был гениальный организатор. Но на чем базировалась его гениальная способность? Прежде всего, на заложенной в него природой гениальной памяти. Я множество читал данных и слышал от людей, которые жили в то время, и они рассказывали о просто поразительной его памяти, что он держал в своем запасе огромное количество данных совершенно различных. Говорят, Сталин был малообразованным человеком. Это полная чушь. Можно закончить 10 институтов, иметь 10 дипломов о высшем образовании и быть неграмотным дураком. Сталин не заканчивал высших образовательных учебных заведений, но он, работая над собой, а работал над собой постоянно, прочитал огромное количество литературы и художественной, и технической, и профессиональной, и специальной, и металлургической. Разговаривая с ним на эту тему, металлурги отмечали, что он достаточно хорошо знает тему металлургии. Авиаконструкторы, разговаривая с ним, на тему конструкции двигателей, говорили о том, что он вникает и знает суть проблемы двигателя авиационного. Просто скажу, что для работы администратора эти качества человека, способность его выслушивать, впитывать в себя, анализировать, запоминать – это очень серьезное качество. Может показаться, что я, отвлекаясь от основной темы, на второстепенные вопросы перехожу. Хотя, это далеко не второстепенный вопрос. От того, кто во главе команды, зависит очень много. И если руководитель команды не помнит все перипетии развития определенного процесса, которым он руководит, будет результат соответствующий. Я уж, грешным делом, расскажу такое. Когда мне давали иногда поручения руководители, Президента я имею в виду, я тоже для себя сепарировал эти поручения. Те, что я считал необходимыми, я и без всяких напоминаний выполнял. Но были поручения, которые я считал ненужным выполнять. И я смотрел, если он вспомнит через неделю-две-три, начну что-то делать. Если не вспомнит, то и не буду. И, к моему удивлению, я ж знал, с кем работал, через две недели не вспоминалось, через месяц не вспоминалось, через полгода не вспоминалось, а потом уходило в утиль. И я чрезвычайно был этим доволен, потому что ненужные распоряжения выполнять было необязательно. Со Сталиным такое не проходило. Он все помнил, все держал в своей памяти, и так бы никто играться с ним не стал, как я, например, делал. Но это к слову сказать.
Вернемся к конструкции, к каркасу той экономики, о которой мы говорим. Ее как только не ругали. Я застал то время, 1990-е годы, конец 1980-х, когда ее называли административной, мобилизационной, напридумывали всяких ругательных названий. Рассказывали, что она построена на ГУЛАГах, на заключенных. Все это полная чушь, потому что таких темпов добиться, используя принудительный труд, было невозможно.
Подойдем вот к какому моменту. Было принято решение об индустриализации, начата первая пятилетка в 1928-м и в 1932-м она закончилась, кстати, с эпохальным результатом. Было построено полторы тысячи крупных предприятий. Ну не было таких темпов ни в истории экономического чуда в Японии, ни в Германии, ни в Соединенных Штатах Америки. Не было там таких чудес, как полторы тысячи предприятий. Меня очень интересовал вопрос, а где же ресурсы были для этого? Но прежде начнем с трудовых ресурсов. Как известно, Россия была страной крестьянской, и 80 процентов трудовых ресурсов было сосредоточено на селе. Вот откуда взялась идея коллективизации и переселения огромных масс населения крестьянского в города для реализации задач индустриализации.
Можно по-разному ее оценивать. И если вернуться к той дискуссии, которая протекала в те годы, то кто только Сталина как не называл и как не ругал за то, что мы разоряем деревню. На самом же деле это была глубоко продуманная политика, связанная прежде всего с тем, чтобы обеспечить трудовыми ресурсами основные стройки, а их-то были десятки тысяч. И коллективизация, и создание коллективных хозяйств на селе должны были стать основным потребителем производимой техники. Например, к тому времени был построен Харьковский тракторный завод, крупнейшее предприятие, огромнейшее. Я был на нем не раз, знаю, о чем я говорю. Огромное предприятие, которое поставляло тракторы десятков наименований и обеспечивало технологическую базу коллективных хозяйств на селе. Замечу, что прекрасный роман Шолохова «Поднятая целина» говорит, какая была наша деревня. Причем деревня-то не бедная, не на разоренных бедняцких землях северных. Речь идет о черноземье, это же были донские земли, богатейшие земли были. А на чем была основа? Да на быках пахали. Даже Шолохов не придумывал ничего. И производительность труда что из себя представляла в этом романе он прекрасно рассказывает. Достаточно зажиточное казацкое село в те годы. Поэтому коллективизация – серьезнейшая большая задача, которая решала много проблем, многоплановая она была. С одной стороны, устранить врагов советской власти, которыми, несомненно, были кулаки. Это однозначно. Кто-то говорит, что убрали самую высокопроизводительную прослойку. Но кулак пахал на тех же самых быках. Только поводырями этих быков были бедняки, которых он нанимал на какое-то время. Каким он был двигателем прогресса, как о нем говорили критики Сталина в те годы? А то, что этот элемент создавал угрозу стабильности в том числе среди большого населения крестьянского, это было совершенно очевидно. Итак, задача коллективизации выполнялась, хотя она наложилась и на засуху 1932-1933-го годов, привела к такому явлению, как голод. Нельзя и не надо это скрывать. Но голод, кстати сказать, в России был явлением постоянным, через определенное время, через два-три года он повторялся и уносил немало жизней. И в царское время никто этим особо не обеспокоился. Достаточно почитать только Толстого, его письма, которые он писал в разгар голода, его попытки каким-то образом помочь, жалобы на безразличие царских чиновников.
Идем дальше. Возвращаюсь к ресурсам, которые были необходимы для того, чтобы в 1928-1932-м годах построить полторы тысячи предприятий. Занимал меня не только вопрос трудовых ресурсов, занимал меня вопрос, а где же брали финансы, потому что техника, станки, оборудование – все закупалось за границей, потому что ничего Советский Союз тогда самостоятельно еще не производил. Хотя прямо надо сказать, что тогда уже была принята линия: закупаем у немцев, у американцев, где нужно, там и закупаем, изучаем и делаем через пять лет свое. Такая задача была поставлена, и она решалась. А к тому времени, кстати, почему я с культурной революции начал, в то время уже были созданы сотни и тысячи учебных заведений, которые готовили полностью весь спектр специальностей, которые необходимы для работы металлургической, индустриальной промышленности, станкостроения, металлообработки. Для всех абсолютно отраслей уже готовились инженеры, конструкторские бюро. Брали на подряд целые западные фирмы, которые готовили проекты строительства заводов, размещали их, участвовали в создании, в строительстве, но на их базе готовились свои ребята, свои конструкторы, свои конторы, которые потом стали крупнейшими проектно-конструкторскими предприятиями Советского Союза.
Вернусь к вопросу, а где же ресурсы? Взял я на вскидку десяток предприятий из полутора тысяч крупных, опираясь на то, что я знал хорошо, прикинул и получил, что все не сходится. Говорят, все зерно вывезли, люди голодали, а на это зерно строились заводы. Чепуха полная. Да, вывезли очень много зерна и, действительно, валютные резервы поступали в оплату поставок нам, но это была, может, одна десятая. И это с большими натяжками от того объема, который был необходим для расплаты за эти станки, оборудование. Да, какую-то скидку надо было сделать тому, что в 1929-м году начался мировой экономический кризис, банкротство, и многие предприятия, фирмы на Западе старались избавиться от своей продукции и, может быть, давали большие скидки на свою продукцию. Хотя, замечу, что дипломатических отношений не было с западными странами в те годы, в первые пятилетки.
Страна была под санкциями, как сейчас принято говорить. Полностью эмбарго было на поставки. Как выворачивались наши промышленники, предприятия, наши специалисты в области внешнеторговой деятельности, не буду рассказывать. Но известен целый ряд историй и с министров финансов Соединенных Штатов, и не только.
Не буду повторять. Насколько они достоверны, мне трудно судить. Но, во всяком случае, имело место и взаимодействие различное. Говорят, картины разграбили, Эрмитаж разграбили. Да, наверное, какая-то часть картин ушла. Но, наверное, не основных. Эрмитаж, на мой взгляд, не потерял своего главного значения, как нашей художественной сокровищницы, ценности нашей. И тоже вся эта стоимость ни в какое сравнение не идет с теми объемами финансирования, которое выделялось на строительство этих предприятий. Я еще тогда не мог сформулировать этого, а потом, когда уже читал другие работы, то понял, что особенностью финансирования этой огромнейшей деятельности была так называемая двухконтурная система денежного обращения.
К тому времени уже действовала стабильная система денежного обращения в стране, система государственных банков, и ее можно было развести на два контура. Это безналичная система, без наличного обращения, когда в замкнутой системе вращались эти деньги и оплачивалось все необходимое для приобретения оборудования, для межкооперационных поставок. Например, строится предприятие, на него поставляется кирпич, цемент, лес, все, что нужно. Но кто это производит? Свои предприятия производят, то есть не с Запада мы берем, а со своих предприятий. И циркулировало это безналичное обращение, оплачивая огромные объемы ресурсов, которые поступали на это строительство. Существовало наличное кольцо, которое что включало, зарплату естественно, валютные просчеты в какой-то степени. Я думаю даже, может, оно и третьим было, потому что валюта была монополизирована, никаких оттоков валюты в сталинской экономике не было за рубеж. Была система очень жесткого контроля над валютными сделками, была монополия внешней торговли, жесткая система, никто на этом не наживался, никто цены не завышал, не занижал. И эта даже тройная система такого денежного обращения, по сути дела, позволяла финансировать огромные объемы строительства. То, что было невозможно вписать в эту систему, я назвал. Это приобретение за валюту станков, оборудование, оплата высококлассных специалистов, это особые ресурсы, и на эту часть хватало валюты, в виде кредитов или имеющихся наличных ресурсов. Эта система, она корректировалась и в конечном итоге, скажем, к сороковым годам уже выработалась в абсолютную схему, которая исключала не только злоупотребление различное, но и исключала общепринятые на сегодня наши нормы, когда мы, чтобы напечатать свою денежную единицу, должны ее к чему-то привязать, продумать. Ничего этого не было, потому что она позволяла внутри страны циркулировать огромному объему безналичных денег, никуда из этого кольца не вырываться и не создавать те проблемы, которые были бы созданы, если бы мы в наше сегодняшнее время попытались эти огромные массы денег напечатать, выбросить в систему, где у нас все пересекается, гнде деньги из безналичных переходят в наличные. Кстати, замечу, что эта жесткая система двухконтурного или трехконтурного денежного обращения была нарушена во времена Горбачева, когда правительство приняло решение разрешить нашим созданным предприятиям кооперативным. Это тоже одна из бредовых идей Горбачева, когда были созданы посреднические предприятия, которые сами ничего абсолютно не производили. Единственное, чем они занимались, это, имея коррупционные связи между руководством государственных предприятий, якобы покупали у него продукцию, поставляли либо в торговые сети, либо другому предприятию, если речь о комплектующих. На самом деле, как действовала система Госплана и Госснаба, так она и продолжала действовать. И вагоны везли эту продукцию с одного предприятия на другое, никуда они не заезжали. Естественно, ни в какие посреднические конторы тоже не заезжали. А посреднические конторы исключительно работали только на прогоне бумаг. То есть бумажные были поставки, бумажное было получение денег, однако когда им разрешили безналичные расчеты обналичивать. И стали у нас возникать миллионеры на пустом месте, миллиардеры, которые потом очень хорошо поучаствовали в приватизациях.
А к чему это привело? Это привело к дефицитам, потому что покупалась высокодефицитная продукция, «загонялась» неизвестно куда, в том числе и за рубеж, продавалась по завышенным ценам. Та ситуация, которая создалась в Советском Союзе в конце его, она была искусственно придумана, и она разломала это денежное обращение. С чем Павлов пришел, премьер, который сменил Рыжкова. Пришлось ему этим заниматься. Если кто-то помнит, так называемая «павловская реформа», она, по сути дела, просто подписала приговор действовавшей до этого системе, отработанной в сталинской экономике.
Что еще я хотел бы сказать? Эта система великолепно сработала в годы Великой Отечественной войны, потому что представьте себе объем и масштабы затрат, которые были связаны с тем, что надо было 5 тысяч предприятий перевезти, эвакуировать, разместить на подготовленных площадках в основном. Кто-то рассказывает, в поле вывезли, станки поставили, провод протянули, начали станки работать. Полная чушь. Модернизационным планом было предусмотрено, куда каждое предприятие вывозить, на чем размещать, где людей поселить, откуда электроэнергию брать, откуда подключать канализацию, воду и так далее. Это могут говорить только люди, которые абсолютно незнакомы с элементарными вещами организации производства. Никто ни в какие поля заснеженные не выбрасывал станки. Это можно сказать про Горбачева, когда он наши войска выводил из Германии. Тогда в чистое поле действительно выводили и полки, и дивизии целые, и размещали. Люди жили в палатках, а техника стояла под открытым небом. Я это сам лично видел.
Такой глупости в годы ВОВ не было, и поэтому система эвакуации была очень хорошо продумала. Еще раз подчеркиваю, предвидение сыграло большую роль. Государственное руководство тогдашнее предполагало, что война может сложиться таким неблагоприятным образом, что мы потеряем свою промышленную базу, например, в Донбассе, на юго-западе страны. И куда эвакуировать? Не в чистое поле, а заранее просчитали все площадки, где-то даже построили фундаменты, подвели электроэнергию, подвели воду, все необходимое подвели. Так что эти затраты, если вдуматься, их просто невозможно было ни в каком бюджете взять.
Был наркомом, министром финансовым Зверев. Я читал его мемуары, и нигде у него не было таких проблем, которые бы сейчас могли возникнуть. А как проплатить то, а как проплатить это, а где взять деньги, а какая инфляция будет. Когда стоит вопрос о жизни и смерти, никто ни о какой инфляции не думает. Естественно, кому положено, тот думает. В основном эта тема не является ни главной, ни первостепенной. Она решается в текучке будней.
Что еще я хотел бы сказать? Посмотрим на этот каркас. Сталинская экономика, еще раз, это условное название. Скажем, в 1930-м году, наконец, Рыков ушел. В декабре его освободили от обязанностей председателя Наркома. А пятилетка-то первая уже длилась три года, 1928-й, 1929-й, 1930-й годы. Наркомом, председателем Совета Народных Комиссаров стал Молотов. Молотов был соратником Сталина. Надо заметить, что он с ним провел труднейшие, в таком качестве, как председатель Совнаркомы, труднейшие 20 лет, с 1930-го по 1953-й годы. И это был исполнитель, причем очень грамотный, очень четкий исполнитель тех решений, которые, скорее всего, принимались коллективно. Почему коллективно? Да потому, что Сталин работал все-таки постоянно советуясь с теми людьми, к мнению которых он считал нужным прислушаться, проанализировать и принять свое решение. Решение, да, принимал он, многочисленные свидетельства говорят о том, что постоянно был определенный круг людей, с которыми шли консультации. Эти люди были не только высококвалифицированными, но еще и людьми ответственными. То есть я дал совет, но я помню цену этого совета. Во всяком случае Молотов был исполнитель очень четкий, понимающий. Поэтому был тандем. Но еще и была команда. Например, Куйбышев, который, кстати, работал и председателем Госплана, и участвовал в работе правительства. Можно многих называть членов этой команды. И я просто поражаюсь. Мне, к большому сожалению, в своей команде не удалось собрать таких людей, с которыми можно было бы горы воротить. А там по слову были сворочены горы.
Теперь отвечу на такой вопрос, который иногда задается. Мобилизационная экономика, она мешает частной инициативе, она все концентрирует, все подневольные. Все это полная чушь. Во-первых, кстати сказать, индустриализация и последующие процессы не повлияли на то, что в стране сохранялась и определенная другая собственность на средства производства, скажем, чем общенародная собственность на средства производства. Я имею в виду прежде всего артели, которые производили огромный объем, например, продовольственной продукции. И это цифра не в 1-2 процента, это процентов 50-60 эти артели производили продукции на рынок. Это раз. И ликвидированы они были, или по крайней мере значительный урон по ним был нанесен Хрущевым, который в 1950-е годы своим решением их практически ликвидировал. Я помню, например, в городе Калуге, я еще мальчишкой был, у нас на реке Ока, полноводная была река, работали две рыболовецкие артели. Две. Очень приличное количество рыбы вылавливали сетями. Естественно, никто на удочку ничего не ловил. И они обеспечивали значительное количество населения свежей рыбой. Это один такой пример. Хотя таких примеров можно приводить немало. А вторая форма – это, конечно, коллективные хозяйства, колхозы, потому что собственность принадлежала колхозникам, и на средства производства, и на землю. Она у них, по-моему, была в вечной аренде. Но, во всяком случае, это была их земля. Но когда говорят, что мобилизационная экономика всех всего лишила и заставляла по струнке ходить, этого не было. Еще один очень важный момент. Эта «мобилизационность» заключалась в том, что решения, которые были необходимы, особенно в таких чрезвычайных ситуациях, как война, они проводились и исполнялись быстро, качественно и четко. И даже понять, как они исполнялись в неимоверно короткие сроки, трудно, если не знать, что за всем этим стояло: первое, правительство, совнарком, а в совнаркоме конкретный нарком или конкретный заместитель наркома или заместитель председателя совнаркома. Второе, это был госплан, в котором тоже было соответствующее управление, отдел, который знал, каким образом и кто что поставляет для того, чтобы организовать определенное производство. Наконец, была система Госснаба. То, что у нас сейчас сотни тысяч посреднических фирм, огромное количество народа, который занимается только тем, что осуществляет покупки у одного предприятия и организует поставки другому предприятию, то есть связывает предприятия друг с другом, имеет свой навар, не производя никакого своего физического товара. Была система Госплана. Она не такая была объемная, как система посреднических фирм, но она, исполняя решения Госплана, обеспечивала поставки всего того, что необходимо было для определенного производства.
Я могу такой пример в годы войны привести. Тогда встал вопрос об изготовлении противотанковых ружей, потому что дефицит был. Подали на заседание Государственного комитета обороны, обсуждался вопрос о производстве противотанковых ружей. Естественно, были призваны все те, кто мог обеспечить это производство, включая руководителей предприятий. Заседание-то происходило, если мне память не изменяет, 18-20 августа. А к 1 октября уже пошли поставки в войска противотанковых ружей. Это сколько прошло? Месяц? 40 дней. Можете себе представить это? Практически с нуля организовать производство и поставки. Как работала та система? Скажите! Сейчас система – напиши бумагу, пошла бумага, собери совещание, разбери. Тебе скажут, у меня нет такой стали, кто-то скажет, у меня пружин не хватает, четвертый скажет, у меня цевья не хватает, а где его взять, не знаю. Никто тогда таких вопросов не задавал, потому что все всё знали. Знал у Госплан, знал и Госснаб, где, что, откуда взять и куда поставить. Мне на ум приходит воспоминание одного из директоров Харьковского завода, который в процессе эвакуации перевозил в Сибирь два громадных пресса. Понятно, для чего прессы нужна в военном производстве, не надо объяснять. В суматохе эвакуации, в бомбежках был потерян один состав с прессом. То есть один пресс пришел, второй не пришел. Ему делать нечего, он звонит кому? Берии. И говорит: «Лаврентий Павлович, такое дело, пропал состав, не можем его найти». Тот, конечно, его отругал, повесил трубку, и через сутки этот состав прибыл в место назначения. Вот как работала эта мобилизационная система. Скажите, если бы она работала по-другому, выиграли бы мы Великую Отечественную войну? Конечно, не выиграли. 100% бы проиграли. Так что вот такие особенности мобилизационной экономики.
Теперь еще один такой вопрос. Скажем, экономика, как ее ни называй, сталинская, не сталинская. Я попытался рассказать структуру ее основную. Надеюсь, получилось ясно. Мне, например, абсолютно ясно, она просматривается совершенно четко как работающий механизм, где все крутится, все работает, все за всё отвечают. И еще ответственность элементарная, система не будет работать, если не будет ответственности. Конечно, были стимулы, люди вознаграждались и в денежном плане, и знаками отличия. Но, вместе с тем, была страшная ответственность за неисполнение, за некачественное исполнение, не говоря уже о прямой халатности. Но я хочу сказать еще один момент, который надо было учитывать и который, может быть, экономистами трудно учтен. Это стахановское движение или энтузиазм. Я еще застал стахановцев, да и самого Стаханова. И, беседуя с ними, я думал об экономической составляющей, как этот энтузиазм перевести в деньги, в расчеты, в учет. А как ты его переведешь, если норму Стаханов превысил по углю не на 3-5-7 процентов, а в разы?! Как ты это учтешь? Это же не единица была. Как ты это в экономическом плане учтешь?
Мы «Днепрогэс», это огромнейшая станция, тогда крупнейшая в мире и в Европе, ее в 1932-м году уже запустили. Несколько агрегатов уже начали работать. Причем, что интересно, первые агрегаты были импортные, а уже вторую часть агрегатов уже сами научились строить. Это же творение инженерного гения на тот период времени!
Так что с этой экономикой такие огромные задачи удавалось решать. С чем это можно сравнить? Единственная страна, с которой можно сравнить – это, конечно, Китай, который тоже показывает за последние 40 лет огромные темпы роста. Совершенно неслучайно он за такой сравнительно короткий исторический период стал такой развитой страной, особенно сейчас интересно смотреть, зная, в каком состоянии была экономика Китая, например, в 1978-м году. Можно только удивляться, каким образом китайская экономика сейчас стала крупнейшей в мире с точки зрения материального производства. Они Штаты обогнали уже давным-давно по ВВП, учитывая, что у американцев ВВП процентов на 30-40 дутый, в номинале Китай еще отстает. А по паритету покупательной способности Китай давным-давно обогнал американцев. Учитывая эти темпы, наверное, только Китай может быть поставлен наравне. Хотя надо прямо заметить, что у Китая не было таких периодов, которые были у Советского Союза. Это разорительная и разрушительная война 1941-1945-го годов. Это то, в каком состоянии находился сам Советский Союз, имею в виду и Первую мировую войну, и гражданскую войну. Учитывая то, что Советский Союз находился в абсолютно враждебном окружении и против него работали совокупно не только гитлеровская Германия, но и большинство стран, потом союзников так называемых.
И, конечно, не было у СССР таких 40 лет, я имею в виду, когда реализовывались структурные элементы сталинской экономики, какие были сейчас у Китая, который с твердой последовательностью ничего не ломает и действует. И сколько уже прогнозов было на моей памяти: «и там перегрев, и там недогрев, и что-то еще другое». А все они идут вперед благодаря этой системе, которую они, по существу, модернизировали, но используют. Идут спокойно, перешагивают через проблемы, которых у них немало на самом деле. Да и не могло быть их мало, это же крупнейшая экономика и крупнейшая страна. Попробуй-ка полтора миллиарда людей организуй, направь.
И здесь как раз возникает очень интересный вопрос, как так получилось в сталинскую эпоху, что темпы роста были значительно выше, чем показал Китай, хотя не было ни вычислительной техники, ни организационной техники так много? Как в ту эпоху обеспечивалось доверие к людям, что они так быстро принимали решение, при этом сохранялся контроль и учет, ответственность?
Я не зря назвал в начале несколько книг, которые рекомендовал бы к прочтению. Если посмотреть, как начала разрушаться структура сталинской экономики и сразу пошли результаты в минус. Не случайно я упомянул об особенностях руководителя команды, обладавшего уникальной памятью, уникальными административными и организационными способностями, у которого 24/7, как сейчас любят говорить, был рабочий день. Жесткая требовательность. Это что касается субъективных факторов. Есть тут и объективные факторы, о которых я уже сказал. Это плановая система, это система денежного обращения хорошо продуманная, это система контроля исполнения заданий. Я не упомянул еще вот о чем, а это важнейший момент. Вся система строилась на сочетании территориальной системы управления и отраслевой системы управления. Наркоматы руководили отраслями, которые они хорошо знали, например, станкоинструментальная, станкостроительная отрасль, они хорошо ее знали. А территориальная система, это система партийных обкомов, горкомов, которая руководила на территории. А связкой между ними была система Госплана. На мой взгляд, самой главной его задачей было оптимальное размещение территориальных производительных сил. Оптимальное, подчеркиваю, ведь неслучайно в Магнитогорске и в Челябинске появились металлургические комбинаты. Кому в голову пришла такая мысль? Это же результат был расчетов, расчетов всего, как сейчас модно говорить, и логистики, и откуда сырье брать, и где рабочая сила, и куда дальше пойдет продукция. Все это просчитывалось. К сожалению, тогда не было цифровых систем, компьютеров. Если сейчас эту систему поставить на цифровую основу, это будет огромнейший выигрыш, это даст прогресс с точки зрения развития экономики. Или мы надеемся на стихийные силы, которые сами подумают, где мне выгодно ставить производство, либо там, либо сям. А потом возникает вопрос, где электроэнергия, где рабочие ресурсы, где железная дорога, куда поставлять эту продукцию, как рассчитываться. И возникает тысячу вопросов. Это все Госплан увязывал. Смотрите, какая продуманная система. Она не сразу ведь выработалась. Когда я стал уже более-менее разбираться в чем-то, я увидел, как даже после реформ хрущевских и не только, она была покорежена, но, тем не менее, четко работала, причем с минимальными затратами.
Сейчас говорят себестоимость, производительность труда. Все это составляющие элементы той системы, которая называется стратегическим государственным планированием. Поэтому сейчас мне представляется абсолютно оптимальным на стратегических направлениях восстановить систему государственного планирования. Потребление оставить так, как оно сложилось. По сути дела, так оно и было. Только в те годы на достаточно примитивном уровне, если говорить о тех же самых артелях или о частном производстве. До 1959-го года у нас же даже в городах стада ходили, и даже города себя в значительной части обеспечивали молоком, яйцами, свининой и так далее. То есть это даже в городах выращивалось. Потом Хрущеву это не понравилось, да и мне не нравилось. Я жил в городе областном и каждое утро по центральной улице, где я жил, шло стадо коров на пойму кормиться, а за ним шли поливалки, которые смывали все это дело. Но все же зависело от того, насколько развиты производственные силы и надо ли это в определенном историческом моменте или не надо. Хрущев взял это и отменил. А в 1961-м году получили дефицит белого хлеба, возник дефицит и мяса, и яиц. Не зря же его управление называлось волюнтаризмом. Или были ликвидированы отраслевые министерства, были созданы совнархозы – огромнейшие территории, которые сами по себе должны были управляться, сами должны были решать все свои вопросы в рамках этих огромных территорий. Или делили обкомы на сельскохозяйственные и промышленные. Глупость несусветная. В городе Калуге существовала вывеска: «промышленный областной комитет партии» и «сельскохозяйственный областной комитет партии». Ну куда еще глупее? Как начали ломать ту систему, которая работала, которая давала результаты, так и стали приходить к таким несусветным глупостям. Ну, что, Александр, значит, время у нас, похоже, подходит к концу, и мы, наверное, эту тему, я так думаю, не полностью осветили.
Мы с вами затронули основные направления, основные моменты, и мне кажется, удалось показать, что успехи, победы, они были не случайны. Это результат большой напряженной работы и гениального подхода к управлению страной. Никаких случайностей в том, что мы с вами имели и с чем мы вышли. Например, в 1957-м году был запущен первый искусственной спутник земли, который открыл абсолютно новую эпоху развития человечества. То, что мы имеем сейчас, у нас даже близко не было бы, если бы не такой прорыв в космос.
В 1961-м году первого человека в космос отправили, в 1956-м году первая атомная электростанция появилась, первый атомный ледокол. Это говорит о колоссальном внимании, которое уделялось науке. Она была составляющей частью той структуры, очень органичной составляющей частью. Она вписывалась так, что все Госпланы, все решения пленумов принимались с учетом абсолютно ясного научного обоснования.
И только представьте, скоро наступит дата интересная – 80 лет со дня создания кафедры геофизики Московского государственного университета. То есть решение о ее создании было принято в мае месяце 1944-го года. Кем бы вы думали это решение было принято? Государственным комитетом обороны, и подписал это решение Сталин. А что, лично Сталину пришла в голову мысль создать кафедру геофизики в Московском университете? Конечно, нет. Но почему она была создана? Потому что стандартные геологические приемы поиска радиоактивных минералов не давали результатов. В данном случае уран искали для создания атомной бомбы, а это было невозможно без применения современных методов, а их надо было разработать. И тогда появилась эта идея, она прошла все обсуждение необходимое, попала на Государственный комитет обороны и его руководитель, рассмотрев этот вопрос, принял решение создать такую кафедру. Вот вам симбиоз науки, и пример как встроена была наука в решение тех задач, которые представлялись, на какой уровень выходило это решение. Я поражаюсь, если честно, когда вдумываюсь. У меня в процессе моего психологического развития были разные периоды. В студенческие годы, начитавшись Солженицына и всякой макулатуры я относился негативно к этому периоду. Но это прошло у меня. А когда я стал работать на производстве и стал сталкиваться с теми людьми, которые работали в той системе, и поняв, как работает эта система, какая была высочайшая ответственность у людей на этой работе. И потом, сталкиваясь с деформацией, которая пошла после 1990-х годов, увидев совсем других чиновников, совсем другую структуру организации, я понял преимущество и стал постепенно вникать и разбираться. И произошла переоценка ценностей.
Да, я вижу, конечно, было жестокое время, были репрессии, было всякое. Не знаю, насколько они были именно в этой мере обоснованы, мне трудно судить, хотя окружение у нас было, мягко скажем недемократическим: диктатор Антонеску в Румынии, Гитлер тоже не был демократом, и так далее по периферии Советского Союза. И в Японии тоже режимы были. То есть, страна была действительно окружена реальными врагами. Да и внутри врагов хватало. Только что закончилась гражданская война. Там тоже далеко не все были сторонниками. Как показал опыт, далеко не только сторонники, а врагами были.
Тот опыт, который был, если его перенести на современную гуманитарную составляющую, где можно реализовать в более демократической среде? Именно те организационные подходы, которые были тогда. Возможно ли сделать симбиоз тех методов и подходов, которые позволили выиграть Великую Отечественную войну, и переложить их на современную жизнь так, чтобы получить схожие эффекты и большие результаты? Я думаю, надо анализировать все. И никогда, как бы себя хорошо не проявило что-то в прошлом, нельзя брать и сто процентов реализовывать в сегодняшней обстановке. Сегодняшняя обстановка далеко не та, которая была в те годы. Поэтому всегда любую конструкцию нужно доводить до сегодняшнего исполнения.
Например, слово «демократический». Демократию я всегда признавал и участвовал в демократическом принятии решения до одного момента. Разобрались, приняли решение, а теперь наступает этап, где «никакой демократии не должно быть». То есть наступает этап исполнения. Не можешь исполнять, заявление на стол и катись на все четыре стороны. Если исполняешь, должен исполнить в тот срок, который поставлен. И никакой другой срок не должен быть поставлен. И никакие объяснения от тебя не должны приниматься. Сейчас же, понимаете, у нас сплошная демагогия, а не демократия. Я с этим сталкивался много раз, потому что чтобы не сделать, можно всегда найти тысячу причин. Но ты же на то и поставлен, чтобы организовать и все причины разобрать, исправить, принять решения. Для этого ты и поставлен. Ты участвовал в принятии решения, согласился с этим. Значит, должен исполнять. Поэтому демократия должна существовать до принятия решения, но как только решение принято, никакой демократии в помине не должно быть.
Я был рад развеять множество мифов вокруг сталинской экономики.
