Гвоздь шёл через лес, оглядываясь на каждое движение тени. Его шаги были тяжёлыми, словно сам воздух Зоны стал плотнее. ПДА пищал, указывая на сигнал — тусклый, но манящий маяк, ведущий к чему-то неизвестному.
— Интересно, чего ты хочешь, Зона? — пробормотал он, бросая болт в сторону.
Болт исчез в воздухе с резким шипением, вспыхнув, как маленькая молния. Аномалия вспыхнула на мгновение и снова затихла, словно предупреждая: дальше будет только хуже.
Вдалеке показались развалины деревни. Деревянные дома, обрушенные крыши и тёмные проёмы окон выглядели так, будто ждали его.
— Ну что, проверим, кто там? Надеюсь, это не сборище снорков, — пробормотал он, поднимая автомат.
***
Огонь костра за одним из домов оказался настоящим. Вокруг него сидели трое сталкеров. Один из них, долговязый парень с прозвищем Шило, вскинул голову, увидев Гвоздя.
— Спокойно, парень, не стреляй! Мы не бандюки! — выкрикнул он, поднимая руки.
Гвоздь опустил автомат, но держал его наготове.
— Бандюков не встречал. А вы кто? Клуб туристов?
— Ага, и сегодня наш маршрут — не сдохнуть, — хохотнул Кабан, крупный сталкер с бычьими плечами.
— Если вы туристы, то я — гид. И мой тур идёт к «Сердцевине».
Эта фраза заставила всех замолчать. Молчание нарушил Туман, сидевший поодаль.
— Ты сумасшедший, если идёшь туда. Никто оттуда не возвращался.
— Значит, я буду первым.
Сталкеры переглянулись, а затем Кабан вздохнул:
— Ну ладно. Если ты и правда хочешь умереть, то мы можем пойти с тобой. По крайней мере, у нас будет больше шансов отбиться.
***
Когда они добрались до цели, стало ясно, почему это место называют «Сердцевиной». Огромный энергетический вихрь кружился над землёй, создавая звуки, напоминающие шёпот и гул. Сполохи света вырывались из центра, как молнии, а воздух дрожал, как перед выбросом.
— Ну и ну, — пробормотал Кабан, задирая голову. — Это что-то новенькое.
Гвоздь сосредоточился на том, что было в центре вихря. Там стоял человек.
— Мутный… — прошептал он.
Фигура медленно повернулась, и Гвоздь узнал друга. Но его взгляд был странным, отрешённым.
— Ты пришёл? — произнёс Мутный, его голос звучал приглушённо, словно сквозь толщу воды.
— Знаешь, ты бы мог просто написать сообщение, а не устраивать световое шоу — бросил Гвоздь, сжимая автомат.
Мутный слабо улыбнулся.
— Зона дала мне выбор. Я должен оставаться здесь.
— Бред! Мы все уйдём отсюда!
— Нет, Гвоздь. Если я уйду, Сердцевина разрушится.
В этот момент из тени аномалии появились первые мутанты.
***
Шило бросил болт, но он даже не успел долететь до земли, как на него из-за угла прыгнул снорк. Уродливая, сросшаяся с противогазом морда оскалилась, когти потянулись к горлу сталкера.
— Лежать! — заорал Кабан, выстрелив из ружья.
Выстрел снёс снорка с ног, но в тот же момент ещё двое прыгнули из-за обломков. Туман успел всадить пулю в одного, но второй оказался быстрее. Он повалил Кабана, и тот лишь чудом успел заслониться прикладом.
Гвоздь бросился на помощь, расстреляв мутанта в упор. Кровь забрызгала его куртку, но он не остановился.
— Держись, Кабан!
— Да я не сдохну, пока этот день не кончится! — выдохнул тот, поднимаясь.
Тем временем Шило отбивался ножом от очередного мутанта. Туман прикрыл его, но взгляд всех переключился на центр аномалии.
***
Из вихря появились новые фигуры — четыре кровососа, их красные глаза горели яростью. Они двигались быстро, почти сливаясь с тенью.
— Готовьтесь, ребята! Эти твари — не тушканы! — закричал Гвоздь.
Кровососы атаковали одновременно. Один из них прыгнул на Кабана, сбив его с ног. Гвоздь развернулся и выпустил очередь из автомата, пули прошли сквозь мутанта, но тот был слишком живуч. Кабан, выкрикивая проклятия, всадил нож прямо в шею твари, и она рухнула, захлёбываясь.
Шило пытался уворачиваться от второго кровососа, но тот ударил его когтями, оставив глубокие порезы. Туман метко выстрелил в голову твари, отбрасывая её в сторону.
Гвоздь схватил гранату, бросив её в центр сражения. Взрыв оглушил всех, уничтожив двух оставшихся мутантов.
— Ты ещё жив? — прокричал он, помогая Шило встать.
— Ещё как! Но вот моя куртка теперь не выдержит ни одного модного показа, — выдавил тот, хрипло смеясь.
***
Мутный всё это время стоял в центре вихря, словно был частью его. Гвоздь подбежал к нему, схватив за плечи.
— Ты слышал, что я сказал? Мы уходим!
— Гвоздь, я… не могу. Если я уйду, Сердцевина уничтожит всё вокруг.
— И что? Мы уже теряли Зону. Мы выживем.
— Это не про нас. Это про всех за Периметром.
Мутный поднял руку, и вихрь начал сужаться, затягивая свет внутрь.
— Уходите. У меня всё под контролем.
— Я тебя вытащу, даже если придётся вырубить, — выдавил Гвоздь, размахнувшись прикладом.
Глаза Мутного начали закатываться, когда металл складного приклада врезался ему в лоб.
***
Избитые, исцарапанные, но живые они наконец добрались до лагеря.
Позже, приходя в себя, Мутный сидел у костра, долго и молча глядя на огонь.
— И что теперь? — спросил Кабан, протягивая флягу.
— Теперь? Мы живём дальше, — ответил Мутный, и впервые за долгое время улыбнулся.
Гвоздь усмехнулся:
— Ну, я рад, что ты снова с нами, философ. А то одному пить скучно.
Шило посмотрел на них с интересом:
— А что с Зоной?
— Она продолжает жить. Но если она снова начнёт творить чёрт знает что, мы вернёмся, — твёрдо ответил Гвоздь.
Все заулыбались, но каждый понимал, что эта победа была временной.
Зона никогда не забывает своих должников…
Конец