Сегодня работал в зале.
Первая утренняя гостья взяла Яйца Бенедикт с крабовыми мясом (Яйца Шекспир, как мы их лихо называем), а также флет уайт на кокосовом молоке. Съела полпорции, вторую половину попросила упаковать to go.
Она же заказала сырники, а сметану, джем и корт попросила подать отдельно. Съела один сырник, остальные попросила упаковать to go.
Джем оставила нетронутым, корт оставила нетронутым, сметану мазнула ложечкой один раз. Ушла с пакетом еды с собой, оставила 10% от чека.
За соседним столом в это время сидели турки, что завтракали вдвоём на почти 4 тысячи. Всё съели подчистую, тем самым подтвердили своё членство в обществе чистых тарелок. Стрескали хрустящий тартин. Ушли без пакета еды с собой, оставили 10% от чека.
Вообще сегодня уважаемые в городе люди и девушки, добившиеся успеха на своём поприще, проявили себя наилучшим образом: из всех оставивших чаевые только один гость пал до 8% от чека, остальные исправно оставляли от 10% до 46%:
Коварный тип - третий снизу. И я, когда в конце смены подбивал бабки и обнаружил криминал в виде 8% от чека, тут же вспомнил полностью его заказ и его самого.
На этом скриншоте, понятно, не все чаевые за день, все не умещаются, уж извините.
За столом в углу сидел сахарный человек, он тоже хотел взять Яйца Бенедикт с крабовыми мясом (Яйца Шекспир, как мы их лихо называем), но его интересовали подробности: «А вот мясо краба - это прям кулак его? А? Или клешня? Или кулак? Кулак или клешня это будет?». И взял Яйца Бенедикт с ветчиной.
Потом пришла гостья, которая сообщила мне, натурально, следующее: «Кофе я, типа, ну, вот, хочу не пить».
– Прулле, там ривидение! – завопил он. Он хотел крикнуть: "Рулле, там привидение! ", но от страха у него заплетался язык.
Заказала какао, гречневую кашу «на каком-нибудь вкусном растительном молоке: миндальном, кокосовом». И салат из рукколы, «потому что я так не наемся». Заказ, вроде бы, короткий, но времени, чтоб извлечь его из гостьи словами, ушло много.
При этом она беспрерывно чесала правой рукой основание левой ладони.
Как только я забрал меню, чесаться перестала. Теряться - это не по-официантски, поэтому я больше ей меню не приносил, незачем тут дерматилломанить публично.
Другая гостья тоже заказала какао. Я спросил, на каком молоке сделать его, и она ответила, что на простом, обыкновенном. После этого она сообщила, что хочет глазунью с мясом и травкой, и мы сошлись, что глазунья с охотничьими колбасками и салатом отвечает этим требованиям. После глазуньи она восхотела наши знаменитые канноли, татарский твист на сицилийскую классику, но время было только 10:30, десерты у нас с 12:00, концепция такая, а на другое сладкое она была не согласна.
Спустя пару минут после заказа, она вдруг выпрямилась как сурикат и стала тревожно звать:
- Молоточек!.. Молоточек!..
И когда я подошёл - спросила:
- А какао, надеюсь, на простом молоке, обыкновенном? Безо всяких этих травок?
Приходил также мужчина, удивительно похожий лицом на вокалиста «Ляпис Трубецкой», который Сергей Михалок, и я внутренне подготовился к цветастым диалогам про, допустим, скажем, например, кармического эгрегора, но вышло иначе. Дело в том, что этот самый «Михалок» услышал, как я предупреждаю девушек за соседним столом о том, что манты у нас готовятся 25 минут, и он меня поругал за это. Потому что так, говорит он, гостям никогда нельзя говорить. Зачем вы говорите, что 25 минут готовятся?
Надо делать по-другому, говорит он. Надо сказать, что они готовятся 15 минут, а когда 15 минут пройдут и гость спросит, где же обещанные через 15 минут манты - ещё 10 минут стоять и общаться с гостем, чтоб он не скучал.
Так же везде делают, говорит он; специально завышают время ожидания, чтоб потом вынести еду раньше - и гостю приятно будет. И вы так же делайте - говорите про двадцатипятиминутные манты, что они будут через 15 минут. Завышайте время ожидания, завышайте!
Я догадался, что передо мной - гуру ресторанного бизнеса, поэтому кивал, соглашался и отвечал в том смысле, что, дескать, о, как же вы правы, как же правы!..
Как говорила Сонечка Берс, «Лев, ты не прав».
