Все части повести здесь
Ловушка для зайцев. Приключенческая повесть. Часть 34
Думая об этом, я иду рядом с ним и иногда посматриваю на его сосредоточенное лицо. Вот раздается звонок телефона, отойти в сторону ему некуда, и он вынужден разговаривать здесь, при мне. Разговаривать сухо и коротко.
– Да, Григорий! Да! Нет, я на поисках по тому делу, про которое говорил тебе! Когда приедешь? Послезавтра? Вот там и поговорим! Нет, на ферму не надо – прямо домой и дождись меня, понял?!
Беру на заметку для себя – некий Григорий, скорее всего, Тюлькин, приезжает послезавтра к Маслову. И не на ферму, а домой... Вероятно, там состоится разговор между ними, касающийся...
Часть 34
Мы молча входим в дом, от удивления и непринятия такого факта мне даже сказать Диме нечего. И все – таки я говорю:
– Как же так? Как она могла пропасть и куда? С ней же женщины были... Господи, пара суток всего прошла с убийства Матвея, и тут опять новости! Когда же все это кончится?
Дима качает головой.
– Вероятно, когда мы это остановим...
Мне приятно, что он говорит «мы»... Значит, я тоже должна этому посодействовать.
– Дима, может, она просто ушла? А что говорят женщины, которые были с ней?
Он пожимает плечом.
– Они на ночь с ней Анфису оставили, баба молодая, уснула крепко. Проснулась – а ее нет, ходила, искала, звала – но так и не нашла.
– Дим, ну правда... Может, она ушла куда – то? Ее кто – то ищет?
– Да, сегодня организовали стихийный поисковый отряд, все, кто не был занят, приняли участие. Прочесали речку и берег озера – нигде нет следов женщины. Честно говоря, не представляю, куда она могла уйти и ушла ли сама. Или кто – то... заставил ее уйти.
– Теперь уже в самой деревне творится черти что – говорю я, разогревая ужин – слушай, Дим, но если к исчезновению Степаниды имеет отношение кто-то, но не она сама, значит, это все же не Маслов. Он ведь убежден в том, что она ничего не видела, а значит, не может быть угрозой для их шайки.
– Ну, или он просто тебе не поверил, Ася, и на всякий случай решил Степаниду устранить – мало ли... Так сказать, чтобы перестраховаться.
– Дима, есть еще один вариант – тот человек, что убил Игоря и Матвея, каким – то образом выяснил, кто эта женщина, что видела момент выстрелов. Он навряд ли знает, что она плохо видит, но зато выяснить, кто это – вполне мог. И устранил ее. Но это только в том случае, если он не связан с Масловым, то есть убежал и от страха где – то прячется. И Степаниду убрал, как свидетеля.
– Вполне возможно. На сегодня поиски свернули, завтра с утра продолжим. Маслов вроде тоже изъявил желание присоединиться вместе со своим сыном.
– Дима, я тоже хочу пойти на поиски – говорю я – возьмешь меня?
Он усмехается и обнимает меня:
– Там, где ты – там всегда приключения. Может, лучше на работу отправишься?
– Сейчас – я звоню Даниле и когда он берет трубку, говорю – Данила, привет еще раз. Я хотела спросить – могу ли я тоже завтра пойти на поиски Степаниды Борзовой? Хорошо...
Прощаюсь с ним, кладу трубку и объясняю Диме:
– Дим, на ферме завтра останется только пара скотников, всех остальных Данила снарядил для поиска Степаниды. Я тоже иду.
– Ну, хорошо, убедила – он снова обнимает меня – не против, если я сегодня тоже у тебя останусь?
– Нет – я смотрю ему в глаза – мне было хорошо с тобой... Только вот... Нам надо быть осторожными, и не показывать никому, что мы... Ну, сам понимаешь.
– Понимаю – улыбается он – и кепку я у тебя оставлю. А то если Маслов и не видел меня в ней в колонии, то сейчас, увидев ее на моей голове, очень удивится и сделает выводы.
– Слушай, Дима, а документы Степаниды, деньги, я не знаю, ценности какие – то – они все дома или нет?
– Документы дома, а про ценности кто знал? Дети их по другим городам разъехались, кто-то даже за границей живет. Им только вот недавно сообщили, ждем приезда.
– Значит, все очень плохо. Если бы она куда-то намеренно ушла, она бы взяла с собой документы, деньги, а тут она ушла без всего. Боюсь, что ее нет в живых. Или не выдержала смерти мужа и что-то сделала с собой, или... с ней это сделал кто-то другой.
– Ну, есть еще один вариант... Бедная женщина помутилась рассудком, вышла из дома с целью пойти куда-нибудь, например, на то место, где принял смерть ее муж, и заблудилась.
– Дима, а у нее телефон был, ну, мобильный? Его-то она хотя бы взяла с собой?
– Нет, в том-то и дело. Телефон остался дома.
– Да уж, час от часу не легче. Все дома оставила и ушла. Куда – никому не известно... Ладно, давай отдыхать, завтра ранний подъем.
Но отдыхать у нас не получается, мы очень долго занимаемся тем, что нам обоим так понравилось... Засыпаем уже под утро, и когда раздается звонок будильника, заспанные, но счастливые, встаем и идем в душ... Тоже вдвоем...
Как ни странно, несмотря на бессонную ночь, я чувствую себя выспавшейся. Мы завтракаем свежими горячими сырниками, сдобренными сгущенкой и вареньем, смеемся над перепачканными губами друг друга и запиваем их горячим и вкусным чаем на травах.
Потом Дима уходит, а у меня через несколько минут раздается звонок телефона.
– Ася, привет! Это Данила! Слушай, поисковый отряд собирается у озера, я приехал за тобой, стою у ворот.
– Хорошо, я сейчас выйду – отвечаю ему, думая о том, как же замечательно, что Дима уже ушел.
Быстро надеваю на себя спортивный костюм и кроссовки, беру рюкзак с водой и перекусом, а также с разными необходимыми принадлежностями типа средства от комаров, и скоро уже сижу в машине Данила, в которой на заднем сиденье пристроился и Гошка Маслов. Не успеваем мы отъехать, как за спиной раздается голос:
– Подождите! Подождите меня!
Это Анютка. Она подходит к нам и говорит:
– Вы же на поиски? Я тоже! Можно, доеду с вами до озера?
Маслов говорит ей, чтобы она быстро прыгала в машину, и Анютка устраивается рядом с Гошкой. Мы трогаемся с места и скоро оказываемся на берегу озера. Там я сразу, в толпе людей, вижу Диму, который командным голосом отдает распоряжения. Здесь расположился настоящий лагерь, вплоть до того, что для тех, кто отправится на поиски, организовано горячее питание, которым распоряжаются Галина и Анфиса. Также стоит водовозка, лежат разные инструменты для тех, в общем, все необходимое. Думаю про себя, что из Димы выходит и неплохой организатор – ну да, не просто же так он свою должность получил.
Скоро вокруг него образуется плотное кольцо, мы тоже подходим, и первое, что я делаю – бросаю взгляд на лицо Данила. Нет, его выражение не меняется, присутствие Димы его не коробит, так что остается надеяться на то, что в колонии у него просто не было возможности Диму видеть. Хотя и коню, как говорится, ясно, что в поселке, в котором располагается колония, в тот период, когда там шло следствие по делу Тараса, он был точно.
Дима распределяет участки поиска, очередь, наконец, доходит до нас, и почему – то так получается, что наша четверка остается последней. Когда Дима понимает это, лицо его темнеет, но он не показывает вида, что ему не нравится то, что я и Анютка пойдем вместе с Масловым.
– Ребят – он подходит к нам – вам достается самый непростой квадрат – обводит карандашом участок за деревней – вот тут. Поле деятельности очень широкое, но наши там еще не бывали. Здесь нужно все хорошо осмотреть – тут трава огромная, с человеческий рост, поля нехоженные, вот здесь – старые зерновые хранилища. Ходить тут очень осторожно – периодически сюда, на эти поля, привозят всякие железки от старых машин и оборудования. ну, не мне вам объяснять, Данила Ефремович...
Данила одобрительно кивает, а Дима продолжает:
– Девушки, вам нужно надеть какую – то другую обувь, ботинки, сапоги... Вполне возможно, что в этой траве могут змеи быть.
Он смотрит на ноги мужчин.
– Вот у вас с этим все в порядке.
Я спрашиваю у Анютки:
– У тебя есть или тебе дать?
– Есть – кивает она.
– Тогда мы вас до дома отвезем – говорит Данила – переоденетесь, и пойдем. Ася, ты не против, если я у твоего дома машину брошу?
– А может быть, мы доедем сюда? – Анька тыкает пальчиком в карту – оставим здесь вашу машину, а отсюда пешком пойдем? Так же быстрее будет.
– Молодец, соображаешь – одобрительно кивает Данила – да, давайте так и сделаем. Все тогда, поехали, времени у нас не так много. Оттуда, где мы будем искать, хотелось бы вернуться до сумерек.
Дома мы переодеваем обувь, Анютка тихонько зовет меня через забор, когда я выхожу на крыльцо, и спрашивает:
– Ась, тебе не страшно с ними идти?
– С кем? С Гошкой и Данилой? А чего бояться? Чай, ни звери, не съедят.
Скоро мы уже мчимся по дороге за деревней туда, откуда нам предстоит начать поиски. Честно говоря, я не думала, что эта заброшенная территория окажется такой огромной. И трава тут ужасная – высокая, и правда в человеческий рост. То тут, то там видны остовы машин и каких – то огромных железяк, и очень – очень далеко видно полуразобранные крыши старых зернохранилищ.
– Странно – говорю я – нервно передергивая плечами – почему старые зернохранилища так далеко от деревни? Потом оттуда зерно возить... Как – то неумно сделано...
– А это было что-то вроде перевалочных пунктов – объясняет Данила – еще с глубоких советских времен остались... Туда не на постоянку зерно сгружали, а временно. Потом в деревню перевозили. Практиковалось такое одно время, Ася.
Вчетвером мы обозреваем поле деятельности, не зная, с чего начать. Наконец Данила, на правах старшего, заявляет:
– Смотрите, пространство тут – за день не обойдешь. Я предлагаю разделиться по двое человек и идти зигзагами, чтобы ничего не упустить. Думаю, к вечеру до зернохранилищ доберемся. Но сейчас важно все это поле осмотреть хорошенько.
– Слушайте, но тут же трава нигде не примята – говорит Анютка – мне кажется, тут и не было никого.
– Аня, просто в этой траве, видишь, есть тропинки, можно по ним идти. А примять траву ростом с человека очень сложно – отвечает ей Данила – так, ребята! Я иду с Асей, Гоша – ты с Анюткой...
– А можно, мы с Асей вместе? – пищит Анька несмело, признавая право Данилы на старшинство в нашей маленькой группке.
– Нет, Анюта – серьезно и терпеливо объясняет ей тот, ну прямо, как маленькому ребенку – нужно, чтобы в паре был мальчик – девочка. Мало ли что... Мы все – таки мужчины, защитники...
– Ладно – говорит та и косится на Гошку.
Видя ее замешательство, Данила смеется.
– Да не бойся, ничего он тебе не сделает! Он ведь не дурачок какой!
Я же думаю про себя о том, что Гошке Анька даром не нужна, все его мысли, похоже, только о красотке Агнии.
– Ну что, вперед! – командует Данила – связь держим по телефону. Если что-то случится – сразу друг другу звоним.
Мы отделяемся друг от друга и идем туда, куда нам указал Данила.
Честно говоря, продираться через эту траву очень трудно – она тут, как густой лес, колом стоит.
– Ася! – Данила протягивает мне пару перчаток – возьми. Тут борщевик, пораниться можно.
– Спасибо – я надеваю перчатки на руки – даже не подумала об этом.
Он в это время звонит Гошке и просит его дать перчатки Анютке. Я кидаю взгляд на его руки – они тоже в перчатках.
– С запасом взял?
– Ага. Так и думал, что тут будет расти какая – нибудь подобная гадость.
– Ты был тут хоть раз?
– Да, всего один раз. Когда выбирал место под ферму. Честно говоря, какие – то неприятные места, Ася. Вот например, посмотри туда – он показывает мне в сторону озера, в ту, где расположился лагерь для поисковиков – видишь, там солнце. А теперь подними голову. Здесь серое и противное небо.
– Данила – смеюсь я – это уже что-то из области антинаучной фантастики!
– Да, но находясь здесь, поневоле поверишь в мистику, согласись...
– Интересно, почему эти поля не окультурили? Засадили бы чем-нибудь...
– Может быть, и хотели. Но потом пришла перестройка и всем стало наплевать. Кстати, сюда даже животину на выпас не гоняют. Ну, не мне тебе объяснять, почему. Поле не чистое, везде железки... Трава, конечно, что надо – сочная, налитая... Опять же, борщевик этот, мать его... В общем, место крайне неприятное.
– И досталось оно именно нам – заканчиваю я его мысль.
– Я ничуть не жалею – говорит Данила – с тобой, Ася, я готов хоть в шахту отправиться, на большую глубину, под землю...
– А что, Агния не захотела в этом участвовать? Мне казалось, ей не хватает впечатлений и эмоций...
– Да ты что? Агнию – сюда?! Ась, ну, не смеши! Она не настолько авантюристка. Я предложил, конечно, но она сказала, что ради какой-то незнакомой старухи не собирается лазать по кустам и полям. Вот так-то.
– Да, Агния для такого не создана – в этот момент раздается звонок телефона – а вот и она сама. Алло!
– Асенька, привет! Можно зайти к тебе в гости?
– Агния, ты же знаешь, что я никогда не против того, чтобы мы встретились, но сейчас я никак не могу, потому что нахожусь на поисках.
– Ого! Я не думала, что ради того, чтобы найти какую-то старуху, ты пойдешь шастать по кустам и чаще леса! Данила и Гошка тоже ушли, но они-то всю деревню знают!
– Агния, это не какая-то старуха, а человек, в первую очередь!
– Ладно, Ась, не сердись! Придется мне в одного коротать этот день.
– Кстати, я в одной поисковой четверке с твоим мужем. Хочешь с ним поговорить?
– Да нет, вечером наговоримся, спасибо, дорогая. Удачных поисков!
– Агния? – спрашивает Данила – наверняка ей стало скучно.
– Так и есть. Мне кажется, она даже уже жалеет, что не пошла с нами.
– А мне кажется, что это наоборот хорошо. Сейчас бы мы дружно слушали ее нытье о том, что ей жарко, неудобно, что ее закусали мошка и комары, что она хочет пить...
– Кстати, про пить – я достаю из рюкзака бутылку воды, откручиваю пробку и жадно припадаю к живительной влаге.
Данила с удовольствием смотрит, как я пью, потом пальцем стирает у меня с подбородка капельку воды, а я протягиваю ему бутылку. Он жадно пьет, и мы идем дальше, продираясь сквозь траву и редкие кусты. Осматривая местность, успеваем болтать о том, о сем, в основном, о делах фермы, конечно.
В процессе разговора я спрашиваю его о том, удачно ли прошла охота, на которую они не так давно ездили с сыном.
– Да, мы привезли неплохую добычу. Отдохнули душой, так сказать. Я думал, Агния хвастала тебе.
– Хвастала, конечно – усмехаюсь я – но хотела услышать от тебя, что ты вполне удовлетворен своим отдыхом.
Что-то такое сейчас читается в его лице... Глядя на него, становится понятно, что не совсем удовлетворен-то... Вот если бы это была охота другого плана, тогда конечно, на его лице сейчас играла бы победная улыбка. Эти дряни получают удовольствие от того, что убивают себе подобных. И если раньше при любом взгляде и прикосновении ко мне рук Данила, что-то волновало мое сердце, то теперь это наваждение как рукой сняло. А может быть, близость с Димой так подействовала на меня, что Маслов – старший перестал действовать магически на мой мозг и эмоции.
Думая об этом, я иду рядом с ним и иногда посматриваю на его сосредоточенное лицо. Вот раздается звонок телефона, отойти в сторону ему некуда, и он вынужден разговаривать здесь, при мне. Разговаривать сухо и коротко.
– Да, Григорий! Да! Нет, я на поисках по тому делу, про которое говорил тебе! Когда приедешь? Послезавтра? Вот там и поговорим! Нет, на ферму не надо – прямо домой и дождись меня, понял?!
Беру на заметку для себя – некий Григорий, скорее всего, Тюлькин, приезжает послезавтра к Маслову. И не на ферму, а домой... Вероятно, там состоится разговор между ними, касающийся... Тут и семи пядей во лбу быть не надо, чтобы понять, что разговор будет касаться дела об убийстве двух человек. И конечно же, убийцей выступал человек из колонии, подчиненный Тюлькина. И поскольку это дело теперь является резонансным для всей шайки, Маслову и Тюлькину надо будет срочно решать эту проблему.
После этого звонка Маслов получает еще один – от Димы. Ну, все правильно, выглядело бы подозрительным, если бы Дима позвонил мне...
– Да! Да, хорошо! У нас с собой так-то провиант есть, мы можем перекусить прямо тут. Не хотелось бы прерывать поиски. Девушки в порядке. Сейчас отдохнем – и дальше отправимся. Сначала поле осмотрим, а уж потом к зернохранилищам – он заканчивает разговор и говорит мне – Ася, может, вызвоним наших и перекусим? Дмитрий предлагал в лагерь, но я сказал, что смысла не вижу. Лучше быстренько здесь, а потом поиски продолжать.
– Хорошо – говорю я – позвони Гоше, пусть идут сюда.
Он звонит сыну, но тот уверяет, что у них тоже есть провиант, и они прекрасно перекусят с Анюткой сами. Смысла нет где-то встречаться и обедать вместе.
Мы с Данилой достаем из рюкзаков наши припасы – в основном это бутерброды и вода. Обедаем не спеша – когда еще потом удастся перекусить, нужно как можно плотнее насытить организм. Потом пьем воду – моя кончается, и мы принимаемся за воду из рюкзака Маслова.
– Надеюсь, у Гошки с Анюткой провизии хватит – говорю я.
– Сын сказал, что у них достаточно еды. Знаешь, я все-таки не теряю надежды, что за это время они подружатся. Гошка неплохой парень.
– Данила, да никто не говорит, что он плохой. Просто Анютка, по моему мнению, для него простовата...
Ближе к вечеру мы выходим к зернохранилищам и скоро видим и Анютку с Гошей. Они идут нам на встречу и весело смеются.
– Ну, ты шутник! – Анютка залихватски хлопает его по плечу.
Но тут же останавливается и говорит вдруг:
– Ой, смотрите, а тут кто-то ходил... Трава примята.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.