«Великий праздник Рождества Христова весь христианский мир вторично встречает под грохот пушек, свист пуль, боевые крики, стоны раненых, плач матерей и вдов… Вторично в пылу борьбы, когда потоками льётся кровь, встречаем мы великий христианский праздник, напоминающий нам о том, что должен быть «на земле мир, а в человеках благоволение» – слова из рождественского выпуска газеты «Русская Ривьера», передающие тревожную атмосферу уходящего 1915 года.
В газетах военного времени главным образом, конечно же, освещалось происходящее на фронтах. На первых полосах – сводки о действиях русских войск, известия от союзников, расстановка сил в мире. Но, как принято было писать в газетах того периода, «настроение наших солдат отличное, несмотря на всякого рода лишения. Бои продолжаются».
А каким было настроение обычных крымчан, провожавших этот непростой год 109 лет назад? Научная библиотека «Таврика» им. А.Х. Стевена бережно хранит немногочисленные воспоминания о дореволюционных новогодних праздниках, напечатанные в газетах того времени.
В начале зимы 1915–1916 годов по всей территории Крыма сохранялась «теплая, прекрасная погода…все гуляют в осенних костюмах; наблюдается полное отсутствие сырости». Морозы пришли в Тавриду только после 6 января. А сырость, как известно, способствует распространению вирусов. Исключением не стал и 1915-й год. В каждом выпуске газет публиковались краткие заметки о количестве заболевших сыпным тифом, скарлатиной, дифтеритом и т.д. Основными очагами были места массового скопления беженцев. С инфекциями боролись с помощью «оспопрививания», санобработкой помещений, по возможности изолировали заболевших, минимизируя контакты, в помощь крымским врачам приезжали специалисты из других губерний.
Одна из базовых потребностей человека – наличие питьевой воды – тогда также не была удовлетворена для жителей части Севастополя. «Страдающие недостатком питьевой воды жители Северной стороны обратились в городскую управу с просьбой о проводке к ним филиальной линии водопровода с уделением необходимого количества воды». Но, к разочарованию горожан, севастопольские чиновники «после весьма долгого молчания… посоветовали обратиться с просьбою о воде в симферопольскую уездную земскую управу, так как Северная сторона находится в её районе».
На последних страницах газет «новогодним подарком» была обнародована: «Такса по гор. Симферополю по последним данным, утверждённым Таврическим губернатором». Цены, опубликованные здесь, выглядят приятными для нас спустя 109 лет: редкий товар оценён хотя бы в 1 рубль, в основном цены копеечные. Но это только на первый взгляд – если же сравнивать их с доходами населения того времени, выясняется, что всё не так уж гладко. Отсюда и заметки:
«Служащие при больнице земства ходатайствуют о прибавке им жалования. Своё ходатайство они мотивируют усилением работы в больнице и дороговизной продуктов», «Воспитательницы детей-подростков симферопольского губернского приюта ввиду подорожания жизни обратились в земство с коллективным прошением об увеличении им жалования за содержание питомцев».
Кроме привычных для дореволюционных газет новостей «в одну строку» о кражах в газетах публиковались сообщения о мошенничествах. Накануне новогодних праздников, например, произошла неприятная история в Симферополе: «Ходит деревенский парень по базару с мешком за плечами и таинственно говорит, что у него там ½ пуда сливочного масла», но по утверждённому тарифу (как следует всё из тех же газет, 1 р. 20 коп. за фунт) продавать его он не желает, а вот «копеек по 80 за фунт с удовольствием бы отдал». Вскоре, конечно же, нашлись покупатели, но, когда они вместе с аферистом-продавцом взвесили масло и уже собирались расплатиться, «приказчик загнал нож в кусок, но нож упёрся во что-то вязкое…внутри оказались куски внутреннего сала бебеки и т.п. прелесть. Продавец, воспользовавшись удивлением покупательниц, сбежал».
Но не всем преступникам удаётся сбежать далеко и бесследно. Не повезло Розалии Винклер – «юной рецидивистке» лет пятнадцати, которая под видом помощи незнакомой даме украла у неё вещей на 18 рублей (немалая сумма по тем временам!). Как выяснилось, до этого случая у неё уже было шесть судимостей за подобные преступления, также было передано в суд и это дело. Как говорится, из молодых да ранних…
Как известно, алкоголь часто становится причиной разного рода проблем. Не обошли они под Новый год и одного из крымчан:
«В полицейский участок явился некто П. М. Няго в нетрезвом виде и заявил, что его на улице сильно избили какие-то хулиганы. Выяснить личность нападавших на Няго не удалось, а сам он привлечён к ответственности за пьянство».
Видимо, не зря на рубеже XIX–XX веков создавались особые государственно-общественные организации – Попечительства о народной трезвости. А вот и сообщение от одного из них, опубликованное в январе 1916 года:
«За вторую половину декабря в местной чайной городского комитета попечительства о народной трезвости выручено 222 рубля. В связи с затруднением продажи спиртных напитков посещение рабочими людьми чайной, в сравнении с прошлыми годами, значительно увеличилось».
Скорее всего, и неудачливый гражданин П.М. Няго смог бы избежать проблем с законом, зайди он в приличной компании в эту чайную. А от проблем со здоровьем предостерегает брошюра, заказать которую в канун Нового года предлагала газета «Южное слово». Название брошюры само по себе раскрывало её суть: «Не пейте денатурированного спирта, политуры, одеколона, древесного спирта, лаков, бальзамов и т.п.».
Вот уж действительно, каждый сам выбирает свой способ порадоваться новогодним и рождественским праздникам. Многим крымчанам в этом помогало искусство, в особенности театр. В начале XX века полуостров жил насыщенной театральной жизнью. В театре Таврического дворянства (нынешний театр им. Горького в Симферополе), как мы узнаём из газет, в первых числах января 1916 года проходили гастроли передвижной оперы товарищества артистов под управлением А. С. Костаньяна и Д. Д. Друзякина. Симферопольской интеллигенции были представлены спектакли «Мазепа», «Дубровский», «Ночь под Рождество», «Фауст», «Руслан и Людмила», «Травиата». Открытие целого ряда спектаклей «со второго дня Рождества Христова» состоялось в театре «Метрополь».
Также в газетах публикуются отзывы о гастролях известных театров по городам и весям Крыма. Радуются им и жители Джанкоя: «В нашем захолустье приезд труппы М.С. Кожевникова и К.А. Яновской был целым событием…». Похожее сообщение пришло из Керчи: «Нынешний зимний сезон изобилует у нас театральными развлечениями». Кстати, в этом городе братьями Лифшец был возведён свой собственный «одеон» для различных постановок: «Он стал вполне народным театром. Даже в будни обширное помещение цирка-театра полно народом – явление у нас небывалое». В Севастополе, помимо прочего, проходили первые сеансы кинематографа для школьников за восемь копеек в театре «Ренессанс».
Пресса уходящего военного 1915 года содержит не так много поздравлений, восторженных праздничных статей, как обычно. Кроме собственных развлечений крымчане были озабочены организацией праздников для людей, которым недоступны обычные новогодние удовольствия, ведь, как гласит известная библейская истина, «блаженнее отдавать, нежели получать». Но каким из христианских заветов лучше продолжить эту цитату: «всё тайное становится явным» или «не творите милостыни вашей перед людьми с тем, чтобы они видели вас», – судите сами. К этому вопросу подталкивает «список лиц, посетивших 1 января 1916 г. для взаимных поздравлений Дворянское Собрание и внесших пожертвования в пользу Симферопольского Благотворительного Общества», опубликованный в газете «Южное слово». Перечень очень подробный, в нём кроме фамилий (в том числе известных) указана сумма пожертвования – от 1 до 3 рублей.
Несмотря на жёсткое военное время, детям по-прежнему прививали человеколюбие, склонность к заботе о нуждающихся. Так, к Новому году и Рождеству «подарки в действующую армию заготовляются ученицами женской гимназии. Каждая ученица, покупая несколько определённых предметов, запаковывает в отдельный пакет, вкладывает записочку – и «гостинец» готов». Позже, в январе, в редакцию одной из газет пришло письмо от рядового Георгия Иванова, в котором он писал, что «его часть встретила Рождественские праздники не только хорошо, но даже роскошно. Воинам были присланы конфеты и орехи и другие незатейливые, любимые русским народом сласти. Благодаря этим заботам о них они провели Рождество Христово прекрасно и горят одним желанием - гнать врага и послужить Родине».
Дамский кружок в Севастополе приглашал всех на Рождественский базар, который «обещает быть очень интересным и оригинальным. Кружок получил много изящных предметов для торговли, кроме этого, вероятно, привлечёт много охотников оригинальная лотерея, в которой главными выигрышами будут различные консервированные яства».
Отличным новогодним подарком для крымских (и не только) кофеманов стало следующее известие, опубликованное в первые дни 1916 года:
«Первая в мире фабрика Марии Годзелинской (Москва) изготовила и пустила в продажу настоящий кофе Мокко. Любители и знатоки наконец-то смогут насладиться настоящей чистой чашкой кофе мокко. Продажа в бакалейных, колониальных, чайных и аптекарских магазинах».
Увы, но 109 лет назад люди не имели возможности поздравить далеко живущих близких с помощью средств связи, которые стали такими привычными для нас. Тем печальнее выглядит следующее предупреждение: в отличие от праздничных дней предыдущих лет, начальник Ялтинской почтово-телеграфной конторы Горский «доводит до сведения публики», что «ввиду текущих событий, в целях обеспечения правильности и скорости движения правительственных и особенно важных телеграмм…воспрещён приём праздничных телеграмм» 24, 31 декабря 1915 г. и 1 января 1916 г. Остаётся надеяться, что эта новость не сильно расстроила крымчан, и каждый, пусть даже с небольшим опозданием, смог отправить и получить свои поздравления.
Несмотря на трудности, люди готовились к празднику. Семейному, традиционному. И никто тогда, в 1916-м, не мог предположить, что этот Новый год станет одним из последних, который предстоит провести по привычному, сформированному столетиями сценарию.
Фрагменты статьи из Крымского научно-популярного Альманаха "Полуостров сокровищ", выпуск II.