Один из танкеров, который потерпел крушение в Керченском проливе, оказался перегружен. Капитан судна сообщил, что его не разгружали, так как «Роснефть» ставила свои суда в очередь, нарушая установленный порядок. Об этом рассказывает Telegram-канал Baza.
Согласно источникам, 30 ноября — в последний день действия транспортных документов — танкеру «Волгонефть-212» была дана команда на выгрузку. Судно пришло в перегрузочный район порта Кавказ, но мазут не начали выгружать. Сначала этому помешала погода, затем в очередь перед «Волгонефтью-212» встали другие суда.
Капитан Леонид Волегов отметил, что «Роснефть» сначала разгружала свои танкеры, а потом уже другие. Это также подтверждается перепиской сотрудника транспортной компании с представителями заказчика: «Работаем по распоряжениям «Роснефти».
Пока «Волгонефть-212» ожидала разгрузки, на борту сломался один из котлов. Судно не могло вернуться, так как для этого нужно было оформить переход в Российском классификационном обществе (бывший Российский речной регистр), но разрешение не могли выдать, поскольку танкер не был разгружен, а для получения разрешения судно должно находиться в балласте (пустым).
По информации Baza, танкер действительно был перегружен — при максимальной грузоподъемности 4800 тонн на борту находилось 4900 тонн мазута. Более того, согласно документам, «Волгонефть-212» и «Волгонефть-239» не имели права выходить в Керченский пролив в декабре — свидетельства, выданные РКО, разрешали судам заходить в пролив не позже ноября, говорится в публикации.
15 декабря танкеры «Волгонефть-212» и «Волгонефть-239» потерпели крушение в Керченском проливе. На следующий день СМИ сообщили, что после крушения судов вытекло по меньшей мере 3,7 тонны мазута. В целом корабли перевозили около 9,2 тонны нефтепродуктов, большая часть которых не попала в море.
В связи со случившимся купальный сезон на пляжах Анапы в ближайшие два года будет находиться под угрозой срыва.
Эксклюзивы "Вечерней Москвы"
Экономист Разуваев объяснил, как изменится уровень инфляции после сохранения КС
Психиатр Вилков объяснил, можно ли было предотвратить самоубийство Яниса Тиммы