Комната дочери пустовала недолго. Сколько прошло? Неделю, две... За распахнутыми окнами остановилась машина и по звуку мотора Лида поняла, что снова приехала дочь.
- Что там? Никак Юлька опять с чемоданами? - спросила бабушка, отвлекаясь от телевизора и напрягая свои выцвевшие глаза в сторону окна.
- Она, - вздохнула Лида, вставая, подхватывая себя за правый бок, в котором опять пошаливал желчный. - Пойду встречу.
- Да что же это за поколение такое бестолковое. Снова ушла от Андрея! - возмутилась старуха, - ни ума, ни фантазии, только и умеет, что бегать туда-сюда. Д*ра!
- Наоборот, мам - слишком умная.
Юлька уже заволакивала чемодан через порожек калитки. Лида, возвышаясь с крыльца, не выказывала удовольствия от встречи.
- И снова здравствуйте... - сказала она безрадостно. - Что на этот раз?
- Отстань, мам. Без тебя разберусь.
- Разберётся она... Тридцатник скоро, а она всё разбирается. Эээх, ты...
Лида прицокнула языком и посторонилась, чтобы дочь поместилась в проходе. Она прошла мимо, таща за собой чемодан, избегая разочарованного взгляда матери. На Лиду густо пахнуло запахом городской и "высокой" жизни: щедрым шлейфом духов, шампуня, крема и Бог ещё знает чего. В углу перед воротами повисла на цепи собака, она приветственно лаяла, встречая Юльку, помня ещё те времена, когда маленькая хозяйка её любила. Горло собаки сдавливал натянутый ошейник и лай получался хриплым.
- Тихо, Черныш! Замолчи! - приструнила его Лида.
Выражение лица у Юли было такое, что сразу ясно - не подходи. Какой уж там Черныш ей...
Город испортил Юльку. Из некогда простой и улыбчивой деревенской девчонки, смотрящей на мир доверчиво и открыто, она превратилась в настоящую фифу, которая никак не сложит себе цены. Уезжала она на учёбу полнокровной, смачной дивчиной, но через пять лет стала выглядеть, со слов бабушки, как "напомаженный дрыщ": исхудала до костей так, что один нос и остался. Появились у неё наряды по последней моде, волосы свои чёрные, длинные, носила Юлька только в распущенном виде, на лице маска из косметики в три слоя такая, что и сантиметра собственной кожи не видать. Да... Испортилась Юлька. И не только внешне.
- Для "интурнетов" всяких может и красавица, но мне такой красоты не понять, - ворчала бабушка, причавкивая селёдку полубеззубым ртом, - взгляд голодный, недоверчивый и злой, как у ша*авы, для которой любая подруга - соперница.
- Ой, бабушка, ну что ты говоришь такое на внучку! - возмущалась Лида, стоя у плиты, добавляя фарш в гречку. Она часто готовила это блюдо - второй муж любил, сошлись они уже в возрасте. Это был спокойный, тихий и надёжный мужик, не то, что первый, отец её детей, алкаш драный. Утонул он по пьяни, когда младшей Юле исполнилось пять лет, Лида детей поднимала одна. В женские разборки второй муж никогда не вмешивался, если надо помогал молча, но мнение своё держал при себе.
- А чего она ходит с такой надменной физиономией? - не успокаивалась старуха. - Ишь цаца выросла, кто бы мог подумать... Главное, парни - как парни, нормальные люди на вид, а девчата как в город поедут, так всё - куклы фабричные. В глазах у них светятся только эти самые... доллары. Ищут где б пристроиться повыгоднее. И Юлька наша туда же. Куда общество катиться? Во ценности пошли! У меня в двадцать восемь лет уже вас трое было, и за богатствами мы не гонялись. Вон, дом сами выстроили и просто жили.
- Да, мама, нынче другая жизнь, под флагом капитализма.
Юлька протащилась через весь зал в свою комнату под пристальным взглядом бабушки.
- Привет, бабуль.
- Привет, ага... - проворчала бабушка и вдруг гаркнула, потянувшись корпусом вслед за внучкой. - Что ты опять, Юль, а? Ну сколько можно бегать? Из-за чего на сей раз?
- Из-за того же! - хлопнула дверью Юлька.
Бабушка свирепо оглянулась на Лиду. Та развела руками.
- Ну а что мы можем, что? Это их жизнь.
Бабушка взяла пульт и переключила канал. Успокаиваться не получалось.
- Шесть лет канителят, голову друг другу морочат. Уже б расстались!
Лида подошла к двери в комнату дочери, постучала.
- Юль, ты обедать будешь?
- А что есть?
- Суп только. Ты же не предупредила, что приедешь, я бы приготовила.
- Не хочу я ваш суп.
- Ну и сиди!
Немного погодя отправилась Лида на кухню готовить для Юли свежее блюдо.
Хоть и пыталась она заступаться за дочь, но сама не понимала политики Юльки. Шесть летони с этим Андреем то сходятся, то расходятся, страсти кипят такие, что хоть самовар на них ставь и чаем балуйся. Одно время квартиру вместе снимали, но Юле не нравились намёки Андрея, что, дескать, и она должна свою плату вносить, ибо он не Рокфеллер, и зарабатывает совсем немногим больше, чем Юлька. Юля на этот расклад обиделась. Почему она должна платить? А мужик тогда ей зачем? Она, между прочим, зарплату откладывает на своё собственное жильё. И вообще она ему ничего не должна, раз жениться на ней не хочет! Расстались они на полгода, разъехались по мамочкам.
Андрей с предложением о замужестве и впрямь не спешил. Юля за это обижалась на него сильно. Она что? Не достойна того, чтобы её в жёны взять? И давай из кожи вон лезть, чтобы доказать всему миру свою неотразимость: диеты как вечный спутник (Юля была склонна к припухлости), тщательный макияж, красивые платья. И всё ради знакомства с другими парнями.
- Раз ты меня не ценишь, найду другого!
- Да с чего ты взяла? Давай хотя бы на ноги встанем, подожди немного. Что тебе даст то замужество?
Мирились они и опять сходились, сменили около пяти квартир. Андрей предложил жить у его родителей.
- Так будет легче на квартиру накопить. А там поженимся, объединим усилия и возьмём ипотеку.
С будущей свекровью Юле жить не нравилось. Это вам не мама, которая всё поймёт и стерпит. Здесь чужая территория, надо подстраиваться под быт другой женщины. То и дело ссоры-шморы... Юля стабильно курсировала от свекрови к матери. Так как девушке подобного сорта не пристало тереться по маршруткам (а ехать из города в деревню около часа), Юля сдала на права и купила подержанный автомобиль в кредит.
В один из приездов сказала:
- Всё! На Андрея у меня надежды нет, буду сама себе покупать квартиру! Есть триста тысяч.
- И что ты купишь за них? - удивилась Лида.
- А вы мне добавите. А что? Брату ведь помогли с квартирой, я тоже нуждаюсь. Или тебе нравится, что дочь без своего угла живёт?
Лида посоветовалась с мужем. Отдали они Юльке отложенные за несколько лет триста пятьдесят тысяч. Откладывали они их на чёрный день, мало ли что, возраст за пятьдесят всё-таки, здоровье уже не то... Но как не помочь деточке?
- Отдаём всё, что есть, но платежи будешь вносить своими силами, на нас не надейся.
Не долго думая, Юлька купила в ипотеку квартиру в новостройке, срок сдачи через год. Большая часть зарплаты стала уходить туда, но Юльке-то что? Ей самой много не надо, живёт она то у мамы, то в квартире Андрея, накормить всегда накормят, это их, между прочим, обязанности.
Через год дом был сдан, но как в нём жить, если нет даже черновой отделки, только голые стены? На ремонт у Юльки денег не было, откладывать не получалось. А вот у Андрея были, но помочь он ей не спешил.
- Тебе всё равно! Ты меня не любишь! Сделали бы ремонт и жили отдельно!
- Я на грузовик коплю, ты же знаешь. Хочу сам на себя работать.
- Ну конечно! А мои проблемы тебя не колышат! Чем дальше, тем больше я понимаю, что абсолютно одинока, у меня никого нет! Я уезжаю к маме!
В очередное примирение Андрей решился сделать Юле предложение. Пригласил в ресторан, преподнёс кольцо... Вышло красиво. Но Юля ответила ему отказом.
- Я уже ничего не понимаю, Юль! - поражалась Лида, - ты же мечтала об этом несколько лет, все мозги парню выела со свадьбой, а теперь отказываешься!
- Ага, щас! - психовала Юлька, - мы поженимся, он мне поможет с ремонтом, а потом, когда разводится будем, потребует от меня половину квартиры? Типа он и ремонт за свой счёт сделал, и платили мы за неё совместно? Я что совсем ду*а? Если любит меня, поможет и так!
- Но он и так помогает тебе платить, тебе же вечно не хватает, совесть иметь нужно хоть чуть-чуть.
- Конечно помогает! Он мужчина и должен вообще меня обеспечивать, а раз не может, то зачем мне такое счастье вообще?
Бабушка, покачав головой, выдала:
- Ну ты, Юля, и хитровыделанная... И в кого ты такая стерва?
- В тебя!
- В меня?! - взревела бабушка. - Ах ты ж нахалка! Нет, Лида, ты слышала? А ну иди сюда, давно я тебя лозиной не стегала...
Бабушка встала и взволнованно зашарила за креслом, ища невидимую лозину. Юлька тем временем уже давно вышла на улицу.
- Мам, успокойся, не трогай её, - сказала Лида.
И вот опять приехала дочка. Приготовив покушать, Лида во второй раз постучалась к ней и вошла без приглашения. Юля лежала плашмя на животе, обнимала подушку и выглядела заплаканной.
- Ну что ты опять, Юль? Что случилось у вас?
Юлька посмотрела на неё злобно, швырнула от себя телефон.
- Ничего не случилось, мам! Просто я одна, совершенно одна! Мне не на кого надеяться, у меня ипотека, кредит, а я даже жить в своей квартире не могу, потому что нет денег на ремонт! Таскаюсь к вам в эту вонючую деревню! Как я устала быть одной! Устала решать самой все вопросы!
- А что с Андреем?
- Я одна! И всегда буду одна! Запомни это! И не упоминай при мне этого козла! - орала Юлька, брызжа слезами.
- Понятно... Успокаивайся и иди ешь. Я плов приготовила, с рёбрышками, как ты любишь.
Лида притворила дверь. Вышла.
- Чего она так разоралась? - поинтересовалась бабушка.
- Говорит, что она одна.
Бабушка фыркнула:
- А как она хотела? Про таких говорят: и на х... сесть, и рыбку съесть.
- Мама! Ну какая же ты матершинница! Фу!
В один из дней, когда Юлька уехала на работу, к ним пожаловал сам Андрей. Гостем он был не частым, заезжал только по делу. На этот раз привёз мешок сахара.
- По дешёвке достался, со склада. Вы же знаете, я грузы вожу на Москву.
- Вот спасибо! Ты заходи, чайку попьём с тобой...
Андрей замялся, но согласился. Бабушка и Лида улыбались ему во все зубы, нравился им паренёк. Лицо простое, честное...
- Знаете, я тут решил кое-что. Есть у меня деньги, отложенные на машину. Я же хотел купить грузовик небольшой, типа Газели, чтобы работать сам на себя... Да Юля на меня всё обижается. Поссорились с ней из-за ремонта опять. Ну короче решил я, что машину покупать не буду, а сделаю ей ремонт. Будем вместе жить, а там посмотрим. Хоть и вредина она, но я люблю её.
Лида призадумалась. Она взглянула на иконки в углу гостиной, опустила глаза. Подумала о том, что Андрей тоже чей-то сын... Имеет ли она право обманывать ребёнка другой женщины? Все они в её глазах дети, за которых болит материнское сердце, пусть и чужое! И как Лида, имея совесть, может поддержать его в этом порыве?
- Ты послушай меня, Андрюша... Был бы ты моим сыном, я бы тебе так сказала: не надо делать для Юли ремонт, покупай лучше себе машину. Ты же видишь какая она? Ещё разбежитесь и ты останешься с носом, она их тебе не вернёт, уж поверь. Не хочет по-человечески - её выбор. Я имею ввиду свадьбу сыграть, ну чтобы всё как у людей, по-честному... Не хочет она. Потому что хочет, чтобы всё только ей принадлежало. Встречайтесь, любитесь - сюда я не вмешиваюсь. Но мой тебе совет - не надо вкладывать в неё такие деньги.
Юля и Андрей повстречались ещё полгода и расстались окончательно. Андрей женился на другой, а Юля усиленно ищет состоятельного мужчину, которому будет не жалко вложиться в комфорт такой девушки, как она. Лида чувствует перед ней вину... Да, совершила подлость. Против своей дочери пошла. Отсоветовала молодого человека от порыва благородства. Может, и успокоилась бы тогда её Юля, и счастливей бы стала... Но как поступить иначе человеку, у которого развита совесть?