Родной берег 113
Суп был таким ароматным и густым, что хотелось быстрее его съесть. Хлеб оказался мягким, с хрустящей корочкой. Девушки сдерживали себя, чтобы не наброситься на еду, ели молча, быстро, сосредоточенно. Настя, держа в руках второй кусок хлеба, уже немного насытившись, задумчиво провела пальцем по его тёплой поверхности, словно не веря, что всё это реально.
– Ешь, милая, вот питье, – мягко сказала Меланья, пододвигая к ней чашку горячего чая. – Здесь не принято стесняться, когда ты голоден.
Настя подняла глаза и робко, но искренне улыбнулась. Меланья тихо вздохнула: «Что же вы, бедняжки, пережили, если такие голодные и несчастные».
Кира первой опустошила тарелку, шумно вздохнула и, глядя на Меланью, пробормотала:
– Спасибо. Очень вкусно.
Меланья похлопала её по плечу и улыбнулась:
– Ну вот и хорошо. А теперь пойдёмте. Я покажу, где можно умыться и постирать бельё.
Комната для умывания и стирки была простой, но просторной: белые стены, большой медный бак, деревянные тазы и длинная верёвка для развешивания одежды. Воздух пах мылом и влажным деревом, а из небольшого окна доносился тихий шум ветра.
Меланья принесла горячей воды, дала кусок хозяйственного мыла и, о чудо! – полотенца.
– Вот, пользуйтесь. Никто сюда не войдёт, кроме вас никого тут нет.
Девушки были на седьмом небе от счастья. Они уже и не мечтали о тазе с горячей водой и куске мыла — это стало для них чудом.
Они провели в прачечной целый час. Вода смывала с них не только пыль и грязь, но и усталость, копившуюся неделями. Настя старательно отстирывала платье, которое давно утратило свой вид, а Кира энергично терла плечи грубой мочалкой, чувствуя, как напряжение уходит из тела.
– Хорошо, правда? – тихо произнесла Настя, опустив ладони в таз с тёплой водой.
– Ещё бы, – отозвалась Кира, обернувшись полотенцем. – Как будто заново родилась.
Они обменивались короткими фразами, но молчание между ними больше не было тяжёлым — это была тишина облегчения.
Когда девушки вернулись в свою комнату, их встретил мягкий свет лампы и тёплый запах хлеба, всё ещё витавший в воздухе. Настя сразу забралась в кровать и свернулась калачиком, как бедный маленький котенок, наконец-то нашедший уголок покоя.
– Только посмотри на себя, – усмехнулась Кира, присаживаясь на край стула. - Давно я не видела тебя такой счастливой.
– Так и есть, – тихо ответила Настя, глядя в потолок. – Впервые за долгое время я не думаю о том, что будет завтра.
– А стоило бы, – сказала Кира, её голос звучал мягко.
Настя не ответила. Она закрыла глаза, и её мысли унеслись далеко — в дом, которого больше нет, к голосам мамы и тёти Майи, к запаху горячего борща, который всегда наполнял их кухню.
Кира наблюдала за подругой, молчала. Она откинула одеяло на своей кровати, прислушалась к ровному дыханию Насти. Та спала.
Этой ночью ни одна из них не думала о бедах. Впервые за долгое время они чувствовали себя в безопасности.⠀
Утро началось с тишины, нарушаемой лишь редкими звуками с кухни: шорохом ножа по доске, лёгким стуком крышки кастрюли. Солнечные лучи пробивались сквозь старые занавески, играя золотистыми бликами на стенах комнаты. Настя приоткрыла глаза и потянулась, наслаждаясь редким ощущением тепла и покоя.
– Ты спишь? – раздался голос Киры, которая уже сидела на кровати, свесив ноги на пол.
– Нет... – ответила Настя, всё ещё не открывая глаз.
– Ну, вставай, – сказала Кира. – Наверное, уже много времени, а мы всё лежим.
Настя вздохнула и улыбнулась. Ей всё ещё было непривычно осознавать, что не нужно беспокоиться о том, где взять еду.
Когда они пришли на кухню, их встретила Меланья. В её испачканных мукой руках была большая миска с тестом.
– А вот и вы! Доброе утро, девочки, – приветливо сказала она, не отрываясь от работы. – Проходите, садитесь. Сейчас я подам чайник.
На столе уже стоял поднос с булочками, такими румяными и аппетитными, что от одного их вида хотелось улыбнуться. Кира сразу села за стол и налила себе чаю, а Настя, немного помедлив, потянулась за булочкой, всё ещё слегка стесняясь.
– Ну же, ешьте, ешьте, – подбодрила их Меланья.
Чай был горячим, чуть сладковатым, его тепло разливалось по телу, даря покой. Девушки наслаждались завтраком, молча слушая, как Меланья хлопочет, изредка перекидывались друг с другом парой слов.
– У нас здесь всегда так, – рассказывала Меланья. – Утром постояльцы уходят на работу. Кто куда. Юра вот помогает отцу Михаилу в храме. А мы с вами пока будем готовить. Сегодня, как обычно, суп и хлеб.
– Каждый день? – удивилась Настя, оторвавшись от чашки.
– Каждый день, – кивнула Меланья. – Что поделаешь, люди хотят есть. Хлеба нужно много. Да и супа -целый котел.
– А кто вам помогает? – осторожно спросила Настя.
– Да никто. Всё сама да с помощью постояльцев. Теперь и вы, девочки, будете помогать, – хитро прищурилась она.
После завтрака Кира с Настей остались на кухне. Меланья быстро распределила обязанности: Кира взялась за замешивание теста, а Настя занялась нарезкой овощей для супа.
– Не бойся нажимать, – учила Меланья, показывая Кире, как месить тесто. – Оно любит, когда его хорошенько разминают.
– Ну, это не хуже, чем драить кастрюли, – отозвалась Кира, с силой вдавливая ладонь в мягкую массу.
Настя аккуратно нарезала морковь, увлечённо наблюдая за ритмом их совместной работы. Её руки были заняты, но мысли уносились куда-то далеко. Она ловила себя на том, что слушает тихую песенку, которую напевала Меланья. От этого становилось спокойнее.
– А вы давно здесь? – вдруг спросила Настя, подняв взгляд на Меланью.
– Давно, – та улыбнулась. – Мой дом теперь здесь. Я сюда лет шесть назад пришла. Мужа потеряла, детей не было… Отец Михаил приютил. С тех пор и пеку хлеб да суп варю. Люди уходят, а я остаюсь.
– Вы не скучаете? – тихо уточнила Настя.
Меланья на мгновение замерла, а затем кивнула, смахнув со лба каплю пота.
– Бывает. Но здесь я приношу пользу людям, и есть крыша над головой. Да и скучать некогда.
Кира усмехнулась, продолжая месить тесто.
– И все по расписанию. Каждый шаг.
Меланья хмыкнула.
– А чего ты хотела? Хаоса? Но когда беспорядок, тогда не жди ничего хорошего.
Эти слова вызвали у Насти улыбку. В глубине души она поняла, что Меланья походила на тётю Майю, у которой был такой же твёрдый характер.
День прошёл в хлопотах. Девушки, сами того не замечая, стали частью привычной рутины приюта.
– Молодцы, – похвалила их Меланья, – вы настоящие помощницы.
Настя кивнула, вытирая руки о фартук. Она поймала на себе насмешливый, но добрый взгляд Киры.
– Не так уж плохо, да? – спросила Кира, слегка наклоняясь к ней.
– Хорошо, – тихо ответила Настя, глядя на булочки. – Даже очень хорошо.
Впервые за долгое время они чувствовали себя не просто гостьями, а частью чего-то большого и важного.
- А теперь сходите к отцу Михаилу, он вас ждет, - Меланья устало опустилась на стул. – А затем приходите, будем кушать.