Как можно поработать с тревогой у детей при помощи рисунка? Поделюсь опытом проведения техники «Моё безопасное место». Опишу и проиллюстрирую примером из практики.
Итак, немного о сути упражнения.
«Закрой глаза и представь комнату, в которой тебе тепло, радостно и совершенно безопасно. Эта комната принадлежит только тебе. Здесь тебя никто не может обидеть, никто не может войти, если только ты сам того не захочешь.
Что находится в твоей комнате? Есть ли там кровать, стол, ковер? Есть ли стул, кресла? Какие они? Есть ли окна? Шторы, жалюзи? Они открыты или закрыты? Есть ли полки? Что на них? Журналы, книги? Мягкие игрушки? Игры? Комната светлая или темная? Не открывая глаз, еще раз осмотри свою безопасную, уютную комнату. Открой глаза, нарисуй свою комнату как можно подробнее».
Рисуем на листе формата А3. Материалы на выбор: цветные карандаши, гуашь, акварель. По окончании – спонтанная беседа.
Проиллюстрирую эту технику примером из арт-практики. Девочке девять с половиной лет (назовем её для удобства Машей). К моменту проведения этого занятия ходила на индивидуальные сессии два раза в неделю в течение полутора месяцев. Малоразговорчивая, но на этом занятии ее внезапно прорвало.
Расшифровку беседы приведу практически полностью (чуть поправлю стилистически для удобства чтения). Некоторые абзацы пронумерую и дам собственные ощущения от «процесса в процессе».
1. Как только Маша начала рисовать, я и предположить не могла, что в итоге выйдет фактически «война и оборона». Первоначально поймала себя на мысли, что, скорее всего, будет нарисована этакая «девчачья комната» со всеми сопутствующими атрибутами.
Набросок карандашом сделан очень быстро. Потом берется большая кисть, и закрашиваются сначала стены. Оранжевым. Весьма нетипичный цвет для Маши. Его практически не было в других рисунках, или было очень мало. Когда картинка почти оформилась, девочка сама без моих расспросов начала объяснять, что она рисует:
«Это пулемётики. А это следительная камера. Она сама звенит, когда кто-то подходит. А когда он (*кто-то) заходит, то она, если я не проснулась, сильно трезвонит. Это такой как бы коврик, но вообще это тайный погреб: если я не проснулась, когда начала трезвонить (*следительная камера), то она... это моя волшебная палочка… Задумывается, далее поясняет так:
Это волшебный дом: когда поднимаюсь во сне, то есть меня поднимает дом и открывает погреб, суёт меня туда вместе с кроватью, закрывает, и пулемётики начинают пулять. (Понимаю, что волшебная палочка как раз всё это проворачивает.)
Это безопасность такая? Да... Это окошко, это телевизор».
2. Здесь немного о цвете. О том, как Маша его использовала.
Интерпретацию оранжевого и пурпурного (варианты) я дам в конце статьи. Обычно девочка работает иначе. И тут дело даже не в технике накладывания краски – мазки в одном направлении, например, определенная аккуратность. Мы этого не требуем ни в коем случае. Дело в том, как Маша подошла к процессу: накладывала гуашь густо, размашисто, быстро, даже несколько небрежно – что не характерно для нее.
Какого цвета стены? Оранжевого. Нравится тебе этот цвет? Нет... не знаю. Ты выбрала оранжевый и закрасила этим цветом всю комнату… Потому что оранжевый… за ним скрыто… он яркий, и (*долго думает) и за ним скрыт секретный механизм.
В чём суть этого секретного механизма? То, что дом волшебный, в том механизм. Стены оранжевые для защиты секретного механизма, о нём никто не должен знать. Красное – это такой рычаг, с помощью которого можно зайти в ту секретную комнату. Это обычная комната, но у нее снаружи есть дверь, а ключа от этой двери нет. Ключика нет, но в эту дверь могут зайти только волшебники.
И в этой комнате ты будешь чувствовать себя в безопасности? Вот в этой комнате, а в той секретной… там тоже безопасно, туда никто не может войти.
На окнах нет занавесок, окно очень большое. Оставляет «картину» на стене нарисованной простым карандашом. Объяснение такое: «Она специально так сделана, чтобы незаметно было, что это наблюдательное окошко; она специально так сделана, как недорогая картина».
Да, хитро сделано. Что внизу нарисовано пурпурной краской? Это не пол, это погреб (*внизу подпись «тайное логово»).
А в подвал, погреб ты в каком случае будешь спускаться? Когда будут заходить нежданные гости.
Ты же помнишь, как мы договаривались в самом начале, что в эту комнату смогут заходить с разрешения? Например, стучаться. Тогда нежданные гости это какие, кто они? Как бы сказать… которых я не очень люблю, которые как воры. И которых я иногда не хочу видеть и которых я вообще никогда не хочу видеть.
Такие тоже есть? Есть один человек.
3. Два следующих вопрос, и вот он, поток сознания. С очень неожиданным поворотом от «участка с курочками» к подружке Кате, о которой я уже немного слышала – да, и раньше её имя у Маши прорывалось, но почти нейтрально. А тут столько экспрессии!
Что может быть видно из окна твоей комнаты? Всё что угодно. Сейчас ничего не видно, потому что оно специально затонировано.
Если представить, что всё что угодно может быть видно, что бы ты хотела видеть из своей безопасной комнаты? Этот волшебный дом может быть где угодно, где я захочу. Допустим, я нахожусь в городе. Захочу я свой участок с курочками, цыплятками, в деревне, и он там появляется. И у меня там всё своё. Или я в парке аттракционов…
Кстати, когда заходят нежданные гости… Если приходит тот, кого я всегда хочу видеть, допустим, мама или моя самая верная подружка Саша, или там цыплёнок прибежал, или ещё там кто-нибудь такой неопасный, дом знает, кого я хочу видеть и кого не хочу – он запомнил и знает это.
Кстати... это было ещё в первом классе. Саша кинула мне формочку в глаз – повредничать. И мама сказала, что лучше дружить с Катей. Ну мы с Сашей не общались… Она сама поняла потом попозже, что была не права, виновата, она извинилась. На мой день рождения меня поздравила, извинилась. А Катя (*девочка с танцев, которая была причиной отказа Маши от посещения кружка) – вот она виновата, а мне приходилось перед ней извиняться. И Саша оказалась подружкой лучше, чем Катя. И вот… (долго думает) Катю я никогда не хочу видеть (*среди гостей).
А ещё у меня дом запрограммирован так, что он, когда подходит… Катя, кстати, знает, где я живу. Она шпионила. И когда она подходит… есть ещё одна такая секретная пушечка. Вот эти стреляют ненастоящими пульками (*пулемётики), а вот эта очень-очень, совсем больно (*секретная пушечка). А теми пульками (*ненастоящими) больно так, что если вот так пульку бросить, будет большой синяк. И этот пулемётик делает синяки… Вот этот (*секретная пушечка) делает просто больно – ничего на этом месте нет. А Кате делает синяки: она подходит, захочет открыть дверь (или уже даже открыла), и вдруг достаётся пулемётик и начинает ей в спину или в живот этими камешками.
Тебе не жалко её, больно ведь будет? (*спрашиваю безоценочно, нейтрально, это важно). Не жалко. Ей ведь меня не жалко.
ТАК она тебя сильно обидела? Вот я пришла задолго до неё на танцы, она пришла и, видите ли, ей не понравилось, что я стою перед ней, она начала щипаться, биться и так далее (*стоят не по росту, а кто первый придёт). И ещё, раз уж она забирает у меня моих подружек, ей не нравится, что мне по фиг, что мы больше не дружим.
Ты же пока не ходишь на танцы? Нет. Я вот ещё отдохну и потом пойду.
Что ещё мы видим в твоей комнате? Кроватку, постель я вижу, есть телевизор (*мечтает о нём).
А волшебная палочка тогда для чего? Я её ношу с собой. Если я вдруг случайно на улице встречу её (*Катю), я могу её заколдовать, чтобы она не лезла. А потом, когда я уйду, пусть она себе там на здоровье гуляет.
ЕЩЕ РАЗ ГОВОРИТ ПРО СТЕНЫ. Он (*цвет) яркий, а стены там за ним прозрачные. Стекло покрасили – мы пробовали на стекле все эти краски – и оранжевый подошёл лучше всех... (Резко переходит на другое).
А вот иногда я, как Катя, вредничаю. Я её приглашаю попить чай, она садится на стульчик, начинает меня пинать ногами, а потом… у меня под столом спрятана волшебная палочка… (*Сбивается, начинает рассказывать о том, откуда у нее синяки на руках – мальчик в столовой стукнул).
Так тебе нравится твоя комната? Да. Какая она? Она безопасная, по моему вкусу, тёплая, большая. Кстати, кровать, я на ней только вот так лежу (*показывает, сколько места занимает на кровати – меньше половины).
Как думаешь, для чего в комнате такая большая кровать? Тут ещё есть под кроватью такое потайное место. Я могу туда упасть, и одеяло меня накроет, как будто в комнате никого нет. Она специально такая большая. И меня не видно, если дом не успел меня спрятать.
Ещё она какая? Тёмная или светлая? Светлая. (*Есть зелёная люстра, горит лампочка). А где в этой комнате игрушки, книжки? (*Задумалась.) Они спрятаны? Их нет в этой комнате? Они – с другой стороны.
Что ты не нарисовала, но в твоей настоящей комнате это есть? Книжки, игрушки, ещё там целый запас коробок с волшебными палочками. Это если эту кто-то сломает или испортит. А ещё в этом мире есть дементор (*тёмное привидение, которое появляется во всех книгах о Гарри Поттере; слепые существа, которые питаются человеческими эмоциями- из Интернета), который высасывает всё радостное и оставляет только плохое, плохие воспоминания. И волшебной палочкой я ими могу управлять, и могу сделать для себя такой щит – ну на время.
Это твоя комната, ты её полностью обезопасила. Ты здесь спишь одна? Нет, иногда приходят мама, бабушка, Миша (*брат). (*Девочка до сих пор засыпает / спит всю ночь или прибегает ночью / в одной постели с мамой и братом – на диване в зале. Мама не против.)
Так девочка поставила точку в долгой и выматывающей истории с подружкой. Поработала со своей тревожностью – обезопасила себя разного рода приспособлениями, цветом; предусмотрела (на свой взгляд) все моменты, которые дадут ей ощущение относительного покоя, безопасности и контроля; нарисовала, проговорила, выплеснув таким образом свои ощущения от несправедливости, гнев и агрессию.
Надо отметить, что когда «создатели художественных работ выражают своё отношение к ним в словах, речь используется для артикулированного описания творческой экспрессии и носит глубоко личностный характер. Временами словесный взрыв следует за долгим периодом бессловесной работы интуиции». И тут нужно помнить, отмечает Мала Бетенски, что различная деятельность, особенно в процессе творческой работы может протекать в молчании.
Важно, чтобы клиент имел достаточно времени молча делать и осматривать художественную работу. Таким образом, арт-терапевт должен понимать важность молчания и освободиться от давящего желания прервать его, научиться чувствовать себя удобно в такой ситуации (М. Бетенски «Что ты видишь. Новые методы арт-терапии»).
Интерпретация оранжевого и пурпурного цвета
Напомним важную мысль, отраженную в книге Г. Ферса «Тайный мир рисунка». Различные теории интерпретации цвета могут расходиться в плане трактовки. Но в одном теоретики единодушны: цвет может выражать определённые чувства, настроения и даже передавать эмоциональную окраску взаимоотношений.
Цвет указывает на важность тех или иных психологических и/или физических явлений. Когда мы говорим об интерпретации цвета, мы не можем ограничиваться рассмотрением только психологических факторов. Оказывающие определённое влияние на жизнь человека соматические явления также будут проявляться в рисунке либо посредством цвета, либо в других опорных элементах.
Как считает Ферс, анализ цветов можно использовать как вспомогательное средство, их достоверная трактовка зачастую сложна. Интерпретируя определённый цвет, важно обращать внимание на то, как он используется на листе бумаги, в каком количестве, какой объект или элемент рисунка раскрашен этим цветом и с какой интенсивностью.
Представим некоторые варианты интерпретации цвета (*источник: «Энциклопедия признаков и интерпретаций в проективном рисовании и арт-терапии», Л. Д Лебедева, Ю. В. Никонорова, Н. А. Тараканова):
Оранжевый как признак:
Соединяет в себе черты красного и жёлтого. Самый тёплый цвет хроматического круга, Пожалуй, самый энергичный (Г. Э. Бреслав). Комбинация чувствительности и враждебности (Д. Я. Райгородский, Е. С. Романова). В некоторых случаях может отражать ситуацию с непонятным исходом и борьбу не на жизнь, а на смерть. Также может указывать на иссякающую энергию или благополучное разрешение ситуации (Г. Ферс). Может быть свидетельством нервозности (Л. Штейнхардт).
Пурпурный как признак:
Сильная потребность власти (Романова, Райгородский). Может отражать потребность в обладании чем-либо и контроле над чем-либо или желание, чтобы кто-то осуществлял контроль или оказывал поддержку, наличие обременительных обязанностей. В физическом аспекте может служить указанием на приступы заболевания или на ситуацию контроля и ограничения (Ферс).
В заключение приведу интерпретацию пурпурного из труда Малы Бетенски и несколько слов о «напряжении в арт-терапии» (глава «Цвет и напряжение»), которые, на мой взгляд, хорошо иллюстрируют работу девочки.
Если в фиолетовом преобладает красный – это тот же пурпурный. И тогда этот цвет становится «цветом злости и ненависти».
Сочетание насыщенных пурпурного с оранжевым в рисунке Маши – резкое, даже кричащее, дисгармоничное. Как это можно объяснить?
«Воспринимая произведение искусства как зрители, мы ощущаем напряжение как часть эстетического переживания, особенно от того, как художник манипулирует цветом. Такое напряжение является языком искусства и широко представлено в арт-терапевтических художественных работах – это язык личности в состоянии стресса, которой необходимо выразить свое состояние.Напряжение в арт-терапии можно разглядеть в огромном количестве работ, а облегчение возникает постепенно в процессе арт-терапии, и только тогда оно появляется в содержании и структуре работы». Если говорить о структуре, то цвет обладает наиболее богатыми экспрессивными свойствами, выражающими облегчение и напряжение... Напряжение выражается в насыщенных цветах, в несоответствии цветов, в кричащих цветах, встретившихся на яркой, контрастной линии-границе, в наложении тёмного на светлый цвет или светлого на тёмный и в многообразных ахроматических рисунках».
Как ребёнок может реализовать потребность выразить в цвете облегчение? Посредством смешения цветов. Кстати, впоследствии Маша часто и активно смешивала цвета на палитре и на самом рисунке, при том что выбор цвета в гуаши и акварели был более чем достаточный.
Впервые текст статьи напечатан здесь - сайт В17.
