В доме №13 по улице Чудаковатой назначили внеочередное собрание жильцов. Причина была весомая — протекала крыша над квартирой старушки Марии Петровны, которая утверждала, что по ночам слышит, как кто-то ходит по чердаку и бормочет что-то про недостаточный кворум.
Собрание назначили на пятницу, тринадцатое. Никто не придал этому значения, кроме консьержки Антонины Павловны, которая на всякий случай надела бабушкины чётки и прихватила с собой свежесваренный борщ — по её словам, "чтобы задобрить нечистую силу".
В семь вечера подъезд наполнился жильцами. Последним, пыхтя и отдуваясь, приковылял пенсионер Семён Маркович с папкой, набитой квитанциями за последние тридцать лет.
— А помните Иван Кузьмича? — вздохнула Антонина Павловна, расставляя стулья. — Вот был председатель! При нём и крыша не текла, и лифт работал...
— Царствие ему небесное, — перекрестилась Мария Петровна. — Десять лет уже как преставился, а такого хозяйственника больше не нашлось.
В этот момент свет в подъезде начал мигать, а откуда-то сверху донёсся звук, похожий на шелест бумаг.
— Кхм-кхм! — раздалось из угла. — Собрание жильцов дома номер тринадцать объявляется открытым!
Все замерли. В углу, прямо возле стенда с объявлениями, парил полупрозрачный Иван Кузьмич собственной персоной, с папкой подмышкой и авторучкой за ухом.
— Иван... Кузьмич? — пролепетала Антонина Павловна, роняя половник в борщ.
— Он самый! — гордо ответил призрак. — Просматривал я тут протоколы с небес, и знаете что? Безобразие! Кворума ни на одном собрании нет, сметы не утверждены, акты не подписаны!
Семён Маркович от неожиданности уронил свою папку, и квитанции разлетелись по полу.
— Да как же так... — забормотал он. — Вы же того... усопли...
— Усоп-то усоп, — проворчал призрак, — а за домом всё равно нужен глаз да глаз! Вот, отпросился на собрание. Там, наверху, знаете ли, тоже всё по протоколу. Написал заявление, приложил справку о невыполненных при жизни обязательствах...
— А подпись на заявлении чья? — поинтересовался въедливый Семён Маркович.
— Святого Петра, разумеется! — отмахнулся призрак. — Так, переходим к повестке дня. Первый вопрос: протечка крыши над квартирой Марии Петровны.
— Так это... денег нет в фонде... — начал было нынешний председатель Петр Семёнович.
— Как это нет? — возмутился призрак. — А я на что все эти годы счета проверял? Думаете, если призрак, так и посчитать не могу?
С этими словами Иван Кузьмич достал из своей призрачной папки какие-то ведомости и начал зачитывать:
— За последние пять лет на ремонт крыши собрано было... — он прищурился, глядя сквозь бумагу. — Ага! Вот! А потрачено... Петр Семёнович, а не объясните ли вы нам, почему в графе расходов значится "озеленение чердака"?
Петр Семёнович побледнел так, что стал почти таким же прозрачным, как призрак.
— Так это... мох же... для гидроизоляции...
— Какой мох на рубероиде?! — загремел призрак. — Я может и умер, но не рехнулся!
Внезапно в разговор вмешалась Мария Петровна:
— Иван Кузьмич, голубчик, а вы там, наверху... как? Хорошо ли?
Призрак слегка смутился:
— Да как вам сказать... Скучновато, если честно. Все по протоколу, все чинно-благородно. А тут хоть какое-то разнообразие — собрания, споры, нарушения... — он мечтательно вздохнул.
— А может, вы того... вернётесь? — предложила Антонина Павловна. — Председателем?
— Да как же он вернётся? — возмутился Петр Семёнович. — Он же это... бестелесный!
— Зато опытный! — парировала Антонина Павловна. — И честный! И квитанции проверять умеет!
— И протоколы пишет красиво, — добавила Мария Петровна. — Каллиграфическим почерком!
Призрак расправил плечи:
— Что ж, если общее собрание проголосует... Я, конечно, должен буду согласовать это наверху, но думаю, там поймут. У них ведь тоже бывают протечки в райских кущах...
Голосование было единогласным. Даже Петр Семёнович поднял руку "за", правда, после того, как призрак многозначительно помахал папкой с компроматом.
Через месяц крыша была отремонтирована, в подъезде установили новые лампочки, а на чердаке появилась табличка "Приёмная председателя И.К. Сидорова (призрака). Часы приёма: 20:00-00:00, в полнолуние – круглосуточно".
Говорят, что теперь дом №13 по улице Чудаковатой — самый образцовый в районе. И только иногда по ночам жильцы слышат, как кто-то ходит по чердаку и бормочет что-то про неправильно заполненные квитанции. Но это уже никого не пугает — все знают, что это просто Иван Кузьмич проверяет документацию.
А Антонина Павловна до сих пор варит по пятницам борщ — "для профилактики", как она говорит. И каждый раз миска на чердаке оказывается пустой, а рядом лежит аккуратно заполненный бланк: "Борщ принят. Претензий не имею. Подпись: призрак И.К. Сидоров".
Если вам понравился рассказ, поддержите автора лайком, подпиской, поделитесь с друзьями в соцсетях! Узнайте подробнее о концепции канала. Переходите в список рубрик и читайте рассказы по темам. Предлагайте свои сюжеты в комментариях. Хорошего вам настроения!